Дым и зеркала

Хафф Таня

За исключением узора на его груди. Тот был почти неприятно теплым.

Контакт.

Наверно, она была симпатичной, пока не умерла. Не очень высокая, с каштановыми волосами и светло-карими глазами за маленькими круглыми очками. Ему почудилась россыпь веснушек, но из-за этого опухания и обесцвечивания было трудно сказать точно. А поскрипывала веревка, на которой висела Люси.

Интересно, СОВ [21] когда-нибудь делали репортажи про повешения? Ему казалось, что нет, но где-то он точно слышал, что большая часть суицидников передумывает,

когда веревка начинает стягиваться. И как бы решительно они ни были настроены, от перспективы медленного удушения они сдирают собственную кожу, пытаясь выбраться. Люси этого не делала.

21

Прим. переводчика: СОВ — Служба Общественного Вещания (Public Broadcasting Service) — программа некоммерческого культурно-просветительного телевидения в США.

Хуже всего, в ее глазах отражалось сознание.

— Вы меня слышите?

— Да. — Почти неслышно. Веревка уничтожила ее голосовые связки.

Прекрасно. Если он стремился хоть как-то ее понять, то ему придется обойтись односложными ответами.

— Мы с моими друзьями застряли в этом доме, и нам нужна ваша помощь, чтобы выбраться. Вы читали журнал Крейтона Каулфилда?

— Немного.

— В нем есть информация о существе в подвале?

Она содрогнулась так резко, что начала раскачиваться.

— Да.

Что может заставить содрогнуться мертвеца?

— Мы можем воспользоваться этой информацией, чтобы его победить?

— Не надо.

— Вы думаете, что это не сработает?

Смех был еще хуже, чем содрогание.

Все продолжалось слишком долго, и он не знал, что спрашивать. Невозможно было вытягивать информацию по одному слову.

— Вы знаете, где журнал?

— Сейчас.

Конечно, сейчас. А, нет, стоп. Ее «сейчас» было сто лет назад. Журнал не мог по-прежнему быть там. Вот только он был там во время ее проигрыша. В том же времени, что и журнал. У него жгло в груди, начиналась мигрень и появилось внезапное озарение насчет того «не надо».

— Хорошо, сейчас.

Даже несмотря на расплывчатость, ее взгляд точно говорил: «Может, я и мертвая, зато ты идиот».

— Спрятан.

— Каулфилд его прячет? Где?

— Не надо.

Какая подсказка.

— Спасибо за предупреждение, но у нас нет выбора. Где Каулфилд прячет… прятал журнал?

— Биб…

Что-то уцепилось за его джинсы.

— …ли…

Боль не дала ему дослушать. Когда она утихла настолько, что Тони мог открыть рот, он уже сидел, прижимаясь спиной к шкафам, и чувствовал во рту вкус меди. Голова трещала по швам.

— Ай.

— Вот тебе и ай. — Эми, уже надевшая ботинки обратно, опустилась перед ним на корточки. — У тебя судороги начались.

— Я на это не рассчитывал.

— Ты себе губу прокусил.

Говорить было больно.

— Я знаю.

— Ты меня до полусмерти напугал.

Она легонько стукнула его над пупком. Кожа казалась натянутой, сожженной.

— Ай.

— Терпи. Ты узнал, что было надо?

— Вроде.

— Если бы у тебя не была такая твердая башка, у тебя бы треснул череп. Так что будь уверен.

— Я уверен.

— Так возблагодарим же господа. — Она протянула руку, чтобы помочь ему

подняться. — Давай, одевайся, и пойдем рассказывать все остальным.

* * *

Остальные передислоцировались в кладовку. Эми напрочь отказалась признаться в том, что запаниковала, когда они вернулись в холл и обнаружили там россыпь соли и пару капель теплого воска.

— Нам нужен более удачный способ не давать людям бродить тут, когда Фред с Джинджер выйдут на главную сцену, — сказал Питер, ведя их через столовую. — А там маленькая комнатушка. Мы можем заблокировать обе двери. И к тому же там никто не умирал.

— А как же Эверетт? — спросил Тони, пока остальные сталпливались потеснее, чтобы освободить место еще для двоих. Когда пятнадцать человек набивались в кладовку, слово «тесный» казалось преуменьшением.

— Я убедил Тину, что Эверетт никуда не денется.

— А как насчет круга из соли? возмутилась Эми.

— С изгнанием злых духов придется подождать. Мне важнее, чтобы не изгнались актеры, — фыркнул Питер. — Я могу работать с одержимыми, а вот мертвецы — не мой конек. Какого черта случилось с Тони?

Эми закатила глаза.

— Неудачное приземление.

— Я даже спрашивать не собираюсь, что это значит. — Повернувшись обратно к Тони, Питер скрестил руки на груди. — Что ты выяснил?

— Ну, она оказалась не очень-то разговорчива… — Наклонив голову набок, он поднял воображаемую веревку.

— Призраки могут танцевать, но не могут говорить?

— Не я придумываю правила. Я даже не уверен, что они вообще есть. Но когда Люси покончила с собой, журнал был спрятан в библиотеке. Мне надо найти его и прочитать во время ее проигрышей.

Побледневший Маус, зажатый между Кейт и Сэйлином, начал дрожать.

— Нельзя ходить в библиотеку, — простонал он, хватаясь за свою футболку. — В ней привидения!

Брианна, положившая голову на рюкзак Зева, умудрилась выразить в одном зевке абсолютное презрение.

— Они есть во всем доме. Что ты как маленький!

Глава 12

— Так, я все. — Констебль Денверс откатилась в кресле от стола и потянулась. — Плохие парни пойманы, документы заполнены и так, и в электронном формате, правительство довольно — так что я домой, в душ и на четыре благословенных часа в кровать, прежде чем мне придется провожать своих драгоценных отпрысков в детский сад. — Она скомкала листок и швырнула его в своего напарника. — Джек! Прием! Собираешься здесь всю ночь торчать?

— Просто проверяю то, что сказал Тони.

— Что? Это сегодня днем в доме? — Когда Джек согласно пробурчал, она попыталась вспомнить все, что упоминалось в том разговоре. — Он спрашивал про смерти в пятидесятых годах.

— Угу.

— И ты проверил.

— И я проверил.

— Тебе работы мало?

— Он меня заинтриговал.

— Ага. — Как все хорошие полицейские, Джек иногда несколько увлекался, и за последние несколько месяцев она привыкла к внеплановым наездам. Проверка «ЧБ Продакшнз» — в студии или на месте съемок — когда ему хотелось. Она понятия не имела, что он делал. Но инстинкты обычно не подводили Джека, да и на Ли Николаса всегда было приятно посмотреть. Поэтому времени она не жалела.