Эффект ласточки

Веселова Янина

Иви отмякла и заулыбалась разбитым ртом, а у ее хозяйки от этой улыбки аж сердце зашлось, и захотелось кого-нибудь убить. Хотя почему кого-то, есть же конкретный подонок, имени которого ей так почему-то не открыли.

– Выпейте, леди, – отец Оуэн сунул ей в руки бутылек.
– Успокоительное, - мягко пробасил он.

– Спасибо, учитель, - Елена Павловна сунула лекарство Иви.

– Да это вам, не ей, - поправил целитель. – Волнения вам сейчас заказаны.

– Умница, - дождавшись, когда жена выпьет лекарство герцог напомнил о себе. –

Теперь по делу, - его голос похолодел. – По законам Бригии пострадавшей будет выплачена вира. Ребенка, буде он родится, отец признает бастардом. Вроде ничего не забыл, – очаровательно улыбнулся Вэль, давая понять, что официальная часть закончена.
– Все.

– То есть как это все?!
– не поняла Елена Павловна.

– Обыкновенно, – не понял в чем суть претензий средневековый мутант.

– То есть моих людей можно насиловать в моем доме и за это платить тридцать серебряников?

– Таков закон, – развел руками Вэль.
– Для простолюдинки...

– А если в следующий раз ему понравится девочка? Совсем девочка? В самом прямом смысле. Или мальчик? Этот выродок тоже откупится? Да я эти монеты ему затолкаю туда, где солнце не светит!!!

– Элен!

– Не ори на меня! Запомни, а лучше заруби на носу. В МОЕМ доме МОИ люди находятся под МО?Й защитой, и всякие твари, покусившиеся на них, будут иметь дело со МНОЙ!

– И что ты хочешь от МЕНЯ?!
– психанул Вэль.

– Хочу имя этого урода, чтоб знать кого проклинать! И, если нет возможности оторвать ему все выступающие части тела, то пусть хоть уберется отсюда! Немедленно!

– Из-за простой девки? Вот еще.

– Ах так!..
– задохнулаcь Елена Павловна.

Она попыталась вздохнуть, ничего не получилось. Что-то большое и горячее сдавило грудь. В глазах потемнело. Стремясь избавиться от этого непонятного жара, леди Ласточкина напряглась, собрала все силы, какие еще оставались и вытолкнула ЭТО наружу... Когда она смогла вздохнуть и открыть глаза, первой мыслью стало: "Мамочки, как это развидеть?"

И мысль эта была архиверной. Дело в том, что в нервах Елена Павловна умудрилась заморозить (а нечего спорить с нервными беременными магичками) собственного супруга. Он замер в очень неустойчивой позе. В каком-то полупоклоне, полурывке с вытянутой вперед рукой и опорой на одну ногу. Если бы не стазис Вэль ни за что не удержался бы на ногах, а так стоял. И даже вполне устойчиво.

– Кхм, да, - глубокомысленно откашлялся отец Оуэн, убедившись, что жизни герцогской четы вне опасности. – Хороший стазис, мощный. Что делать будем: подождем, сразу пошлем за лордом Годфридом, или вы сначала попробуете?

– Нет уж, - испуганно икнула Елена Павловна.
– Лучше подождем придворного мага.

– Здравая мысль, - одобрил целитель. – Кстати, как самочувствие, леди?

– Очень кушать хочется, – пожаловалась она.

– Это дело хорошее, к тому ж время к обеду...

Договорить лекарь не успел. Хлопнула дверь и в людскую ворвался начальник гарнизона.

– Измена!
–

гаркнул Гордон Макдональд. – Покушение на герцога!

– Что?!
– схватившись за живот, стекла на лавку Елена Павловна.

– Отряд его светлости обездвижен!
– надрывался комендант.
– К оружию!

– Спокойно!
– гаркнул святой отец.
– Все под контролем! Никакой опасности нет! Да и нападения тоже, - уже тише закончил он.

– Но как же? – растерялся сэр Гордон.

– А вот так, – развел руками целитель.
– Ее светлость расстроилась из-за того, что ее горничную обидели. И вот...

– Что?.. – настороженно посмотрел на леди комендант.

– Судя по вашим выкрикам, множественный стазис, наложенный на группу лиц, – учтиво растолковал святой отец.
– Если вас не затруднит, сэр Гордон, пошлите гонца в Изенгард (столица Бригии), пусть передаст письмо лорду Годфриду. Леди Элен, черканете письмецо придворному чародею?

– Лучше уж вы, - замахала руками ?лена Павловна.

– Решено, только сначала убедимся, что с вами все хорошо, - заворковал над Еленой Павловной лекарь.
– А вы, милейший, завязывайте орать при беззащитных беременных женщинах. Как бы не прилетело.

Первым неуверенно хихикнул поваренок, за ним засмеялась Иви, а потом и все остальные.

– А теперь, - дождавшись, когда громогласный хохот стихнет, провозгласил целитель, обедать!

– Сначала я хочу, чтобы Иви показала мне насильника, – возмущенно потребовала Елена Павловна.

– И зачем, позвольте спросить, - участливо поинтересовался великан.
– И не надо делать такое возмущенное лицо, леди. Я как ваш целитель запрещаю портить аппетит перед обедом, разглядывая всякую мерзость.

– Я попрошу, - возмутился сэр Гордон.
– Речь идет о цвете рыцарства.

– Сам-то понял, что сказал?
– хмыкнул святой отец.
– И о ком?

– Но позвольте...

– Не позволю, - отрезал целитель Оуэн. – Идемте, леди, - позабыв о коменданте, богатырь все свое внимание перенес на будущую мамочку. – Кушать пора.

– А...

– Иви покормят тут, а после обеда она покажет вам насильника. Прямо пальцем ему в морду... – смутился он.
– Одним словом, покажет. Все равно он никуда не денется.

– Ну если вы на это так смотрите...
– исчерпав все свои доводы, Елена Павловна уже готова была согласиться, но тут ее взгляд упал на мужа.
– А как же Вэль?

– Сэр Гордон приставил стражу к его светлости.

– Но этого мало... Нужно еще что-то сделать... – не торопилась успокаиваться краса и гордость бригийской магической общественности.

– Прикажете, ширмочкой отгородить? – не подумавши ляпнул управляющий и прикрыл руками рот.

Но было уже поздно. Все на него уставились. Причем выражения лиц у всех были одинаковыми. Надутые, покрасневшие, едва сдерживающие хохот. Впрочем, идею сэра Аарона одобрили. Статую герцога окружили плотными ширмами и приставили к ней почетный караул. Во избежание.