Дверь домой

Панфилов Василий Сергеевич

Надеюсь, мои познания в биологии не подведут и уверенность, что она окажется не слишком маневренной, оправдаются… Прыгаю с разбегу на ствол дерева, резко отталкиваюсь вправо и… «Крокодильчик» не успевает развернуться как следует. Приземляюсь ему на спину босыми ступнями, кожа неожиданно горячая. Несколько быстрых ударов в районе позвоночника с расшатыванием клинка в ране — и отпрыгиваю подальше.

С полминуты приходится заниматься настоящим паркуром — зверушки успели подобраться достаточно близко. Во время одного из прыжков «велоцераптор» оказывается рядом. Курткой-вещмешком

бью его по голове, блокирую потенциально опасные щупальца, а «сестра» вспарывает шею.

Что «крокодил», что «велоцераптор», ещё живы — крепки на рану. Впрочем, в погоне они уже не участвуют, так что похрен. Снова отрываюсь, растягивая противников в цепочку. Ацтеки заметно отстали — метров за триста от последней зверушки и почти за километр от меня. Ну да, стандартная тактика — зверьё загоняет и задерживает, воины сражаются с уже раненым и усталым противником — если этот самый противник вообще остался в живых.

Миниатюрному тиранозавру (всего-то с хорошего телёнка размером), забрасываю в открывшуюся пасть ядовитый фрукт, напичканный для надёжности колючками. Пасть рефлекторно захлопывается, затем раздаётся обиженный вой и зверушка начинает крутиться на месте, пытаясь выхаркать подарок или достать его короткими лапками — я уже забыт.

Невольно улыбаюсь — адреналин херачит. Пусть я и метаморф, могущий частично управлять не только внешностью, но и выделением адреналина, но особо не лезу, чревато. Так, контролирую, чтобы на мозги не давило.

Ацтеки понемногу отстают, но не скажу, что сильно.

— Бах! — раздаётся громкий хлопок и из группы преследователей в небо взлетает ядовито-красная ракета с густым дымным шлейфом. Бля… Придётся ускоряться, пока «группа поддержки» не набежала.

Ускоряться пришлось испытанным методом — рисковать. Не то чтобы я боюсь ран… Но когда неизвестны характеристики противников, то оно как-то… Может, у них даже кожа ядовитая!

Так оно и оказалось — жаба переросток сперва плюнула в меня какой-то слизью (увернулся), а когда рубил «старшим» поперёк бока, с трудом увернулся от когтистой лапы, частично блокировав её всё той же курткой-вещмешком. Там, где он соприкоснулся с её кожей, ткань разъело. А ведь это шёлк!

Побегав минут пятнадцать и угробив большую часть монстриков, начал загибать вбок. Попутно собираю… Да-да, всё те же колючки, змей и прочее. Не поможет? Поможет — хотя бы тем, что ацтеки рефлекторно отшатнутся или блокируют брошенную непонятную пакость. Пригодиться, короче.

Резкий рывок навстречу оставшимся ручным монстрам Ацтлана — и вот я бешено кручусь волчком, стараясь даже не убить — просто зацепить как можно крепче, не попав при этом под ответный удар/укус/плевок. Получается, в общем-то, но плечо саднит — плюнули, судя по всему, концентрированным желудочным соком. Слегка зацепило, но неприятно.

Воины, увидев гибель петов, тормознули и начали бежать не растянутой цепочкой, а плотной такой группкой, ощетинившись копьями. Бегу навстречу неторопливой трусцой. Ацтеки начинают расходиться тремя группами по четыре человека в каждой, норовя взять меня в клещи.

Почти

позволяю им это, но за десяток метров начинаю изображать паркуриста. Но понятно — работаю не «на красоту», а на целесообразность, так что выглядит это не слишком эффектно. Зато эффективно.

Десяток прыжков — и вот я уже не в центре треугольника, а на одном из его углов и противостою не двенадцати одновременно, а всего четырём бойцам. Клинки в каждой руке, налетаю на ацтеков вихрем. Противодействуют умело, даже слишком: техника ещё ладно, но скорость, сила… Многовато для человека. Ах да — они же чем-то обдолбались…

Их лица невозмутимы, но уголки глаз почему-то подёргиваются. Ловлю момент — и плюю колючкой в глаз одному воину, затем второму. Удачно — один просто падает навзнич — мёртв, дошло до мозга. Второй невольно отшатывается, но за глаз не хватается и построение не ломает — характер! Однако мне хватает и заминки, так что «младший» отрубает руку ему и походя цепляет внутреннюю поверхность бедра у другого воина.

Последнего из четвёрки спасли подскочившие воины, выставив угрожающе копья. Снова кручусь вокруг, не давая возможность помочь раненным. Хм… А они и не думают…

Вкладываю клинки в ножны и перехватываю валяющееся на окровавленной земле копьё. Наконечник почему-то бронзовый, но какой-то зазубренный, с мелкими чешуйками, хрупкими даже на вид. Как интересно-то…

Изображаю Царя Обезьян, прыгая вокруг них и закручивая невозможные финты из китайских единоборств. Фигня эта — чисто спортивная, что-то вроде художественной гимнастики с оружием, так что ТАКОГО здесь не видели. Смотрят внимательно, даже слишком.

Хоп! И наконечник вылазит из груди одного из засмотревшихся. Яростный рёв остальных воинов — судя по всему, убил вождя. Ах да — у него же не просто хлопковые доспехи. У него они украшены перьями, читал что- такое — только «природной» знати положено.

Атакуют пусть и яростно, но умело, прикрывая друг-друга. Отбиваюсь, не пытаясь заняться «акробатикой» — ловлю момент. Ага! «Старший» ныряет в прореху в классическом (для Земли) фехтовальном выпаде, «младший» же отбивает меч — деревянный, с обсидиановыми вставками. Зачем такое…

Ёжкин кот, да вот зачем! Отскакиваю, держась за распоротую ногу — и снова начинаю изображать обезьяну. Обсидиановые вставки оказались достаточно эффективной штукой — пусть после столкновения с моим клинком немалая их часть и осыпалась, но дело своё сделали — задержали клинок. Вот и поплатился…

К счастью, зацепили меня обычным мечом, а то как вспомню тот самый кремневый снаряд… Даже не сомневаюсь — обсидиановый меч создан по схожим принципам.

Семеро — уже не опасно. Нет, я не самонадеян, просто окружить они меня теперь не смогут, строя толкового тоже не создадут… Ну да, группой умеют работать, но для «обезьянки»-паркуриста, да в лесу… Не актуально, в общем.

Несколько минут прыгаю (а что делать — самая эффективная тактика в данный момент) вокруг них, пока не вынуждаю отойти в сторонку — и снова в моих руках копьё. Угрожающе приподнимаю и нацеливаю в ацтеков. Один из них — коренастый крепыш, непроизвольно облизывает спекшиеся сухие губы.