Дым и зеркала
Шрифт:
Все бы было не так плохо, но этот чертов сукин сын улыбался.
— Брианна пропала!
— Что?
Зев протащил Тони за собой в кладовку; команда расступалась, уступая им дорогу.
— Девочки спали там, под стойкой. Я подошел проверить, все ли нормально, а ее уже и след простыл. Как и второй лампы.
Тони покосился на Эшли, свернувшуюся на груде одежды, и неверяще посмотрел на Зева.
— Четырнадцать человек в помещении на три квадратных метра. Как она ухитрилась просто взять лампу и смыться?
— Слушай,
Секунду.
— Ты теперь слышишь музыку?
— Угу. — Он поморщился. — Труба сбивается на полутоне.
— Наверно, она пошла в туалет. — Тина зажгла еще две свечи и отдала их Кейт. — Вот. Тут светло. А я пошла за ней.
— Я с тобой, — объявил Зев.
— Может, она пошла посмотреть на горящего ребенка? — сонно предположила Эшли. — Она про него не затыкалась.
— Она твоя сестра. — Тина нахмурилась. — Ты должна за нее беспокоиться.
Эшли фыркнула.
— Еще чего. Как-то раз она прокатилась на белом медведе в зоопарке.
Никто из присутствующих даже и не подумал, что это была запланированная поездка.
— Как она пробралась в вольер?
— Никто не знает.
Мэйсон быстро, но негромко отбил чечетку. Его белая рубашка сияла почти так же, как его улыбка.
— Может, она пошла танцевать. — Он начал подпевать музыке.
— Прекрати! — Широко распахнув глаза, Маус вцепился в его плечи и толкнул в одно из парусиновых кресел, скрипнувшее и качнувшее от приземления Мэйсона. — Оставайся здесь! Не двигайся! Пусть никто не двигается. Оно нас не найдет, если мы не будем двигаться!
По отсутствию реакции Тони понял, что по сути все оставалось по-прежнему. Маус разбирался с Мэйсоном, записав не совсем стабильного актера в ужастик, проигрывающийся у него в голове. Это напоминало психбольницу под управлением врачей, но раз работало…
Пока он был в библиотеке, ситуация явно ухудшилась. Существо в подвале значительно надавило на сознание тех, кого захватывали тени. Пока никто не стремился творить зло — если не считать злом танцы в крошечном помещении, но все было неважно. Пэйвин и Сэйлин сидели по обе стороны от хмурящейся Кейт — это было неудивительно — и звукооператор демонстративно держал наготове рулон клейкой ленты. Ли стоял у задней стены, обхватив себя руками, опустив голову и закрыв глаза. Он что-то бормотал себе под нос, но вроде бы не собирался рвануть в бальный зал или на совершение серийных убийств. Или сначала на убийства, а потом в бальный зал.
— Тони! — Питер развернул его к себе. — А как насчет твоих приятелей-призраков? Они не могут найти?
— Я не видел их с того момента, как они сказали мне про ноутбук. Я звал, но они не отзываются.
Надежда угасла, но Питер быстро собрался.
— Ладно, обойдемся без них. Тина, Зев, возьмите лампу и загляните в ванную. И заодно проверьте комнату с горящим ребенком.
— Вообще-то, это называется «детская», — фыркнула Тина.
— Ладно. Называй, как хочешь. Мы с Адамом и Сорджем возьмем свечи и… — Когда Питер открыл дверь, свечи
— Кто-нибудь хочет поспорить, что это повторится? — пробурчала Эми.
Никто не хотел.
Тони поставил ноутбук на стойку, открыл его и загрузил.
— От этого не очень много света, но комната маленькая. Пока Тина с Зевом смотрят наверху, я пройдусь до ванной при свете проигрышей.
Ли, одарив Мэйсона презрительным взглядом, вышел из теней. И Тони совершенно не понравилась эта картина.
— Я пойду с тобой.
— Нет. Нельзя. Это слишком опасно. Бальный зал и так хочет тебя поймать.
— Все будет в порядке.
— Ты остаешься здесь, — заявил Питер, прикасаясь к одолженной черной футболке.
Ли скривился, но вернулся обратно к стене.
— Я пойду…
— Нет. — Тони перекинул Эми книгу. — Просмотри вот это, может, найдешь что-нибудь полезное.
— Ты нашел журнал Каулфилда?
— Ну дык.
— Что-то я не вижу, чтобы он был подписан. Откуда ты знаешь?
Откуда он знал?
— Когда я к нему прикасаюсь… — Тони нахмурился. — В нем есть сила. Когда я к нему прикасаюсь, он напоминает мой ноутбук.
Эми поджала губы и вытерла руки о брюки.
— Ему бы не помешала косметическая маска.
Пара старых книг Генри, темных, тех, которые хотел заполучить демон, были сделаны из человеческой кожи.
— Забудь об этом, — посоветовал он, пока Эми начала перелистывать страницы. — Тина. — Тони остановил ее уже на пути к двери. — У тебя есть в сумочке зеркало?
Выложившись на полную, Тони успел добраться до бального зала до того, как Чарльз проткнул свою жену. Половинка двойной двери была открыта как раз настолько, что в щель могла прошмыгнуть восьмилетняя девчонка.
— Брианна! — Но он сомневался, что его слышно за криками в холле и теперь уже непрерывной музыкой. Зажав тинину пудреницу в одной руке, Тони боком скользнул в бальный зал. Нет смысла открывать дверь пошире. Нет смысла напрашиваться на неприятности.
Говоря о неприятностях…
Ему послышался голос Брианны, но музыка стала еще громче, хотя сейчас не была очередь бального зала. Он ее не видел — слишком много коробок преграждало путь. Видимо, пока здесь были Чарльз с женой — пока они здесь жили, поскольку они никуда не делись после смерти, — бальный зал использовали в качестве кладовки.
Сдвинуться левее.
Еще коробки.
Справа блеск дорогих украшений в свете газовых ламп и ритмичное постукивание ботинок с твердыми подошвами о пол.
И снова коробки.
Проигрыши все сильнее и сильнее начинали совпадать друг с другом.
Значит, так. Он не будет обращать ни на что внимание, схватит девчонку и оттащит ее к остальным. Как хорошо иметь план. Конечно, еще не помешало бы знать, в какой комнате она находится — потому что этот проигрыш был не из длинных, и меньше всего ему хотелось застрять здесь в полной темноте. Голос Брианны раздался громче, и струнная группа сбилась на несколько тактов.