Эпоха героев
Шрифт:
Я представила тех глупых людей — фанатиков, что на коленях ползли к Толл Глoир, чтобы воздать почести Теутусу. Слышала, что некоторые подходили так близко, думая, что бог отвечает им, что срывались в пропасть.
И, похоже, становились добычей демонов. Иронично.
Я уставилась на собственные руки. Они посинели.
— Это значит, что он не пойдёт. Что он не придёт в Гибернию в Самайн.
Элата замялся.
— Что? — потребовала я.
— Что-то в нём изменилось, когда он ощутил пульс магии. Когда ты вытащила меч из камня.
Пустая надежда, вспыхнувшая в моей груди, угасла.
— Значит, он пойдёт.
— Я не знаю. Возможно.
В его выражении было что-то такое, что заставило меня всё понять. Горло сжалось.
— Ты хочешь, чтобы он это сделал, верно? Поэтому и помогаешь мне добраться до портала, чтобы он не схватил меня здесь. Ты хочешь вернуться в Гибернию.
Вину наполнил этот белый глаз.
— Мы здесь погибаем.
Я вскочила.
— Вы ведь едва не погубили и нас!
Мой голос разнёсся по горам сотнями эх, и синяя ладонь Элаты зажала мне рот.
— Без криков. Или умрёшь.
Я заставила себя успокоиться и не задушить его тьмой ради банального выживания. Сдержалась, снова села и стала размышлять обо всём, что узнала в этой проклятой тундре.
Драконы родом отсюда. Ширр, предок Мэддокса и создатель всей его расы, родился здесь.
Ксена, Тараксис и Луксия были тирненскими принцессами и уже владели магией до своего ухода, но обрели силу в священном древе, а затем создали новые расы в Гибернии. Возможно, в попытке воссоздать свой дом?
Орна происходила от меча, разрывающего границы между мирами.
И по какой-то неизвестной причине Теутус отказался вернуться в Гибернию, обрекая себя и всех своих подданных.
Ясно было одно: я не хотела умереть в этом месте, вдали от Каэли, Мэддокса и остальных. Не хотела обречь их на вечные догадки о том, что со мной случилось. Даже если слова Сейдж и Элаты были правдой, и я могла бы остановить войну, оставаясь здесь…
Я сжала челюсти, глядя на демона.
— Я не хочу умереть здесь мученицей. А ты, по каким бы причинам ни было, можешь помочь мне вернуться домой.
Элата выпрямился. Ногой подтолкнул в мою сторону бурдюк с водой.
— Поспи немного. Мы выступим на рассвете.
Глава 44
Аланна
Нет на свете ничего вернее, чем зачарованный предмет.
Ни семья, ни друзья, ни возлюбленный.
Я даже думаю, что именно эти предметы и создали само понятие верности.
Паральда
Портал находился как раз по ту сторону замка Мойтирра. Элата не заметил никакой активности поблизости, но это его не успокаивало. Он был напряжён и раздражён, когда мы вышли на узкую тропу, где одно неверное движение или шаг по рыхлому снегу грозили падением в бездну, где лёд становился чёрным.
Всё вокруг было изрыто ямами, оврагами и пропастями, словно пазл с отсутствующими кусками.
Я делила внимание между собственными шагами и мерцающими вдалеке огнями. Они напоминали северное сияние, которое изредка можно было увидеть с вершины Вагар, самой высокой из гор Хелглаз.
— Земля разорвалась от боли, когда Теутус открыл этот портал, — объяснил Элата сквозь рык. — Как я говорил, меч его отца сопротивлялся до тех пор, пока не взорвался на куски. Тир на Ног сделал то же самое.
Иными словами, он уничтожил всё вокруг в своей одержимости найти Тараксис. Он никогда её не любил. Тройняшки не были рождены из любви, пусть и мимолётной, а из одержимости и стремления к контролю.
— Портал ведёт только в Гибернию. Пересекая его, думай о конкретном месте — и окажешься там.
— Я не появлюсь в Толл Глoир?
— Нет, если сама того не захочешь.
Я посмотрела на белоснежные косы Элаты.
— Если мы встретимся в Гибернии…
— Мы будем врагами.
Я осторожно сняла с себя шкуру селки и вернула её ему. До портала я смогу дотерпеть без того, чтобы окоченеть насмерть.
— Если решишь, что больше не хочешь служить кровопийце…
Он сделал несколько шагов в сторону и потер грудь, словно пытаясь избавиться от чего-то, что давило изнутри.
— Демоны не дезертируют. Я стал бы изгоем.
— Зато живым изгоем.
— Нет, — выплюнул он.
Я не стала настаивать. Но знала одно: селки не дарят свою кожу кому попало.
— Кстати, сколько тебе лет? Раз ты участвовал в войне…
Мне показалось, что он даже благодарен за смену темы.
— Для нас не прошло пятьсот лет, я же говорил, что время в каждом мире идёт по-разному. Но всё равно демоны живут долго.
— И тебе…?
— Двести сорок шесть.
Я постаралась переварить услышанное. Сидхи тоже жили дольше людей, но не настолько. А он говорил, что был ровесником Теутуса, значит, король-демон был примерно того же возраста. Безумно много времени для войн и разрушения цивилизаций.
Я уже думала, как смогу отогреть руки и ноги, чтобы не потерять их, когда вернусь домой, как вдруг низкий звук разнёсся повсюду. Земля задрожала. И именно в этот момент мои узлы, наконец, зазудели.
Элата побледнел до синевато-серого.
— Карникс.
— Что?
— Боевой рог демонов. Они ждали нас. Беги!
Бежать среди этих расщелин было почти самоубийством, но выбора не оставалось. Я следовала за Элатой, наступая туда, куда ступал он, с ужасом в затылке и с тьмой, рвущейся наружу.