Двойник 2
Шрифт:
— Мясо, — кивнул старик на тварь. — Не очень вкусное, но со временем увеличивает уровень Лебена в твоём теле. Особенно сильно увеличивает его почки, печень и сердце. Я возьму себе треть от туши. Остальное можешь забрать.
— Никто не приходил? — поинтересовался я.
— Нет Костя, никто, — ответил старик.
Я почувствовал досаду — от того, что не нашёл девушек, и от того, что этот старик мог и так мне всё рассказать, а вместо этого я шлялся в темноте по лесу.
— Не кипятись Костик, — старик насадил кусок мяса на шпажку. — Мне нужно было мясо, а тебе знания.
Подумав я кивнул.
— Ты знал, что она крутится рядом? — спросил я.
— Знал, — кивнул старик поджаривая шашлык. — Крутилась рядом, но напасть боялась. Я для неё слишком страшный.
— Страшный? — не понял я.
Вместо ответа старик молча вытянул руку как Дарт Вейдер, и массивный шкаф около стены легко оторвался от пола.
— Я ведь маг, — пояснил он. — А на местных харчах так отъелся, что даже сидя в этой коляске расправлюсь со стаей таких собак. Мой тебе совет — ешь местную пищу, когда получается, то что выращивают кланы не даёт таких сил. А мне что-то подсказывает, что для твоих поисков тебе нужно будет много сил.
— Спасибо, — кивнул я беря свою долю.
Старик ив самом деле дал ценную подсказку и очень хороший совет.
— Теперь о том, что у тебя вертится на языке, — хмыкнул он. — Как обойдёшь мой дом посмотри между деревьями, там в небе виден огонёк с башни. Иди прямо на него и придёшь в местный посёлок. Если повезёт, то твои друзья уже там. Не повезёт — помогут местные и объяснят всё остальное. Там же сможешь купить фонарь и хороший компас, чтобы ориентироваться во тьме.
— Спасибо Михаил Евгеньевич.
— Топор возьми, — донеслось мне вслед. — Потом занесёшь.
Взяв сие оружие и укрепив тело, я зашагал на путеводный огонёк прислушиваясь к каждому шороху. Однако никто мне больше не попался, а часа через два я стал видеть в отдалении бесформенное пятно посёлка. Лесная тропинка сменилась хорошей утоптанной дорогой, которая вскоре даже стала мощёной камнем.
Прошагав по ней ещё час я наткнулся на указатель. Прочитать что на нём написано в такой тьме было просто не реально, поэтому я продолжил шагать по дороге. По бокам дороги оказался самый настоящий бордюр. Это ещё что за сюрприз? Пока я шёл меня посетила одна мысль, которая принесла мне облегчение — пусть сейчас случилась вся эта беда, пусть я неизвестно где и неизвестно что со мной будет, но теперь я не исчезну в небытие, как будто меня не было — та же Анна будет знать, что был некий Константин, который выдавая себя за её брата присматривал за ней.
Ложка мёда в бочке дёгтя.
Подходя ближе к посёлку я почувствовал когнитивный диссонанс — посёлок смотрелся самым настоящим европейским посёлком — высокая кирпичная стена, шестигранные фонари под старину на ней, за стеной виднелись аккуратные крыши с жестяными флюгерами и аккуратными печными трубами.
Если бы не знал, то решил бы, что это какая-то швейцарская деревня. В центре посёлка стояла вышка,
— Меки стехе вергехт? Васт ист их нейм?- остановил меня голос со стены. — Стой кто идёт? Как зовут?
Люди! Он сейчас что на немецком говорил?
— Стою, — ответил я. — Костя. С кем говорю?
— Який Константин? — с немецким акцентом спросил голос. — Я есть не слышать о тебе? Откуда ты?
— Из избы в лесу от деда Михаила, — честно ответил я. — Тут кроме меня никого не было?
— Кто есть таков дед Михаил?
— Михаил Евгеньевич, такой старик в инвалидном кресле с сильным телекинезом, — ответил я задрав голову. — Это он меня сюда направил.
— О… Я понимать. Подожди, сейчас открыть калитка.
Неизвестный за стеной стал куда-то спускаться, однако дверь открылась не сразу, он с кем-то оживлённо говорил, а потом в воротах открылась небольшая калитка.
— Заходь, — раздался уже русский голос. — А ты немчура сдвинься и с мушкета не шмальни по случаю.
— Ифан! Я не являться идиот, как ты думать!
— Я не говорю, что ты идиот, я говорю, что ты на радостях жамкнешь по спусковому крючку!
— Я быть аккуратен.
— Я вхожу, — прервал я их словесную перепалку. — Топор подам рукоятью вперёд. Ваня, отбери ты у этого Ганса ружьё, он говорит, как дворянский учитель в первом поколении — или в тебя попадёт, или в меня, или сам пораниться.
За калиткой раздался уже коллективный смех, а затем неразборчивое бормотание немца. Я аккуратно просунул топор рукояткой вперёд, а затем зашёл сам.
За калиткой как я и ожидал стояло несколько человек — вытянутый по струнке с неестественно прямой осанкой блондин сорока лет в распахнутом сюртуке, жилетке с часами на цепочке, брюках которые напоминали штаны кавалериста и шляпе с загнутыми полями. Ружьё было при нём, к счастью упёртое прикладом в землю. Очевидно тот самый немец.
Рядом стоял мужик с густой бородой и прямым пробором. Из одежды на нём был фрак, такие же штаны как на немце и сапоги с отворотами. В одной руке у него был шестигранный фонарь со свечой, а во второй старинный пистолет.
Если немец напоминал какого-нибудь пастора или учителя, то этот человек напоминал гусара.
Третьим был человек в коротком жилете, щегольской белой рубахе, короткими волосами и аккуратными усами. Ассоциация сразу была с каким-нибудь титулярным советником или писарем.
— Топор у деда взял. С обещанием вернуть, — сказал я. — Мне его ещё ему возвращать. Сдавать?
— Добро, — кивнул гусар. — Откуда идёшь?
— Из Новосибирска, — ответил я.
Разобраться бы ещё, что можно говорить, а что нет. За местного я точно не сойду, как ни буду стараться.
— Милостивый государь, как вы сюда попали? — напряжённым голосом спросил «титулярный советник».
— Была воронка, — коротко ответил я. — Потом я падал. А потом вынырнул, а подо мной был пруд. А потом исчез.