Её Крепость
Шрифт:
Наш вид значительно отличается от биологии Квао-Тир, несмотря даже на то, что генетически они являются предками человеческой расы, поэтому Лютеане стали изучать различия между мозгом Квао-Тир, Интерго, Кармианским и Лютеанским, чтобы исключить пагубно влияющие факторы.
Отдельно стоит выделить вклад Ка Длико Фендер Лютеа Люраны – одной из самых сильных лютеанских менталисток в Небесном Ковре, оказавшей учёным неоценимую помощь при создании и испытаниях первых прототипов Соу. Госпожа Фендер позволила скопировать её ментальную иллюзию для первой симуляции и поддерживала связь с добровольцами, объединявшими разумы, что помогло им избежать
Уже к седьмому прототипу аномийским учёным удалось добиться не просто поддержания иллюзии и участников внутри неё, но и взаимодействия испытателей друг с другом в подпространстве, без какого-либо содействия со стороны менталиста. После этого была начата работа над тем чтобы создавать иллюзии с помощью подпространств не-менталистов.
К десятому прототипу Соу больше не требовал никаких искусственных иллюзий и мог с помощью симуляционных алгоритмов обрабатывать сигналы мозга принимающего испытателя и преобразовывать их в информацию, которую получал испытатель-гость.
Соу позволяет не только создавать иллюзии, воздействующие на сенсорную систему, как обычный симулятор, но и может ускорять/замедлять восприятие, помогает обучаться чему-либо, что в реальной жизни повторять опасно, а также способствует излечению душевных болезней, которые не были вызваны органическими изменениями в мозге. Кроме того, люди могут объединить свои разумы и станут способны идеально понимать друг друга, подобно менталистам, при этом менталистами не являясь. За симуляционными технологиями наше будущее.
Д. Аренс 3 11 807 год».
Я посмотрела на Диорита.
– Это ты написал?
– В школе.
– Мне очень понравилась статья, – искренне сказала я. – И стало понятнее, что такое Соу. Спасибо.
Диорит улыбнулся, рассеянно смотря перед собой.
Я вдруг осознала, что мы сейчас одни в комнате, не считая не просыпавшейся мамы, сидим на одном диване и свободно разговариваем, не прерываемые Райаной или родителями, которые непременно отвлекали меня или Дио, после чего мы никогда не продолжали разговор. И смутилась, как будто это осознание что-то поменяло. Разговаривать с Дио всегда было сложно из-за того, что он отвечал настолько кратко, насколько это вообще было возможно, а иногда и вовсе выражал свой ответ жестами. Приходилось поддерживать разговор за него, и если вы хорошо с ним не знакомы, то могло показаться, что он не хочет общаться. Впрочем, если знакомы, то тоже часто так кажется.
Парень больше ничего не говорил, вернувшись к работе над каким-то документом, и я тоже молчала, не желая ему мешать. Но тишина эта почему-то была комфортной, а не неловкой. Наверное, Диорит был только рад, что никто его не донимает.
Райана вернулась одна, без Сиерри, и сообщила, что Раннельд прислал её заменить Дио, с которым хочет поговорить мой папа. Как я поняла, его не удалось угомонить, и теперь папа требовал объяснений по поводу опасности Соу. Я не желала прощаться с Диоритом, но он послушно встал и, даже не взглянув на меня, молча прошёл мимо своей сестры в коридор.
– Ну как ты тут? – ласково спросила Райя. – Хочешь поспать немного? Или переодеться? Может, принести тебе чего-нибудь?
– Да, спасибо, – сказала я.
Мне не хотелось, чтобы Райана чувствовала себя бесполезной, и я попросила её купить мне надувную подушку для шеи. Ночуя всю неделю на диване, я уже давно подумывала о том, что пора бы обзавестись такой подушкой, но никак не находила
Наконец оставшись в одиночестве, я села возле мамы и пообещала ей уговорить папу согласиться попробовать Соу. Вряд ли у нас были какие-то другие варианты, но папа не любил рисковать. Если я не надавлю на него, то, скорее всего, всё останется так, как есть сейчас. А этого мне не хотелось.
Глава 5 – Приготовления
Когда я проснулась, Райана тихо сопела на диване у двери. Пройдя на цыпочках мимо спящей девушки, я вошла в ванную. Мне нужно привести себя в порядок и переодеться перед тем, как Диорит снова меня увидит.
Стоя в стерилизаторе, я думала о том, удалось ли папе хоть немного поспать, или он всю ночь думал о Соу и опасности, которую таит его использование. Что, если он не согласится? Что, если не захочет рисковать, даже если мама не проснётся без этого? В отличие от него, я готова была рискнуть. Хотя бы потому, что не могла больше сидеть и надеяться на чудо. Мама согласилась бы со мной, я была уверена в этом. Она тоже предпочитала действовать, а не смиренно ждать, даже если действие подразумевало определённый риск. Но не рискнув можно потерять ещё больше – мы ведь так и не знаем, что происходит. А если мама в какой-то момент просто перестанет дышать? Переведём её на искусственную систему жизнеобеспечения? А что потом? Продолжим держать её душу запертой в обречённом теле? Будем сидеть возле неё годами, не позволяя уйти? С этим я тоже не была согласна.
Папа не выглядел отдохнувшим, но Раннельд сказал мне, что он поспал несколько часов. Сиерри осталась в нашем доме, следя за доктором Цаэр, который всё-таки добился того, чтобы исследовать гостиную на предмет следов Эа. Диорит, как я узнала, сейчас был с маминым лечащим врачом – обговаривал приготовления. Он уже привёз Соу, полученный утром от доктора Цаэр, и теперь ему необходимо было заняться калибровкой, учитывая все особенности мамы и «гостя», который будет погружаться в её подпространство.
– Сейчас доктор придёт и расскажет нам последние детали, – сказал папа.
– Хорошо, – отозвалась я. Они что, ещё не решили, кто будет «гостем»?
Доктор казался достаточно уверенным, когда вошёл в нашу палату. Раннельд вывел свою дочь из комнаты под предлогом позавтракать вместе, и я поняла, что разговор нам с папой предстоит очень серьёзный.
– Как вы уже знаете, технология Соу позволяет объединять любые разумы, – начал доктор.
– Но…? – спросил папа с подозрением.
– Но, в нашем случае, вероятно, придётся воссоздавать часть подпространства с помощью «гостя». Поэтому есть определённые требования к тому, кто будет погружаться.
– Какие? – спросила я.
Доктор посмотрел на меня, а затем на папу и произнёс:
– У Алииссе есть сестра-близнец? Это было бы лучшим вариантом. Но кто-то из сиблингов, родителей или детей тоже подойдёт.
Мужчина понимал, что единственный подходящий человек – это я. Но тщательно завуалировал свою речь, якобы предлагая нам варианты. Даже если у мамы остались родственники там, где она родилась, мы не сможем доставить их с неразвитой планеты. Это может занять очень много времени или оказаться и вовсе невозможным. Папа не удивился, и я поняла, что он знал об этом – Диорит рассказал ему вечером. Тогда почему они не сообщили об этом мне? Хотели, чтобы это сделал доктор? Или верили, что получится найти другой вариант.