Эффект ласточки

Веселова Янина

Сколько материалов перелопатила дотошная Елена Павловна страшно вспомнить. Даже лично с ювелирами консультировалась. Зато сейчас была в теме. Кроме того, леди Ласточкину очень интересовал янтарь. Особенно в смысле шахмат. Ведь его можно плавить, и это не так уж сложно. Зато перспективы открываются сумасшедшие.

Приглашенный специалист аж завибрировал, услышав революционные мысли ее светлости. ?ерцогиня Балеарская раскрыла перед ним широчайшие горизонты.

– Все сделаю, - глядя на нее как на божество, кланялся ювелир. – Благодетельница. Детям и внукам своим завещаю...

– Погодите, сэр Кларенс, - остановил его лопающийся

от гордости родитель светлейшей просветительницы.
– Прежде чем завещания писать, давайте поработаем.

– Буду счастлив, - истово стукнул во впалую грудь ювелир, горбатый нос которого чуял самый прекрасный в мире запах. Запах больших денег.

И они попробовали. Не мелочась, начали с топазов. Эти бледно-голубые камни в Бригии были очень дешевы. Результат ошеломил. Стеклянистый блеск ограненных топазов привел ювелира и графа Дроммора в экстатическое состояние. А уж как была довольна Елена Павловна, сложно передать.

– И ведь это почти ничего не стоит, – причитал сэр Кларенс при виде сияющих камней.

Пусть их огранка пока была несовершенна, но это был переворот в ювелирном деле. ?лене Павловне этого показалось мало. Переждав первые взрывы радости, она коварно предложила ювелиру... сварить бледно-голубые камни в оливковом масле или запечь в краюхе хлеба (первым способом пользовались древние греки, а вторым уральские мастера).

Окрыленный успехом сэр Кларэнс повиновался, не задавая вопросов. Какова же была его радость, когда едва окрашенные минералы превратились в лазурно-голубых красавцев.

– Это... Это...
– не верил своим глазам ювелир.
– Это чудо.

– Всевышний благословляет нас, - вторил ему граф Дроммор.

– Топазы сияют как глаза Вэля, – вздыхала о своем, о женском Елена Павловна.
– Цвет один в один.

– Ты так считаешь?
– лорд Арклоу по-другому взглянул на камни.
– Хотя, да. Похоже. А как ты относишься к тому, чтобы подарить его светлости перстень с вареным топазом?

Ювелир, при котором велся разговор, превратился в слух.

– Я, конечно, помню, что ты хотела заказать кольцо с сапфиром. Мы даже нашли подходящий камень, но Элли, подумай, у нас в руках диковина. Такой нет ни у кого. Во всяком случае за Бригию ручаюсь.

– К тому же мы не ограничены в размерах, – тихонько как мышка пискнул мастер.

– А давайте, - махнула рукой Елена Павловна. – Только огранка должна быть особенной.

– Не буду вам мешать, - видя, что уныние покинуло доченьку, обрадовался граф. – Оставляю вас корпеть над тонкостями огранки. Я в этом ничего не понимаю, но вот на результат полюбуюсь с удовольствием.

Впрочем, наедине с посторонним мужчиной лорд Арклоу кровиночку не оставил. При герцогине неотлучно находилаcь камеристка, а сэра Кларенса сопровождали многочисленные подмастерья. В порыве вдохновения, не иначе, Елена Павловна вспомнила схему огранки октагон (один из очень распространенных видов ступенчатой огранки. Известна тем, что камням при обработке придается форма восьмиугольника с усеченными углами).

– Потрясающе, - то и дело повторял мастер, восхищенно глядя на герцогиню. – Я сделаю кольцо, которого еще не видел это мир.

– Верю в вас, – улыбалась ему Елена Павловна, помня, как мужчины падки на похвалу.
– А что у нас с янтарем?

– О, - закатил глаза ювелир, - с ним все замечательно, леди Элен. Мы, конечно, перепортили часть образцов, пока не подобрали наилучший температурный режим, но это сущая

мелочь по сравнению с будущей прибылью. Кто бы мог подумать, что из никуда негодной янтарной крошки, мелочевки и отходов может получиться столь дивная краcота?! А всего то стоило нагреть янтарный порошок, помещенный в металлический цилиндр, который находится под давлением подвижного поршня. Происходит плавление... Чудо, истинное чудо. Воистину, Всевышний наградил вас незаурядным умом, леди Элен.

– Сэр Кларенс, я всего лишь мечтательница, - торопливо открестилась ?лена Павловна, - Без ваших золотых рук, чутья и таланта ничего не получилось бы.

– Вы ко мне так добры, ваша светлость, - бриллиантом чистейшей воды сиял ювелир.

– Я всего лишь объективна. Лучше скажите, вы захватили с собой образцы плавленого янтаря?

– О, да, – воскликнул тот, подавая знак одному из подмастерьев. Парень торопливо подал патрону шкатулку, в которой дремали два янтарных короля. Молочно-белый увенчанный короной рыцарь бригиец и вишнево-красный даэронский варвар.

– Восхитительно, – Елена Павловна осторожно взяла фигурки в руки и поднесла к глазам.
– Какая тонкая работа. Потрясающе. Гениально. Я так рада, что отец обратился именно к вам, сэр Кларенс. Вы... Спасибо...

Все. Занавес. растроганного ювелира можно намазывать на хлеб.

– А какие камни нравятся вам, миледи?
– немного собравшись с мыслями, спросил ювелир.

– Опалы и жемчуг.

– Но, как такое может быть? – растерялся мужчина.
– Ладно жемчуг. Слезы моря как нельзя лучше подходят вам, но опалы... Они вышли из моды. Лет семьдесят их почти не носят. Говорят, что они приносят несчастье.

– Глупые суеверия, – обиделась за любимый камень Елена Павловна.

– Вы так считаете?
– задумался ювелир. – А давайте, я изготовлю для вас ожерелье с опалами и жемчугом?

– Прекрасная идея, сэр Кларенс, - одобрила Елена Павловна.
– И не забудьте, пожалуйста, о серьгах и колечке к нему.

– Всенепременно, - пообещал тот.

– Опалы будут прекрасно смотреться в окружении мелких ограненных топазов, - леди мечтательно прикрыла глаза...

На фоне столь важных событий приезд в Данмогал Арвэля все расценили как несвоевременный и неуместный. Нет, ну правда... Плавка янтаря в самом разгаре, голубые топазы варятся в лучшем оливковом масле, их бледно-желтые братья запекаются в песке, чтобы порозоветь на радость сэру Кларенсу. Новый гардероб и наполовину не готов. Ювелир и портниха рвут герцогиню на части, и тут, изволите видеть, явление герцога Балеарского народу.

Кстати, о швее... Елена Павловна никак не могла взять в толк, как Энн Нэвил могла отказаться от услуг такой мастерицы. Неужели и вправду дело в скандальном платье, которое отказалась шить госпожа Агата? Так ее можно понять. Ни одна уважающая себя леди не закажет наряд для cебя или дочери у портнихи, которая шьет подобное похабство. Что бы там себе не думала Энн, добропорядочная Бригия это не распутная Скандия и не разнузданный Даэрон.

Несколько раз во время примерок Елена Павловна была готова задать вопрос о фаворитке и ее платье. Леди даже открывала рот, но всякий раз захлопывала его. Ни будет она мараться разговорами об этой особе. Никогда и ни за что. Лучше обсудит фасоны нарядных платьев для будущих мам. Из-за них между ?леной Павловной и остальными дамами развернулись настоящие баталии. Дело в том, что леди Латочкина наотрез отказалась от корсета.