Эпоха героев
Шрифт:
Вызвали ли они во мне благоговение? Ха.
Скорее показались отличной вешалкой для одежды.
— Кумал, отец Фиона Кумайла
Хотя самые разнузданные фэйри притягивали к себе всеобщее внимание, я заметила, что большая часть гостей вовсе не стремилась присоединиться к оргии. По крайней мере, пока что. Многие стояли по краям зала, сгруппировавшись в небольшие компании, и с настороженностью или недоверием осматривали происходящее
Особенно их взгляды постоянно возвращались к королю фэйри.
За мягкими красными занавесями мы обнаружили Волунда и остальных, расположившихся прямо на полу — на подушках. Здесь музыка звучала уже тише, так же, как и стоны, но ощущение удушья усилилось вдвое. Магия. Жасмин, явный афродизиак.
Кроме того, Мэддоксу пришлось пригнуть голову и рога, чтобы войти, и когда он выпрямился, казалось, что он вытеснил из помещения остатки воздуха.
Самопровозглашённый король фэйри занимал больше всех места, развалившись во всю длину. Он сиял от самодовольства.
— Ах, почётные гости. — Его улыбка исказилась, когда он нас увидел. Он не утруждал себя даже притворством, пристально уставившись на меня, с оценивающим взглядом прошёлся по моей одежде. По перевязи, на которой висела Орна. По моему горлу без торквеса. По запястьям без браслетов. — Надеюсь, мои подарки доходят до тебя, Инициаторша.
— Доходят, — коротко ответила я.
Я не упустила вспышку разочарования в его глазах. Украшения, вплетённые в его тонкие рога, качнулись, когда он сделал жест рукой.
— Присаживайтесь. Ешьте. Пейте. Танцуйте. Эта ночь ваша.
Он отмахнулся от нас ленивым движением и тут же повернулся к фэйри, сидевшей рядом. Та с явным облегчением вновь оказалась в центре его внимания. Без сомнения, она была из Инис Файл и всецело поддерживала действия Волунда. Настолько поддерживала, что её грудь вот-вот вывалится на его руку.
Судя по выражению Волунда, если я не потороплюсь, мне придётся выдирать его язык из её горла, чтобы иметь возможность с ним поговорить.
— Прежде чем присоединиться к карусели веселья, я должна попросить у тебя кое о чём.
Фэйри вновь улыбнулся… с ноткой недовольства.
— Попросить? Ты имеешь в виду помимо ночлега, еды, одежды, драгоценностей и ресурсов, которыми я делюсь с вами без всяких условий?
Что ж, это была игра, в которую я умела играть. Кто кого продавит. У кого хватит выдержки. Кто сумеет скрыть победный козырь за самой невинной улыбкой.
— Это зависит от того, насколько тебе важно, чтобы мы остались. — Я оглядела фэйри рядом с ним, остальных. Его детей. Рианн и ещё двоих людей, стоящих в стороне, будто желая остаться незаметными. — Уверена, что иметь в своём новом королевстве потомка Теутуса и Тараксис выгодно тебе по многим причинам. У тебя есть основа, которую нужно заложить. Доверие, которое нужно заслужить. Там, снаружи, есть фэйри, которые пока не знают, что о тебе думать, верно?
Ветер поднялся в этом зале без окон, затерянном в сердце пустыни. Он всколыхнул нашу одежду и вызвал низкий
Я поправила волосы за ушами, позволяя им увидеть Тьму, сплетённую в моих пальцах.
— Осторожнее. Мой спутник в последнее время не в лучшем настроении.
Напряжение можно было бы разрезать одним из моих кинжалов, разрубить пополам. Все дети Волунда застыли, ожидая реакции отца.
Сивад, стоявший слева, чуть пошевелился. Он не сказал ничего и не сделал ничего особенного, но Волунд вновь откинулся на подушки. Фэйри рядом с ним заметно расслабилась.
Ветер стих так же внезапно, как и поднялся.
— Тебе не стоит волноваться о том, что думают или не думают фэйри Анисы. Рано или поздно они поймут, что я — единственный законный претендент на трон. Поверь мне. — Его голос звучал уверенно, но губы изогнулись в насмешливой улыбке. — Но ладно, высказывай свои желания. Чего ты хочешь?
— Отпусти людей, которых ты держишь здесь в рабстве, и позволь тем, кто выживает в трущобах, выйти на улицы и просто жить. Я не знаю, какой именно посыл ты пытаешься донести этим фарсом, но это варварство. И сильно сомневаюсь, что фэйри из Борестеля, которых ты якобы пытаешься почтить, одобрили бы это.
Один из братьев Сейдж презрительно фыркнул, но другие, такие как Персимон, с интересом подняли брови на мои слова. В углу Рианн и двое других людей застыли так, что, казалось, даже не дышали.
И вдруг взгляд Волунда перестал быть пустым.
— Очевидно, у нас разные представления о варварстве. Но я принимаю твои условия. Пусть это станет доказательством моего намерения сотрудничать с Инициаторшей. — Его глаза напоминали ураганы, штормы и боль, пока он изучал меня. Я потревожила медведя в его логове, и это никогда не бывает хорошей идеей. — Всё ради того, чтобы её меч однажды служил верной стороне.
Я уже открыла рот, чтобы возразить, но меня опередили.
— Её меч укажет, ударит и погубит того, на кого она покажет, — провозгласила Орна. — Мне плевать на ваши фэйрийские дела. Я таких, как ты, уже встречала. Тщеславных, бесстыдных, лижущих собственные пятки, будто они из золота. Знаешь, где они все закончили? Под моим лезвием.
В зале вспыхнули возгласы и ругань.
Я одобрительно похлопала по эфесу Орны, молча похвалив её. Сделала всё возможное, чтобы скрыть улыбку.
— Чего ещё ждать от оружия демона, — пробормотал Ран.
Я проигнорировала его. Повернулась к Рианн.
— Уходите отсюда. Соберите свои вещи. Завтра утром я сама отведу вас в город.
В её глазах мелькнуло искреннее изумление, прежде чем она подтолкнула двоих других к занавесям. Гвен отдёрнула их для них и встретилась с Рианн взглядом — коротким, молчаливым.
— Я всегда сдерживаю слово, — сказал Волунд. От него не ускользнула моя поспешность, окрашенная недоверием. — И было бы правильно с твоей стороны проявить вежливость и насладиться пиром, который я устроил для вас.