Двойняшки
Шрифт:
Она взяла полотенце и открыла стеклянную дверцу душа. — Беги и одевайся, Керри. Я приду через минуту. — Ей вспомнилась сцена — Декстер и Терри в постели.
Керри посмотрела на мать, потом на отца. Девочка не понимала, что произошло, но чувствовала: случилось что-то страшное.
Декстер молча прислонился к стене. В нем зарождалась бешеная злоба.
— Хорошенького понемногу. Я повторю апелляцию, — заявила Энн. — И детей буду воспитывать я.
Декстера душил гнев. В эти мгновения он любил Энн — и ненавидел ее. Гордость заставила его выпрямиться и взглянуть ей прямо в глаза. Он смотрел на нее с таким презрением, словно это она обнаженной
Декстер с облегчением вздохнул; на губах его заиграла холодная улыбка. Не важно, чего мне это будет стоить, но на сей раз я уничтожу ее, подумал он.
— Увидимся в суде, Энн, — сказал он.
Декстер плотно сжал губы, и лицо его теперь напоминало каменную маску.
На улице бушевал ветер, бросавший брызги дождя на оконные стекла. Вспышки молний прорезали небо; то и дело раздавались громовые раскаты.
Зои потянулась к сигаретам. Закурила. Она думала о том, что лучше надеть ко второму завтраку.
Последние недели были очень тяжелыми для нее.
Керри не уступала ей ни в чем, и Зои вновь начали одолевать сомнения. Она не могла наслаждаться ролью хозяйки дома — эту роль узурпировала дочь Декстера. Именно узурпировала. Зои нечем было заняться.
Поместьем управляла Керри, и делала это мастерски.
Зои попыталась поговорить об этом с Декстером, но тот молча уставился на нее, точно на идиотку.
Зои с грустью посмотрела в окно, размышляя о том, когда же наконец Керри вернется в Калифорнию.
Керри зевнула и открыла один глаз. Все тело ныло, и она боялась пошевелиться. Наконец протянула руку к звонку, чтобы вызвать слугу.
После вчерашней попойки ей оставалось лишь радоваться, что она вообще жива. Она смутно помнила, что отправилась с друзьями в ночной клуб «Банана Макс-Юпитер» — выпить и потанцевать. Было весело. Майкл с некоторых пор не разрешал ей развлекаться таким образом. Она покурила травки, побаловалась кокаином — самую малость — и, помнится, флиртовала со всеми подряд. И без конца хохотала — это Керри тоже хорошо помнила. Дальше — провал в памяти. И сейчас голова болела так, словно под черепом у нее установили буровую вышку.
В дверь негромко постучали.
— Мисс Керри, вам что-нибудь принести? — спросила Ирма.
— Закрасьте стекла черной краской и приварите к ним стальные ставни, простонала Керри.
— Хорошо. Что-нибудь еще? — с невозмутимым видом спросила Ирма — в последнее время она не раз видела Керри по утрам не в лучшем виде после обильных возлияний.
— Черный кофе и газету. Спасибо.
Дверь за Ирмой закрылась. Керри поморщилась — в ней проснулось еще одно воспоминание о вчерашней ночи.
Боже, папочкина машина! Теперь она действительно все вспомнила, и эти воспоминания вызвали тошноту.
Она разбила «тестароссу»! Это случилось при повороте на улицу Слоун, когда они с ее старой подругой Кимберли затеяли гонки. Передний бампер любимой машины отца разбит всмятку. Керри смутно помнила полицию и отца на месте аварии. Но тогда она была слишком пьяна, чтобы понять, что происходит.
Керри попыталась спустить ноги с кровати. Пошатываясь, направилась в ванную. Все тело по-прежнему ныло и болело.
Взглянув в зеркало,
Ирма накрыла второй завтрак во внутреннем дворике. Зои посмотрела на свой салат без майонеза и два тоненьких пересушенных тоста и вздохнула: почему Декстер держит ее на голодном пайке?
Ну да ладно, подумала она, зато сегодня вечером будет здорово. Декстера пригласили на обед, который давал член семьи короля Хуана-Карлоса. Зои прежде никогда не встречалась с представителями королевских семей.
— Ирма, а где мистер Портино? — спросила она, взяв с тарелки тост.
— Он в своем кабинете, с мисс Милли. Придет через пятнадцать минут, отрапортовала Ирма.
— Хорошо. Пока я жду его, пожалуйста, принесите мне чай без сахара, со льдом.
— Хорошо, мэм.
Зои окинула взглядом окружавший ее прекрасный пейзаж, и эта картина немного успокоила нервы, хотя полностью избавиться от мыслей о «проблеме Керри» все же не удавалось.
И тут Зои почему-то вспомнила, как она впервые обратила внимание на Декстера. Было безоблачное весеннее воскресное утро. Она и ее университетские подруги прослышали, что принц Чарльз вечером собирается играть в поло в Веллингтоне. Единодушно решив, что надо посмотреть на него, девушки погрузились в «файерберд» Зои и поехали Веллингтон. Они приехали на стадион гораздо раньше начала «мероприятия», поэтому решили: пока надо взять коктейли и поглазеть на высокопоставленных гостей, направлявшихся к центральной ложе. Девушки болтали и хихикали — и тут появился черный вертолет; он на несколько секунд завис над полем, а затем приземлился. Всем присутствующим дамам пришлось придерживать свои шелковые юбки и широкополые шляпки, пока лопасти вертолета не замерли. В это мгновение солнце почти скрылось за облаком, и Зои показалось, что единственный его луч был точно направлен на человека, который спускался по трапу вертолета. Вне всякого сомнения, это был самый привлекательный мужчина, которого Зои видела в своей жизни, как загипнотизированная, направилась она вслед за ним к трибунам.
Вместо того чтобы смотреть, как играет принц Чарльз, Зои не отрывала глаз от этого человека, сидевшего в частной ложе. Она не знала, кто он такой; знала лишь, что непременно должна с ним познакомиться. После матча она очаровала молодого официанта — для нее это было плевым делом, — и тот провел ее в поло-клуб. Этот мужчина оказался там. Остальное было просто: вместе выпили вина, он попросил ее телефон, позже позвонил. Через неделю она была в Кливедене, шикарном поместье в Англии, которое переделали в гостиницу. Прислуга распаковывала ее чемоданы, лакеи в ливреях приносили на тяжелых золотых подносах чай и лепешки. Они поселились в номере леди Астор; окна номера смотрели на Темзу.