Элдрич

Лейк Кери

– Я же тебе говорил… неповиновение — это смерть.
– Оттолкнувшись ногой от земли, Терон поднял меч, чтобы блокировать удар Зевандера, и усмехнулся.
– Скажи мне, как ты думаешь, она выживет, когда Лойс доберётся до неё?

Не успев это остановить, он почувствовал, как зашевелились его скорпионы, и жар пламени согрел его кожу. Более крупный скорпион на его спине прыгнул на мостовую, и Терон широко раскрыл глаза, увидев его. Он снова оттолкнулся ногой, спотыкаясь, чтобы встать на ноги.

Скорпион ударил быстро, его хвост вонзился в грудь его старого друга.

Меч, который

он сжимал в руке, с лязгом упал на землю, когда он упал назад, тяжело дыша носом. Металлическое жало ушло, и измученный Зевандер рухнул на колени рядом с Тероном.

– Лойс... придет за тобой.
– Терон слабо хмыкнул и закашлялся, из его рта хлынула кровь.
– Ты не заслуживаешь смертного... или свою.принудительную связь.

Его слова задели Зевандера за живое, и он захотел перерезать горло уже умирающему ублюдку, для верности. Его осенила мысль, и угрызения совести заставили его осознать, что он мог бы заставить Алейсею и Терона связаться узами, чтобы она пересекла умбравале.

Конечно, это не было гарантировано, но у них был бы единственный вариант.

– Черт, — пробормотал он, поднимаясь на ноги.

Скорпион вскарабкался ему на спину и снова зарылся в его плоть.

– Какая трата, — сказал он, бросив на него один долгий взгляд, прежде чем пошатываясь направиться к храму вслед за Мэйвит и Алейсеей.

ГЛАВА 35 КАЗИМИР

– Не хотите рассказать, куда вы, сучки, свалили после церемонии становления?
– Торрин налил вина в стакан Казимира, и когда Морвенна прошла мимо него, она ударила его по затылку рукой, и жидкость разбрызгалась по краю.

– Следи за своим языком в моем доме, а?

Торрин откинул плечи назад и нахмурился.
– Прошу прощения, тетя Морвенна.

Казимир фыркнул, когда пожилая пышная женщина села на краю стола, убрав последние остатки ужина, и закинула ноги на стол. Хотя она не славилась скромностью и любезностью, Казимир всегда ценил и даже восхищался ее грубыми манерами — чертами, которые принесли ей репутацию сварливой старухи, варящей кости мужчин.

По крайней мере, так гласили слухи.

Ее муж, Грендель, по слухам, умер от сомнительных причин, что могло бы быть правдоподобным, если бы Казимир не знал о его жестоком характере. Однажды он видел, как Зевандер встал перед гораздо более крупным мужчиной, когда тот попытался ударить ее. Пожилой мужчина ушел с четырьмя сломанными пальцами и уязвленным самолюбием.

Торрин прочистил горло, и когда Казимир снова обратил на него внимание, он с ожиданием поднял бровь.
– Ты собирался рассказать мне, где ты был.

– Сидел в камере, где капитан Зивант избивал меня до крови, пока ты наслаждался своим красочным сном.

Торрин нахмурился, его взгляд переместился на синяк, заживающий на скуле Казимира.
–

Это сделал Зивант?

– Да. Искал Долиона и Зевандера. Полагаю, он занят сейчас, когда пропал сын короля.

– Пропал, говоришь?
– Морвенна наклонилась вперед, зажигая трубку.
– О, это плохой знак. Лучше нам всем выпить немного Каталли, чтобы отогнать дурные мысли.
– Старуха была чрезвычайно суеверна и, как известно, иногда занималась черной магией, полагаясь на заклинания и проклятия, подобно тому, как ниливиры были вынуждены обходиться без своей магии крови. Она не отказывалась от архаичных практик, как большинство магов. Не отказывалась и от ниливиров.
– Сейчас вернусь.
– Быстро выйдя из столовой, она чуть не столкнулась с Рикайей и Аллорой, которая почти остановила дыхание Казимира, когда он ее увидел.

– Вы двое пропустили ужин, — сказал Торрин, не сводя глаз с Рикайи.

– Я не была голодна.
– Рикайя плюхнулась на стул в двух шагах от Казимира, и, к его радости, Аллора села рядом с ним.

– Я тоже, — добавила красивая эльфийка.
– Кто-нибудь проверял, как там Долион?

– Раньше. Похоже, у него было еще одно видение.
– Казимир вздохнул и отпил вина.
– Похоже, мы отправимся в Мортасию.

Аллора бросила на него взгляд, и на ее лбу появилась озабоченная морщина. — В земли смертных?

— Да. Мой брат снова умудрился вляпаться в неприятности. И Мэйвис. Рикайя налила себе стакан вина, наполнив его до краев. — Если вы вернетесь без нее, я лично выпотрошу вас. Она наклонилась над чашкой и глотнула вино.

Несмотря на улыбку на лице, Равецио покачал головой.
– Почему ты такая жестокая?

– Потому что мужчины имеют склонность забывать важные детали. Например, где они положили свои мечи. Как правильно мыть миски после ужина.
– Она жестом указала на стакан с вином, который держала в руке, не пролив ни капли, к удивлению Казимира.
– Где находятся самые чувствительные места женщины во время интимной близости.

– Ах, это низко. Я знаю все чувствительные места. Даже те, до которых ты не можешь дотянуться сама, шаша.
– Равецио подмигнул и провел языком по губам.

Рядом с ним Торрин грубо ударил его по плечу, и Равецио поморщился, потирая место, куда его ударили.

– Я просто шутил.

– Ладно, кто хочет кошачьего когтя Каталли?
– Тетя Морвенна принесла в комнату поднос, держа один из упомянутых когтей между зубами, и поставила кружки перед каждым из сидящих за столом.

– Не в настроении для чая, спасибо.
– Торрин отодвинул кружку, скривив губы.

– Это не чай, дорогой. То, что там внутри, оставит тебя в снегу, если ты выпьешь слишком много.

– Ну, ладно.
– Торрин поднял кружку и опрокинул ее.
– Пусть будет Когти Каталиса.

– Подожди-ка, почему тебе разрешено ругаться, а нам нет?

Морвенна шлепнула Равецио по голове.
– Потому что я старше и заслужила это право. А теперь пей.

Поднимая кружку, чтобы сделать глоток, Казимир замер, когда в поле его зрения мелькнула темная фигура. Когда он повернулся в ту сторону, она скрылась в стене соседней комнаты. Деймосы. Страх в виде тени, оставшийся после смерти.