Эпоха зомби

Шакилов Александр

— Что делать будем, командир?

Гурбан закрыл глаза. Будем отдыхать и наслаждаться жизнью, как всегда. Но вслух он этого не сказал. Сначала Доктор, а потом уже оценим обстановку и примем решение.

— Помоги. Пусть ляжет…

За окнами летней кухни бушевала толпа зомболюдей. Кое на ком еще болтались жалкие остатки костюмов и платьев, но таких было мало. В основном носители слизней давным-давно позабыли об одежде. За последние минут десять количество зомбаков снаружи утроилось, и они продолжали прибывать. Откуда их

тут столько? Неужели весь поселок был заражен? Очень может быть.

Твари спокойно себе заходили в пролом в заборе. Или впрыгивали на территорию особняка на четвереньках. Таких было заметно больше, чем прямоходящих, — из-за слизней, они людей оскотинивают.

— Планета обезьян, тля.

— Чего? — не понял Фаза.

— Фильм был такой, задолго до Псидемии. О том, как обезьяны умными стали, а люди — наоборот.

— И чего это значит, командир?

— А того, дружище Фаза, что очень уж похоже получилось: люди стали как обезьяны. Потому и планета наша — обезьянья…

Научники, с которыми Гурбан однажды потолковал на эту тему, считали, что слизень отключает в мозгу человека определенные центры, тем самым подчиняя тело, также паразит контролирует выработку норадреналина, провоцируя в носителе вспышки агрессии.

Звери «умнели» за счет слизней, у которых, как считалось, были зачатки интеллекта. А вот люди-носители превращались в своего рода неандертальцев или даже питекантропов — это уж как посмотреть. Причем не простых питекантропов, а особо свирепых…

Двух зомбаков, что обитали в летней кухне, Ксю отправила на тот свет лично. Теперь их трупы мозолили глаза Гурбану, мешали сосредоточиться на проблемах и их решениях — и пока что первых хватало, а вторых не было вовсе. У чистильщиков патронов меньше в разы, чем зомбаков снаружи. Даже если считать, что каждая пуля достигнет своей цели (а это из области ненаучной фантастики), все равно патронов слишком мало. До обидного мало!

А все по вине Дрона. Это он завел отряд в ловушку. Да, хороший был план: найти тачки и поехать с комфортом вслед за «хаммером». А в итоге вместо «как лучше» получилось «как всегда». И где эти крутые авто от импортного производителя, а? Скажите, где?

— Командир, из летней кухни вход был в подвал, я точно помню. Командир… — Дрон и сам понимал, что виноват, потому метался из стороны в сторону. — Тут! Я точно помню!

За ним внимательно наблюдали особо нетерпеливые зомбаки, которые, словно макаки, повисли на оконных решетках и, щеря гнилые пасти, пялились на людей внутри. Это, мягко говоря, нервировало. Хотелось избавиться от их навязчивого внимания. И особенно — от бывшего хозяина этого дома, Евгения Борисовича, — уж больно злобно тот зыркал.

Но смысл тратить патроны? Освободившееся место тотчас займут другие твари.

Дрон плюхнулся на пол и обхватил голову руками. Рядом с собой он положил любимый нож, «катран».

И надо что-то предпринять, вот только что?!

У Гурбана не было ни единого варианта. Дом ведь окружен, а зомбаки могут держать осаду хоть до второго пришествия… И Дрон совсем закис, то есть потерял боеспособность, а это уже никуда не годится. Надо его как-то расшевелить.

— Где, говоришь, был вход в подвал?

— Где-то тут…

— М-да, координаты очень точные. Бек, ты лом свой не потерял?

— Обижаешь, командир.

— Ну так бери Дрона, и вместе простучите пол. Сумеете? Внизу пустота должна обнаружиться. Задача ясна?

— Так точно, командир! — оживился Дрон.

Колян просто кивнул и засучил рукава. В прямом смысле засучил. Если что, он готов был по камешку разобрать строение, пусть только Гурбан прикажет.

И четверти часа не прошло, как они закончили расправу над ламинатом — безнадежно испортили его острым наконечником лома.

— Пусто, командир.

— Где?!

Бек мотнул головой:

— В смысле, пустоты под полом не обнаружены.

Маевский, до сих пор молча сидевший на диване рядом с Доктором, сказал то, о чем многие думали:

— Ну и гнида ты, Дрон. Всех под монастырь подвел.

Сисадмин выхватил нож, Маевский навел на него винтовку:

— Ну, давай! А я в целях самообороны с удовольствием!..

В воздухе запахло сивухой. Опять Сашко умудрился незаметно причаститься. И когда только успевает? И главное, откуда пойло берет?

— Отставить! — Гурбану пришлось повысить голос. — Еще не хватало, чтоб мы друг друга перебили тут на радость зомбакам!

Ксю подошла к столу между печками:

— Командир, есть тут одна странность.

— Ну?

— Тут на газу готовили, вон баллоны. Так на хрена тогда еще кирпичная печка эта допотопная?

У Гурбана были соображения на этот счет, но высказать их он не успел.

Блондинка шагнула к кладке и наклонилась. Маевский с нескрываемым восхищением прикипел взглядом к ее упругому задку. И Гурбан его понимал: посмотреть действительно было на что.

Ксю выпрямилась:

— Глаза сломаешь, стрелок. Лучше помоги, сама не справлюсь.

И Сашко таки помог — вместе они откатили кирпичную печь в сторону. Оказалось, что вся конструкция — чистая бутафория на роликах, под которой спрятан металлический люк. Надо было только приложить усилие, чтобы сдвинуть «печь».

— Ну ни хрена себе… Как догадалась, светловолосая ты наша? — Дрон воспрянул, даже подшучивать начал.

— Просто у меня мозги есть. В отличие от некоторых.

Вот тебе и подножное топливо, подумал Гурбан. Он подошел к люку, попутно отметив, что зомбак Евгений Борисович принялся раскачиваться на решетке за окном, щеря гнилые зубы. Со стоматологами у зомбаков проблемы — нет таких спецов в их сплоченных рядах. Впрочем, у чистильщиков проблемы точно такие же, бойцы в случае острой боли спасались кто чем мог.