Элдрич

Лейк Кери

– Могло быть и хуже. Я мог бы быть Оргатом.
– Терон фыркнул, и хотя Зевандер тоже мог бы рассмеяться, он не смог даже шевенуть губами — гнев внутри него был слишком силен.
– Если ты настаиваешь на том, чтобы оспаривать каждое ее слово, по крайней мере, позволь мне предложить тебе кое-что.
– Из кармана он достал маленькую ампулу с фиолетовой жидкостью и поднял ее перед Зевандером.

Зевандер неохотно позволил ему положить ее себе на ладонь.

– Это мощный эликсир. Устраняет боль и лечит. Налей его на свои раны, и ты будешь парить в облаках.

Зевандер усмехнулся.
– Так она заставляет

тебя делать то, что ей хочется?

– Твой член станет бесполезным. Это унизительно для нее. И со временем она может даже заскучать без тебя.

– Ты говоришь из опыта?

Прочистив горло, он отвернулся.
– Потребовалось некоторое время, чтобы понять, но да. Она нашла для меня другое применение.

– Лечить раны.

– Не думай, что кто-то здесь наслаждается наказаниями или спит так крепко по ночам, что не может вспомнить ужасы того, что она с ними сделала. Большинство умирают в течение первого месяца. Либо по своей вине, либо, как ты, они отказываются сломаться. Те из нас, кто остался, должны научиться подчиняться. Научиться выбирать свое страдание. Вес цепей с течением времени становится все тяжелее.

Зевандер заскрежетал зубами.
– Я не сломаюсь и не подчинюсь никому.

Сжав губы, Терон поднялся на ноги, задержавшись на мгновение.
– Мор саманет, — сказал он.

– Что это значит?

– Это фраза из соласионского языка, которую часто произносят перед тем, как отправиться в бой. Она означает «смерть ждет.
– Я молюсь, чтобы ты выжил, мой друг.

ГЛАВА 25 ЗЕВАНДЕР

Настоящее время…

Чувство тревоги охватило Зевандера, заставив его остановиться на пути в деревню.

Он оглянулся в сторону лачуги, которая уже слишком далеко от него, чтобы ее можно было разглядеть.

Мэвис?

Инстинкт подсказывал ему вернуться к ней, и в его голове мелькали последние мгновения перед его отъездом, а беспокойство, которое он видел в ее глазах, не давало ему покоя. Возможно, это было предзнаменование, будь он более проницательным.

Он оглянулся на извилистую, неровную тропу впереди, едва различимую под свежевыпавшим снегом, которая тянулась к темному силуэту ФоксглавА вдали.
– Черт.

Это чувство беспокойства разрасталось в его груди, превращаясь в холодное осознание того, что что-то не так.

Очень не так.

Прервав свое путешествие, он повернул назад к хижине, пробираясь по своим собственным следам в снегу.

– Мор саманет.

До него донесся тот же голос, который он слышал накануне в лесу, и Зевандер оглядел окрестности — крутые холмы, которые соединялись с остатками развалившегося деревянного забора по обе стороны дороги. Искривленные, костлявые ветви бесплодных деревьев возвышались над вечным туманом, который висел над тропой, но никого не

было видно.

Никакого движения.

Он продолжал идти к хижине, мимо давно заброшенной водяной мельницы и ее явно гниющего мостика, и снова его чувства обострились. Он потянулся за мечом за спиной, уловив запах на ветру. Промасленная кожа. Слабый запах дыма и пепла.

Блеск золота в поле его зрения предупредил его о движении, и Зевандер резко повернулся, вытащив меч из ножен, едва не попав под смертельный удар меча нападающего, который просвистел мимо его головы.

Одетые в капюшоны и маски, скрывавшие их лица, они снова бросились в атаку, и Зевандер отскочил в сторону, чтобы избежать удара в живот. Зевандер парировал с лязгом, мысленно отмечая стойку и мастерство своего противника. Точность каждого движения. Без сомнения, это был опытный убийца.

Они кружили друг вокруг друга, как зеркальные отражения, с мечами наготове. Призрачная фигура развернулась, и их клинки столкнулись, сталь о сталь, искры летели, когда оба нанесли серию хорошо рассчитанных ударов.

Зевандер мог легко поверить, что его противник изучил его движения, так как он почти предвидел их.

Скорпион на его спине шевелился и скользил по его коже, прося, чтобы его выпустили, но Зевандер сдерживал его, намереваясь сберечь оставшуюся у него магию крови на случай, если он встретит еще таких пауков-мутантов. Он начал пересматривать свои планы, глядя на врага и ища его слабое место.

Зевандер отразил еще один хитрый удар и ответил ударом в грудь противника, но незнакомец успел вовремя уклониться в сторону.

Как будто он сражался со своей проклятой тенью.

– Кто ты? — прорычал Зевандер, снова бросаясь вперед. Его клинок встретил громкий звон стального столкновения.

Незнакомец ответил, на этот раз нацелившись на его живот, и Зевандер вовремя опустил меч, чтобы блокировать смертельный удар.

Он нанес мощный удар по груди врага, отбросив его назад. Этого было достаточно, чтобы Зевандер прижал его к ближайшему дереву, прижав к стволу своим мечом, приставленным к горлу незнакомца.

– Кто ты такой?
– Когда он сорвал маску с лица противника, Зевандер задохнулся, и от шока его рука ослабила хватку меча.

Светлые кудри. Голубые глаза. Шрам в углу рта.

Терон?

В голове Зевандера раскрылась шкатулка воспоминаний, и раздался хор голосов, говоривших все сразу.

Нет. Это не могло быть. Его голова закружилась от воспоминаний, которые он давно запер в себе. Воспоминаний, о которых он не смел думать перед лицом угрозы.

– Рад тебя снова видеть, старый друг.
– Улыбка на лице Терона, жестокая и безрадостная, не соответствовала последнему образу молодого человека, которого помнил Зевандер.

– Века не изменили тебя, да? Возможно, это все виноград и вино, которыми тебя кормили высокородные аристократки.

– Его мышцы снова напряглись, челюсть сжалась.
– Ты далеко от Солассиоса, — прошипел он.
– Что тебе нужно?

– Дело не в том, что нужно мне. Дело в том, что нужно ей. Всегда дело было в том, что нужно ей.

— Лойс?

Его губы искривились будто звук ее имени вызывал у него такое же отвращение. — Кто еще мог послать меня в проклятые земли смертных?