Эффект бабочки
Шрифт:
Скупо делюсь знаниями по кроссфиту ММА и техниками рукопашного боя, ссылаясь постоянно на мифического бывшего офицера. Парни уже заинтересовались столь легендарной личностью и начали копать… пусть.
Энтузиастов со сложной судьбой сотни, если не тысячи. В одном только Нью-Йорке десятка три школ рукопашного боя, основанных бывшими военными — американскими, британскими, французскими, немецкими и русскими. Военные хотят славы и денег, объявляя свои Системы самыми-самыми. Точнее, школ намного больше, три десятка это более-менее востребованные, имеющие достаточно заметное количество учеников или высоких
Старательно придерживаюсь линии энтузиастов, не слишком выделяясь. Пусть по части приёмчиков могу дать фору большинству бойцов, но… между знанием оных и умением их применять большая разница.
Методическая подготовка из двадцать первого века выручает, но нет опыта практического, я никогда не преподавал и не командовал новобранцами. Личный опыт уличного бойца и невеликий спортсмена, это немного иное. Так что по большому счёту, мои уроки не слишком выделяются на фоне местных сэнсеев.
— Ну что, Эрик, завтра вечером тренировка? — Поинтересовался Ларсен в душевой, вытирая мокрые волосы. Угукаю, натирая мочалкой пятки, капрал рядом бубнит что-то, по его мнению весёлое.
Особо не прислушиваюсь, знаю уже его привычку выкладывать сугубо местечковые новости так, будто я действительно в курсе — кто такая Мэри-с-Цветочком и почему у сержанта Боба — того, что из Оклахомы, неприятности с женой.
Поскольку мы однофамильцы, да и корни у копа шведско-датские, Дан решил поинтересоваться, а не родственники ли мы? Оказалось, и в самом деле родственники — аж в девятом колене. Точнее — в девятом колене он родственник моим документами, но Эрик Ларсен, чьё имя я сейчас ношу, приходится родичем и мне.
Дану хватило и такого дальнего родства, ходит теперь сияющий, называя меня постоянно кузеном. Заодно эксплуатирует по-родственному, правдами и неправдами напрашиваясь на все тренировки.
— Может тебе попроситься у капитана ассистентом? — Вытираясь полотенцем, с ноткой сомнения интересуюсь у кузена, — ты всё равно торчишь на всех моих занятиях, вон как загорелся!
— А можно?! — Вспыхнул Дан.
— Я-то откуда знаю?! У капитана интересуйся, можно или нельзя. Может, в позу встанет, да запретит — мало ли!
Не дав толком высушить волосы, Дан потащил меня к капитану в прокуренный кабинет.
— Ассистентом? — Не выпуская дешёвой, на редкость вонючей сигары, поинтересовался Мэтью Скот, — а потянет?
— Ларсен, сержант Риджуэй и пожалуй — Лесли из архива, вот самые толковые.
— Лесли? — Чуточку удивился капитан, голос которого из-за сигары в уголке рта прозвучал несколько невнятно и гнусаво, — не ожидал таких талантов. Знаю, что в школе он борьбой занимался, да потом боксом совсем немного. У нас он как-то быстро в архивах осел. Не то чтобы трусоват, но осторожен чрезмерно.
— Про характер не веду, тут вам лучше знать.
— Хм… почему бы и нет? — Мэтью хрустнул пальцами и достал из письменного стола и бутылку с бурбоном и не слишком чистые стаканы, — с тем условием, что если уж возьмёшься учить, то не бросать через несколько недель.
— Ну… до начала лета точно… да к этому времени мои знания и закончатся, не великий я мастер.
Сделку отметили выпивкой — довольно дрянной, нужно сказать.
— Эрик, мы тебе квартиру нашли, — нарисовался Толстый Джо, как
— Надеюсь, не в Гарлеме? — Интересуюсь у Джо ёрнически.
— Я не спятил ещё! — Возмущается тот, приняв шутку за чистую монету, — Манхэттен. Метро напрямую через Гарлем проходит, так что добираться тебе нормально. Давай, не тяни! Домовладелец там мистер Коэн, старый хрен и параноик изрядный. В жильцах всё больше евреи из приличных — знаешь, дохленькие всё больше.
— Да они всякие бывают, — вспоминаю Шломо из университетского спортзала. Вот уж здоровило! Чёрный, носатый и пейсатый, как и положено порядочному еврею, был он ещё и фанатом железа, что вообще-то среди евреев встречается нечасто. Но у них так часто — в спорте они редко заходят дальше лёгкой физкультуры, зато уж если поняли, что это их спорт, так всё! Танком не остановишь.
— Всякие, — согласился Джо, — но у Коэна фишка такая, он яйцеголовых дохляков собирал у себя.
— Ешиботников [91] , что ли? Не нужно мне такое счастье!
Опасение не напрасны, среди этих ребят полно чудиков, серьёзно сдвинувшихся на религиозной почве. Израильтяне светские сами не горят желанием иметь таких соседей. Да и подруга детства, вышедшая замуж за израильтянина, о евреях религиозных, отзывалась исключительно матерно. И это Сюзен, человек крайне толерантный. Правда, у неё в соседях не просто религиозные, а какие-то вовсе ортодоксы… не помню, какая между ними разница.
91
[91] Ученики высших еврейских религиозных школ. Русская (русско-еврейская) транскрипция слова Иешива.
— Не… — смеётся толстяк, — я не спятил ещё! Обычные ботаники яйцеголовые — преподаватели университета, медики всякие. Дохляки, но нормальные, без религиозной зауми. Просто насобирал дохляков… ну ты понимаешь — связи там, влияние… а теперь газеты читает и боится. В городе-то весело сейчас, и чем дальше, тем веселей.
— Охранником, что ли? Что-то мне подсказывает, что условия домовладельца могут показаться не очень удачными для меня.
— Давай сходим, — подтолкнул меня Джо под локоть, — да поговорим! Тогда и решишь.
Мистер Коэн больше походил на пожилого белоруса, смеха ради отрастившего пейсы в дополнение к бороде и напялившего кипу. Среднего роста, очень основательный и спокойный… вот только торговался, как еврей канонический!
— … никак невозможно! — Стенал он, воздевая руки вверх, — за такую цену мне проще пойти с протянутой рукой, чем сдать квартиру! В синагоге ребе высмеет — скажет, ты совсем спятил, друг мой? Если ты хочешь заняться благотворительность, так не лучше ли заняться кормлением голодных и посещением больных? Зачем ты посадил себе на шею этого здорового варвара, Шломо? Шея у тебя не такая толстая, и на ней уже сидит Циля с детьми, да и зятья норовят залезть туда же!