Единственная. Твоя
Шрифт:
Любава чуть в умывальник не вцепилась. Политех. Отлично. Ей зачем об этом знать? А перед глазами мелькнула круглая, как колобок, девица. И ее внимательный взгляд из-под точеной брови. Предостерегающий такой.
Напрасно. Ей этот медведь хамоватый и даром не нужен! Пусть хоть гарем из девиц держит.
— Ясно, — дернула плечом, отгоняя внезапно вспыхнувшую злость. — А мама моя и папа тоже университет окончили? Странно, но они об учебе никогда не вспоминали, а я не спрашивала…
Стружки
Чуткий слух уловил едва слышный скрип и лёгкий шаг следом. Сейчас явится… Нож вильнул, срезая лишнее. Черт!
В спину как дробью ударило тягуче-нежное:
— Данияр…
Зверь вскинулся, как от удара. Прошёлся когтями по измочаленным нервам и глухо заворчал.
— Слушаю, — вытолкал из себя.
— Пойдем, темнеет уже. Я постель расстелила…
Глухой рык вибрировал в горле раскатами грома, но Данияр отложил нож в сторону. Заставил себя встать.
Варвара тут же на локте повисла. Прижалась боком, а ноготки крепко так на предплечье сжала. Имеет право. А вдали едва слышно заворочалась гроза. Будет дождь. Холодное лето выдалось… Нехорошее.
Дом встретил тонким ароматом трав и меда. Расстаралась жёнушка.
— Я так соскучилась, — прошептала, хватаясь второй рукой, словно он мог бы сбежать. — Седмицу не виделись, любый. Обратно со всех ног спешила!
— Вот и отдохни. Путь не лёгкий, а тебе о ребенке думать надо.
И Данияр подтолкнул жену к кровати. Но сам не пошел. Развернулся и молча исчез в другой комнате.
Глава 5
Ее дом. Настоящий, в котором жили родители! Любава стояла среди пустой и немного пыльной комнаты и… и просто стояла. Не знала, что ей делать.
Прибраться, наверное. Пол подмести, тряпочкой окна вытереть. Проветрить постель. Но для начала разобраться, где средства уборки найти.
В общем, дел по горло, а она двинуться не может. И ощущение странное. Словно наконец-то нашла свое место, только вот остаться тут не может. Нельзя.
Любава нерешительно приблизилась к печке. Дом явно убирали и поддерживали в чистоте все это время. Нет чувства запустения, и все же неуютно.
И Рада исчезла. Привела ее сюда, предложила освоиться, а сама вдруг охнула: «Ой, забыла!» и сбежала.
С другой стороны — Рада перед ней вообще плясать не обязана. И так спасибо: накормила, в баньке попарила и ночь предложила скоротать.
Спалось не хуже, чем у дядьСтаса, только без снов. Вообще глухо — как нырнула в темную топь забвения, так и вынырнула. И с самого утра здесь уже. Рассматривает свое будущее жилище на две недели…
Дверь
Препарируя ее острым, как скальпель, взглядом, на пороге стояла та самая молодка — жена Данияра.
— Ну здравствуй, Лю-ба-ва.
Медовый голосок плеснул по сердцу черным дегтем.
— И тебе не хворать, — ответила после секундной заминки.
Девушка хищно прищурилась. А в синих глазах лед и стужа. Ждала, что ей в ноги кинутся? Ну, так пусть ждет дальше!
Гостья скривилась и нехотя процедила:
— Надолго ли?
— Сколько нужно будет.
Синь потемнела, как грозовое небо. Девушка поджала губы, а Любава попыталась задавить в себе разраставшуюся ярость. Хотелось сказать какую-нибудь гадость, а еще лучше — сделать!
— А что ж в столице своей не сиделось? — зло прошипела девушка. — Сюда, поди-ка, никто не звал.
— Тебя не спросила.
Молодка так и вскинулась, шагнула ближе, и на мгновенье померещилось, что за плечами девицы тугими кольцами взвилась тьма. Потянулась вперед отравленными щупальцами, к самому горлу…
— Чёй-то ты, Варвара, тут забыла? — звонкий голос Рады хлестнул по ушам.
Любава вздрогнула, и морок исчез, оставляя перед глазами обычную беременную женщину и недовольную чем-то старушку. Когда вернуться успела? Как из-под земли выросла… Мистика какая-то.
— Да вот, Любаву проведать решила, — хмыкнула Варвара, — может, помощь требуется. Мы ведь с мужем проследить должны, — и нарочно живот огладила.
— Спасибо, не надо, — отсекла Любава.
Пусть идёт медведю своему помогает. А от нее подальше держится.
Варвара фыркнула. Взметнула подолом просторного льняного платья и с неожиданной прытью выскочила за порог. Любава чуть не ругнулась. Всего ничего знакомы, а лучше бы вообще никогда не встречались. Странно… обычно она никогда так на людей не реагировала, даже пустозвонка Раечка вызывала лёгкое раздражение, но никак ни желание плюнуть в спину.
— Ты на Варвару внимания не обращай, — подала голос Рада. — От ее ревности на сотню верст смрадом несёт. Соколом вокруг Данияра кружит, на всех клювом щелкает. Но и ты лишнего повода не давай.
Больно надо!
— Чужих семей не разбиваю, — проворчала и пошла к окну.
Хоть свежего воздуха пустить, а то от этой «соколицы» пузатой запах странный… Действительно смрад. Тоненький такой.
— Ох, девочка. Не всякая семья — семья есть… Ну да ладно, дело их, не твое.
Любава насторожилась.
А что, плохо живут? Или брак по залету? А может, корысть?
— Зачем тогда женились, если, к-хм, не семья? — не удержалась от вопроса.
Но Рада только головой покачала и посмотрела в окно, словно Варвара могла подслушивать.