Джаг
Шрифт:
Увидев девушку обнаженной, Джаг понял природу происхождения ее имени. Ее пупок украшала большая жемчужина, а по центру черных кудряшек лобка проходила нитка более мелких жемчужин, нанизанных на крючочки золотистого металла. Это необычное украшение шло сверху вниз вдоль складок молочно-белой плоти.
— Как ты ее находишь? — поинтересовалась Джедия, подойдя к ней. — Ты видишь изящество линии шеи, форму бедер, рельеф груди? А ее попка? Ты только посмотри на ее попку! Ты должен быть осторожен и не слишком грубо с ней обращаться. Начинай, — сказала она, обращаясь к девушке, — доведи его до нужной
Не заставляя себя долго уговаривать, Жемчужина села на тюфяк рядом с Джагом. У нее была нежная кожа, от которой исходил терпкий мускусный запах. Она прижалась к нему теплым телом, но когда Джаг захотел ее поцеловать, она воспротивилась.
— Ее рот принадлежит мне! — заявила Джедия, наблюдая за ними. — Она тебе его не даст. По крайней мере, если я ей не прикажу.
Чуть смутившись, Джаг тем не менее начал пробуждаться. В его апатичном мире появилась брешь, через которую пульсирующими струями возвращались рассудок и ясность ума.
В одно мгновение он обрел какую-то часть своих атрофированных умственных способностей, как тогда, когда спасался от рыбы-шара.
В данной обстановке это проявилось через животное желание, от которого мучительно восстало мужское достоинство.
— Ты производишь на него впечатление! — хохотнула Джедия, совершенно ошибаясь относительно истинных причин мощи Джага.
Трясясь, как в лихорадке, потеряв голову от неожиданного неукротимого желания, Джаг опустил руку к животу партнерши.
Но ему никак не удавалось просунуть руку между ног девушки — она нервно уклонялась от его ласки — и тогда Джаг припечатал ее спиной к ложу, намереваясь разобраться в причинах своей неудачи. Хозяйка шахты резко оттолкнула его ногой.
— Спокойно, — сказала она. — Ты обыкновенный самец, который сразу же хочет получить желаемое. Сожалею, но здесь законы устанавливаем мы, и ты должен подчиняться.
Опустившись на колени, она прошлась указательным пальцем, пожелтевшим от никотина, по нитке блестящих жемчужин, которые исчезали между плотно сжатыми ногами молодой женщины.
— Это не только украшение, — объяснила она, раздвигая волосяной покров на лобке. — Это еще и надежный запор. Посмотри!
Заинтригованный Джаг придвинулся ближе, наклонился и с ужасом отметил, что крючочки, на которые были нанизаны жемчужины, выполняли еще и функцию этаких железных челюстей, которые сомкнулись на складках нежной плоти, пронзив их насквозь, и плотно прижав друг к дружке.
— Это тоже принадлежит мне, — информировала его Джедия. — Это слишком драгоценный фрукт для таких ублюдков, как ты! Вы умеете только рыть, разрывать все снизу доверху, тогда как нужно услаждать, ласкать. Свои лучшие чувства вы растрачиваете на собак и лошадей! Вы испытываете большую любовь к животным, нежели к женщинам! Это нормальное явление… среди зверей.
Переглянувшись, женщины заговорщически улыбнулись.
— Ты возьмешь то, что осталось, — продолжала Джедия, — отверстие, предназначенное для испражнений. Это больше подходит для такого примитивного самца, как ты. В любом случае, у тебя всего лишь один инструмент для нас двоих. А теперь, по местам!
Жемчужина тут же прилипла к Джагу. Стоя на коленях, она высоко подняла зад с раздвинутыми ягодицами, демонстрируя
Просунув руку между бедер, молодая женщина схватила Джага за мошонку и потянула к себе. Затем она лихорадочно взяла в руку член Джага, провела им по своей канавке, защищенной жемчужинами и подвела его к узкому коричневатому отверстию. Она долго и тщательно устанавливала его, прежде чем начать делать толчки назад, медленно насаживая себя на твердую плоть.
Как только Джаг задвигался быстрее, Жемчужина приподнялась и занялась последними приготовлениями, которые заключались в том, чтобы застегнуть вокруг талии и на бедрах широкий кожаный пояс с тонким и длинным искусственным фаллосом, сделанным из жемчужных колец, соединенных между собой смолой желтого цвета.
Когда эта операция завершилась, Джедия легла на спину, приподняла и развела в стороны ноги и раздвинула руками валики больших губ, раскрыв влажно блестевшую розовую расщелину.
Жемчужина осторожно подалась вперед, направляя перламутровый фаллос ко входу во влажный грот Джедии и медленно ввела его туда на всю длину, "сопровождаемая" Джагом, который все это время не покидал узкого и теплого гнездышка, принявшего его.
Вращая задом, крича и сквернословя, Джедия принимала в себя искусственный член из жемчуга, не останавливаясь ни на секунду.
— Давай! — подбадривала она Жемчужину. — Пронзи меня! Глубже! Ты протыкаешь меня насквозь, но мне это нравится! Господи, до чего же хорошо! Вколачивай глубже, да вколачивай же! Достань до самого дна! Сильнее! Помогай ей и ты, я разрешаю! Пусть он прочистит тебя! Я хочу, чтобы он проталкивал тебя в меня, чтоб мы были друг в друге, чтобы ты глубже проникала в меня! Вперед!
Ветер безумия ворвался в комнату. Через несколько секунд в помещении слышались только хлюпающие звуки, прерывистое дыхание, приглушенные крики, жалобные всхлипы, дьявольские просьбы, сквернословие…
Прижавшись к своей партнерше, сжимая в руках ее мраморные груди, Джаг входил в нее и выходил в бешеном ритме, не всегда точно координируя свои движения с движениями девушки, которая играла свою собственную партию, вонзая одним толчком ужасную перламутровую шпагу в тело Джедии.
Когда движения осады совпадали, Джедия испытывала удвоенную силу толчка, который уминал ее тело и заставлял рычать от наслаждения.
В этой разнузданной игре, ощущения обострялись и вскоре все трио взлетело на вершину волны наслаждения.
Джаг хотел встать, но хозяйка шахты остановила его жестом руки.
— Ты остаешься, — сказала она. — Другие девушки тоже хотят испробовать твою рогатину. У такого бойца, как ты, должно что-то еще оставаться в резерве.
Снова растянувшись на тюфяке, Джаг заметил следы крови между ног Джедии. Перехватив его взгляд, она ухмыльнулась.
— Нет настоящего наслаждения без страданий! — заявила она и, зажав в руке перламутровый фаллос, добавила: — Каждый раз я добавляю одно кольцо жемчужин. Нужно уметь идти дальше, добиваться лучших результатов. Наслаждение должно быть не только физическим, но и моральным. Я вот спрашиваю себя, что ты из всего этого можешь понять… Ты ведь ни что иное, как усовершенствованное животное!