Элдрич

Лейк Кери

– Пожалуйста... Я не имела намерения...
– Арадия даже не успела закончить, как генерал Лойс нанесла быстрый удар мечом.

Через несколько секунд голова Арадии отделилась от тела и покатилась по полу в кровавой луже, а белый костюм, который она носила, был покрыт густой красной кровью.

– Арадия! — закричала Ваэлора рядом с Зевандером и упала на колени, рыдая.

Лойс вытерла кровь с меча о безголовое тело Арадии и направилась к ним.
– Знайте, что ничто не ускользает от моего внимания.

Зевандер бросил смертельный взгляд на Терона, который

стоял в толпе, невозмутимо глядя на него.

– И нет пощады.
– Она указала на яму, и четверо охранников поспешили снять решетчатую крышку.

Ваэлора поднялась на ноги и отступила, качая головой.
– Нет. Я... сделаю все, что вы скажете... Клянусь. Пожалуйста! Не делайте этого, генерал!

Охранники схватили ее за руки, как и раньше, только на этот раз она сопротивлялась, впиваясь пятками в пол, сопротивляясь и крича.

– Нет! Нет! Я дочь короля!

– Его внебрачная дочь.
– Генерал усмехнулась и передала ее меч стоящему рядом охраннику.
– Тебя следовало убить при рождении, как бесполезного урода.

Зевандер бросился на ближайшего охранника и почувствовал, как толстая рука Оргата сдавила его горло, оттягивая назад. Воздух вышел из его легких, и он вцепился в своего захватчика, который не хотел его отпускать.

Зевандер беспомощно наблюдал, как Ваэлору тащили к краю ямы.

Крик дикого ужаса раздался по всей комнате, ее глаза были широко раскрыты от такого безудержного страха, которого он никогда раньше не видел.
– Клинок к моему горлу! — кричала она.
– Я хочу умереть от клинка!

Что бы ни обитало в этой яме, оно, по-видимому, было хуже смерти.

– Ты не можешь выбирать, — Лойс сильно толкнула ее сзади, и Ваэлора издала душераздирающий крик, падая вперед.

Безумие охватило мышцы Зевандера, и одним быстрым движением он развернулся и вонзил пальцы в мягкую плоть, покрывавшую жизненно важный нерв оргота. Он крепко сжал и оторвал пульсирующий нерв, так что кровь хлынула на его руки.

Освободившись, Зевандер бросился к яме и прыгнул в нее ногами вперед.

Он даже не измерил глубину, поэтому с грохотом упал на гравийный пол, и его колени подкосились. С высоты, которая, должно быть, составляла двенадцать метров, на него смотрели лица, среди которых был и Терон.

Зевандер поднялся на ноги, чувствуя пульсирующую боль в ногах.

Он услышал стоны и обернулся, увидев Ваэлору в оборонительной позе, с камнем в руке. За ней были три широких пещеры, их зияющие входы окружали толстые корни, а внутри царила полная темнота.

Сверху спустился длинный шест, на конце которого был прикреплен горящий пучок хвороста. Человек, державший шест, зажег один из каменных подсвечников на стене, осветив тусклую пещеру.

Зевандер бросился вперед, чтобы схватить шест, но не успел, и человек поднял его обратно на поверхность. Он тихо зарычал и обернулся, чтобы увидеть испуганное выражение лица Ваэлоры.

– Здесь она держит своих питомцев, — прошептала она.

Огромные извилистые линии, размазанные по песку пещеры, шириной в половину его роста, давали некоторое представление об их размерах.

Достаточно

маленькие, чтобы поместиться в пещере, но достаточно большие, чтобы Зевандер забеспокоился.

– Я однажды наблюдала за ними. Они утащили другую рабыню. Я не знаю, что они с ней сделали...

– Они использовали ее»,

— перебила Лойс сверху. — Чарнелиты — очень практичные существа. Они не убивают просто ради убийства или ради еды. Нет, они гораздо более изобретательны.
– Она подняла ботинок на край ямы и отпила вина.
– Когда они впиваются зубами в твою плоть, они выделяют яд, так что к тому времени, когда они утаскивают тебя в свои гнезда, ты полностью парализован. В этот момент самка отложит яйца внутри тебя. Самец, конечно, оплодотворит их, как это обычно бывает. И, как хорошие родители, они будут хорошо кормить тебя всем, что им удастся раздобыть. Гниющим человеческим мясом. Крысами. Насекомыми. А когда детеныши наконец будут готовы вылупиться, они вырвутся из яиц и разорвут твое тело, съев твою плоть в качестве своей первой трапезы.

Глубокий, гортанный рык отразился эхом от стен пещеры, и Ваэлора задохнулась от рыдания. Ее руки дрожали, когда она схватилась за камень.

– Что касается тебя, Зевандер, они повалят тебя на землю и обезглавят. Твоим телом они накормят свою колонию, а голову оставят себе в качестве трофея.

Еще один рык, на этот раз переросший в рев, предупредил, что зверь приблизился.

Зевандер огляделся в поисках оружия, но все, что он смог найти, был камень, немного меньше того, который держала Ваэлора. Его запястья по-прежнему были скованы, он сорвал с себя маску и рога и сосредоточил свое внимание на трех пещерах. Ожидая появления зверей, он не мог не быть благодарным Терону за то, что тот вернул ему рассудок, несмотря на желание вырвать горло этому предателю.

– Обещай мне кое-что... — тихо сказала Ваэлора, ее голос дрожал, как свеча в сквознячном коридоре.
– Если ты когда-нибудь покинешь это место и встретишь моего брата... скажи ему, что я люблю его.

– Хватит. Ты выберешься отсюда.

Сначала слышалось только их тяжелое дыхание, но потом громкий, резкий скрежет и стук, скрежет и стук, заставили его искать источник звука. Он мог исходить из любой из пещер.

Или из всех.

Он потянул Ваэлору за плечо, и она вздрогнула.
– Стой за мной.

Она быстро обошла его и прижалась к его спине, впиваясь ногтями в его бок.

Первый чарнилиф выскользнул вперед, и толпа над ним взорвалась ахканьем и криками. Существо имело тело змеи, с шипами и толстыми чешуйками, но его голова была похожа на голову дракона, широкая и угловатая, с глубокими складками над змеиными глазами, которые бросали угрожающий взгляд. Мерцание его языка напомнило ему о злобных кобрах, о которых он слышал, обитающих в пустынях эремейцев.

Под влиянием адреналина Зевандер искал на теле чудовища какие-либо признаки слабости, но каждый его сантиметр был покрыт чешуей, которая, как он предполагал, была толстой и грубой кожей.