Два солнца
Шрифт:
– Иан, давай поспим, – ощущая блаженство от мягкости и удобства, я еле слышно прошептала эти слова и закрыла глаза.
Уже засыпая, почувствовала, как кровать немного прогнулась от тяжести ещё одного приземлившегося на неё тела. В голове успела промелькнуть удовлетворительная мысль: Иан послушался, лёг рядом, мы снова спим вместе. Прилагая множество усилий, я наощупь протянула руку по кровати, наткнулась на мужское плечо, доверчиво прижалась к нему и спокойно улетела в манящую пропасть сна.
Разбудил меня не будильник, а звонок. Чертыхаясь,
– Да, – недовольно выдала в микрофон мобильного.
– Ты всё ещё в больнице? – осторожно поинтересовался Филипп.
– Нет, приехала немного поспать и собрать её вещи, – пробормотала я. – Что случилось?
– Ничего, отдыхай. Просто я обо всём договорился, думал забрать тебя оттуда.
– Договорился? – я окончательно проснулась и села в кровати. Тут же испугалась, увидев, что оба дракона всё ещё здесь.
Они сидели на диване недалеко от кровати и смотрели в мою сторону. Как мило.
– Да, завтра вечером Нику можно будет отвозить. За ней приедет её молодой человек и родители. Так что ты спокойно можешь возвращаться. Твои мероприятия пройдут по плану. Самолёт сегодня в три.
– Ты шутишь, Филипп? – взвилась я, не обращая внимания на свидетелей. – Я не могу оставить её одну.
– Отменить твой график сложно, Сона. Не вижу никаких проблем, ведь она не останется одна. Её родственники уже в пути.
– Послушай, большое спасибо, что ты всё устроил, но это …возмутительно. Я должна быть рядом. И не могу бросить её в такой ситуации.
– Мне жаль, что так случилось, – Филипп казалось не обращал внимания на мой отчаянный тон. Он был твёрд и непреклонен. – Но ты улетаешь сегодня в три. О Нике позаботятся.
Откуда ему знать, как важна моральная поддержка? Как он поймёт, что для танцора на гастролях значит такое происшествие? И не просто для танцора, а для хореографа и лидера команды…
Я сжала губы с силой и едва сдержалась, чтобы не швырнуть телефон в стену, просто сбросила вызов. Паршивые деньки настали.
К чёрту всё, к чёрту.
И эти два идиота смотрят на меня так…опять не разгадаешь, как именно. Ши всё ещё злой. И это только ухудшило настрой.
Иан жестом указал на столик с едой. Завтрак на троих, от которого потекли слюнки. Заботливо. Это могло бы расторгать и улучшить настроение, если бы не мрачное молчание с их стороны. Они заметно сдерживались от расспросов и очередного нависнувшего над нами скандала. Пожалели?
Мне в любом случае всё равно. Голова грозилась заболеть, поэтому я просто вздохнула и прогнала лишние мысли. Поем и пойду собирать вещи. До трёх побуду с Никой.
С драконами не перекинулась ни словом. Они молчали, я молчала. Внутри было столько эмоций. Что толку разговаривать на эмоциях? Чтобы ещё больше всё запутать? Лучше молчать.
В три я улетела вместе с Таней. Через пару дней удалось
Глава 20. М – молчание
Молчали мы долго. Даже в чате. Ни Ши, ни Иан не подавали признаков жизни до следующего концерта. Казалось, напряжение витает в атмосфере, накрывая всех вокруг мраком.
Мне было плевать на танцоров группы и самой «Спарты», которые на репетиции очередной перестройки номеров перед грядущим концертом прямо-таки прожигали своими испуганными и непонимающими взглядами. Даже вопросы Тима и Демиса получалось игнорировать. Но собственные ощущения разрывали нутро. Я сходила с ума от бессилия. Не понимала, как, а самое главное, о чём поговорить с Ши и Ианом, чтобы прекратить застывшее между нами непонимание.
Снова непонимание. И снова это меня бесит.
Репетиция проходила в целом удовлетворительно, но всё равно смято. Я провалила все свои режиссёрские обязательства, ибо старалась игнорировать огненного монстра, который только и делал, что доставал до белого каления своими ошибками. Он методично изводил, а я держалась. Иан иногда помогал ему, «забывая» о моих указаниях или комментариях, а я просто скрипела зубами. Пока что-то внутри не сделало «бум».
– Как же вы меня достали! – вырвалось прямо посреди репетиции. – Ей-богу, как дети малые, – заорала я на двух драконов, отключив музыку. – Проваливайте отсюда, только мешаете другим запомнить ключевую перестройку номера. Раз такие умные, на концерте сами разберётесь, что к чему.
Ши фыркнул и, пожав плечами, покинул застывший в тишине зал. Иан долго пронизывал взглядом, полным упрёка и печали. Потом тоже медленно развернулся и направился к выходу.
Диана округлила глаза и хотела что-то сказать, но замялась от моего злобного взгляда.
– Что? – я тут же накинулась на хореографа. – Нет времени возиться с ними. После этой репетиции, мне предстоит заниматься самой. Заменять кого-то непросто. Особенно, если этот «кто-то» – Ника. Продолжаем!
Поскольку никто не возражал, пришлось снова включить музыку и тренироваться без тех, за кем так и подмывало кинуться вдогонку.
Останавливала не гордость. А чувство вины и страх.
Я не знала, что с ними обоими делать. И особенно, что делать со своими чувствами. Между нами возникла какая-то странная связь. Были ли проявлением этой связи с их стороны ревность и чувство собственничества? Или я спутала это с чем-то другим? А что проявляется с моей стороны? Это ведь тоже непонятно…
***
Выступать в трёх номерах подряд для меня привычно. Вроде совсем легко, если не нужно менять костюмы между номерами. И очень тяжело, если всё же нужно.