Эффект бабочки
Шрифт:
— Мистер Коэн, — прерываю монолог, — я ещё квартиру не видел. Домовладелец запнулся и захихикал как маленькая девочка, что выглядело более чем странно.
— Извините, молодой человек, — повинился он, — с утра прошёлся по квартирам, плату собрал. Народ у меня такой, что свои деньги не сразу выбьешь, вот и приходится актёрствовать.
— Помогает? — Полюбопытствовал Джо.
— Так, — неопределённо ответил мистер Коэн, — вообще-то не очень, но иначе вообще платить не хотят.
— Хорошие соседи, — замечаю толстяку театральным шёпотом, слышимым за десяток метров. Коп фыркает, он вообще смешлив и на редкость обаятелен. Настолько, что даже непрезентабельная внешность не мешает ему слыть тем ещё бабником.
— Пойдёмте, квартиру посмотрите, — пригласил домовладелец, развернувшись к лифту. На четвёртый этаж лифт доехал плавно, но с заметным скрежетом.
— Четыре
— Вы правы, вид неважный, — сообщаю, встав у окна, — на оживлённую улицу открывается.
— Так это же прекрасно! — Возопил мистер Коэн, — экзальтированно потрясая руками, но смущённо опустив их под моим скептическим взглядом.
— За сорок пять долларов в месяц?
— Шестьдесят пять! — Распушил бороду домовладелец.
— За такие деньги сами спускайтесь с дробовиком, если вам вдруг почудится, что в дом ломятся гангстеры!
Торговались мы долго, приводя порой такие аргументы, что Джо аж хрюкал от смеха. Наконец сговорились, за четырёхкомнатную квартиру я плачу пятьдесят долларов. Сумма по нынешним временам внушительная, столько сейчас зарабатывает за неделю строительный рабочий из квалифицированных.
Много, очень много… но я помню, или вернее знаю, что меньше чем через сто лет цены на аренды недвижимости в больших городах подскочат так, что половина доходов будет уходить на квартплату. С такого расстояния цены кажутся вполне умеренными. Тем более, что мебель осталась от прежнего жильца, и пусть она не слишком-то мне нравится… но на халяву сойдёт.
Привычно улыбнувшись клиентке и дождавшись ответной улыбки, Максим непринуждённо получил чаевые и проводил женщину до выхода из ресторана. Работа из ненавистной стала привычной, поиск других вариантов всё время откладывался.
Процент от выручки вместе с чаевыми складывался в весьма недурственные суммы. Максим порой за день зарабатывал больше, чем шахтёр за неделю. Денег хватает на пристойную квартиру, качественную одежду, спорт и досуг, да и счёт в банке регулярно пополнялся.
Пару раз доставались и приятные нежданчики. Фрау Беккер, богатая старуха, упомянула официантов в своём завещании. Не самые большие суммы на фоне огромного состояния, но сам факт! Ирма Гершензон, случайная любовница, оказалась очень щедрой. Подаренный на прощанье перстень ювелир оценил почти в тысячу марок.
Тогда бандит долго матерился, но возвращать подарок не стал. Вопреки распространённым мифам, сидельцы не стесняются принимать подарки у женщин, да и на содержание идут легко. Не все… но и чем-то постыдным это не считается.
Дома Максим считал это слегка зазорным, стараясь не думать о том, что во время отсидки его содержали мать с сестрой, да и Варенька едва ли не половину зарплаты посылала на зону. Это другое!
Здесь попаданец насмотрелся на господ офицеров — тех самых рыцарей чести по мнению адептов монархизма из двадцать первого века. Честь бывших ничуть не мешала им садится на шеи более обеспеченных товарищей и не замечать, как жёны и дочери выходят на панель.
А уж выгодная женитьба во все времена не считалась в дворянской среде чем-то предосудительным! Шансов выйти замуж у красивой бесприданницы много меньше, чем у девушки с состояньицем. Пусть даже к оному прилагалась не вполне белоснежная репутация.
На этом фоне бандит смотрелся вполне нормально, не замечая того, как постепенно размываются границы нормы.
— Что за шум? — Поинтересовался Максим прохожего.
— Тельмановцы, — ответил пожилой белогвардеец, каменея лицом, — коммуняки местные, суки…
Стоя вместе с бывшим чиновником военного ведомства на тротуаре, Максим смотря на идущих мимо немцев под красным флагом.
Шепот несется по миру [92] Рабочий, его ты не слышишь? Зовут на войну командиры. Рабочий, ты это не слышишь? Зовет тебя в бой оружейный магнат, Он прибыли новой будет так рад! Весь мир призывает магнат на войну, Стремясь уничтожить Советов Страну! Рабочий! Крестьянин! Вооружайся! Оружие в руки бери! Встреться92
[92] «Тайный поход против Советского Союза» или «Тревожный марш» (нем.) Der heimlichen Aufmarsch gegen die Sowjetunion или Der Heimliche Aufmarsch) — антифашистский марш немецких коммунистов. Стихи были написаны в 1927 Эрихом Вайнертом.
!
Колонна пела не слишком стройно, но дружно. Лица одухотворённые — видно, что люди идут ради идеалов. По телу бандита пробежал озноб.
— Какая же я сука, — тихо сказал себе под нос Максим, — здесь немцы… Немцы, бля! Пытаются изменить мир к лучшему, а я официантом… Зная, что впереди война.
Он стоял на тротуаре и смотрел на идущих мимо левых, кусая губу. Отчаянно хотелось встать с ними в строй… Не потому, что он коммунист, вот уж нет! Обозначить позицию, стать на правильную сторону. За своих, пусть даже здесь и сейчас это немцы.
Двадцать первая глава
Знакомства в студенческой среде завести несложно, достаточно посещать время от времени излюбленные молодёжью места и быть достаточно открытым к новым людям в твоём окружении.
К концу зимы тысяча девятьсот двадцать восьмого года количество приятелей на всех факультетах Нью-Йоркского университета перевалило у меня за сотню, и это если считать только тех, с кем вместе пил, гулял и куролесил по-всякому. Появились знакомцы и среди профессуры, служащих университета.
Можно сказать, что поступление обеспечено, как и самый тёплый приём в одном из студенческих братств. Но возникла неожиданная проблема выбора.
Отучившись два года на искусствоведа и посещая также лекции по социологии и психологии, думал и в двадцатом веке пойти по привычным рельсам. Послезнания позволяли не только достаточно легко ухватить здешнюю программу, но и войти в дальнейшем в элиту гуманитариев.
Взять хотя бы психологию, которая сейчас переживает времена даже не расцвета, а скорее зарождения. Только-только психологи перестали считать, что вся наша жизнь вертится вокруг наличия или отсутствия фаллоса и началась настоящая наука. И тут я, такой красивый и многознающий… Стать в таких условиях гением психологии и отцом-основателем легче-лёгкого.