Элдрич
Шрифт:
Отец выдал ревущий крик, заглушенный криком Алеисии, и я резко обернулась, чтобы увидеть, как одно из существ вытаскивает его ноги через дыру.
– Нет!
– Я бросилась вперед, мои руки едва не ухватили его, когда его вытащили через стену наружу.
Не задумываясь ни на секунду, я пролезла через дыру в стене вслед за ним.
– Мэйвит! Подожди!
– Зевандер крикнул изнутри церкви, но я проигнорировала его, мчась по открытому снегу, не отрывая взгляда от существа, уносящего отца к той
Взгляд вверх показал, что Райвокса нигде не было над головой, но я не остановилась, чтобы позвать его, заставляя свои измученные ноги бежать быстрее. Отец кричал, протягивая ко мне руки, но, казалось, удаляясь все дальше, и рыдание ударило мне в грудь. Позади меня две из этих тварей бежали за мной на четвереньках, и их рычание заставляло меня бежать еще быстрее.
Зверь, уносящий отца, резко остановился и резко развернулся. Холодный ужас пронзил меня, когда он впился зубами в ногу отца, сорвав плоть с его икры.
Голова отца откинулась набок, его тело замерло, и я молилась, чтобы он просто потерял сознание.
– Отец!
– Я резко остановилась и вытянула руку, вызвав порыв сильного ветра, который отбросил существо назад. Страх сжал мне легкие, когда я добежал до отца, и, стоя над ним, я протянула руку к ползущим ближе чудовищам, тела которых были готовы к прыжку.
Рев над головой сказал мне, что Райвокс все еще рядом. Не прошло и минуты, как взмах черных крыльев затмил лунный свет, и земля задрожала под нами, когда Корвугон приземлился рядом со мной. Всего в нескольких ярдах от нас зияла дыра в земле.
Эта зловещая тишина вновь опустилась на нас.
Из дыры вырвались новые существа и устремились к нам.
Из Райвокса вырвался серебряный взрыв, обрушившись на нескольких из них, точно так же, как и раньше.
Я вытащила кнут и хлестнула тех, кто бросился на нас, оказавшись за пределами дуги серебряных пламен, разбрасывая в воздух конечности и плоть.
Райвокс отскочил от меня, и стук его массивных когтей по земле отвлек часть чудовищ. Звери вскарабкались на его тело, царапая чешую, пытаясь окружить его.
Пожалуйста, Морсана! Помоги мне!
– Ударь кнутом по земле.
Голос привлек мое внимание к маленькой девочке, стоявшей позади меня. Все вокруг меня двигалось медленно, слишком медленно. Как будто время каким-то образом повернулось вспять, чудовища ползли со скоростью улитки. И тогда я заметила ее глаза — серебряные глаза, такие же, как у меня.
– Морсана?
Девочка улыбнулась, ее тело растворилось в облаке черного дыма, и из него в небо взмыл ворон.
Я выдохнула, и все вокруг снова пришло в движение. Райвокс рычал и прыгал, пока чудовища ползли по нему, их тела меняли цвет с серого на черный,
Вирмиши окружили отца и меня.
Все мое тело дрожало, когда я сжала в руке костяной кнут.
Чудовища рычали, приближаясь, их зубы щелкали в угрозе боли и смерти.
Стиснув челюсти, я отвернулась от отца и, задержав дыхание, я с силой ударил кнутом по земле.
Волнистая вибрация потрясла каждый нерв в моем теле, заставив стучать зубы. Внизу тело отца подпрыгнуло по склону холма, его конечности болтались, как у марионетки без ниток.
Раскатистый треск был единственным предупреждением, прежде чем вирмиши вокруг меня взорвались, разбрасывая по воздуху внутренности и кожу, и я пригнулась, прикрыв затылок руками. Земля под отцом и мной загудела, сердце забилось, когда глубокая трещина ползла от того места, где лежал конец моего кнута, по снегу, к церкви.
Я медленно встала, наблюдая, как трещина расширяется, ползет по ландшафту, словно развилка льда.
Нет.
Я бросилась за ней, преследуя вибрирующую трещину, наблюдая, как вирмиши взрываются вокруг меня.
– Зевандер! Алеисия!
— закричал Корвин, ковыляя ко мне. Позади него два вирмиша разлетелись на куски кровавой мякоти и черной ихоры. Он пригнулся, когда на него посыпался дождь из мяса и раздробленных костей. Третий отскочил назад, чтобы наброситься, и взорвался в воздухе, его туловище тяжело упало на пути Корвина. Еще один крик вырвался из его горла, и он резко остановился, размахивая руками, когда чуть не перевернулся через него.
Когда я подошла, он согнулся пополам, хрипя, пытаясь отдышаться, и указал на фигуру, сгорбленную вдали.
– Алейсия! Она… она… не… в себе!
– Иди, останься с моим отцом! — приказала я и продолжила идти к ней и к церкви.
– Алейсия!
Я сократила расстояние, замедлив шаг, когда она вытянула шею в мою сторону, ее глаза были похожи на два черных шара.
– Четыре, три, два, один. Один, два, три, четыре, — тихо пробормотала она, и когда она снова повернулась, дергаясь и кашляя, я нахмурилась.
– Алейсия?
Не успела я спросить, в порядке ли она, как ревущий рык агонии пронзил церковь и разорвал воздух, словно лезвие, перерезающее нежный лепесток. Сердце подскочило мне к горлу.
– Зевандер!
– Я помчалась к церкви, заметив трещину, пробирающуюся под фундаментом. Земля разверзлась, оставив зияющую траншею, а трещины расходились паутиной по древним камням здания. Стекла из нескольких уцелевших окон разлетелись вдребезги, когда каменная стена рухнула и обрушилась на землю, подняв в воздух обломки и снег.