Два солнца
Шрифт:
Я округлила глаза и засмеялась.
– Спасибо, милая.
– Боюсь представить, что будет следующим творческим шагом, – буркнул Грант. – Пойдём-ка, выйдем. Еду мы тебе заказали. А вот кофе нет, – он грациозно поднялся и предложил руку.
Я окинула мужчину мрачным, но оценивающим взглядом. Ника снова выдала звук вроде стона или смешка:
– Только не поубивайте друг друга.
Мы одновременно кивнули головой и направились к автоматам с кофе.
– Ты счастлива? – ошарашил вопросом Грант, едва оказались наедине. – Вот это всё, –
– Обычно не занимаюсь вещами, которые не нравятся, – вполне серьёзно ответила я. – Ты ведь знаешь.
Он хмыкнул и утвердительно качнул головой.
– Тогда я спокоен. Если ты добилась, чего хотела, и счастлива, значит, оно стоило того.
– А если бы не добилась, ты бы не был спокоен?
– Я бы не сдержался от жалости и фраз типа «а кто был прав», – снова хмыкнул мужчина. Его честность всегда меня привлекала.
Нельзя не уважать Гранта. Он умный, ответственный, добросовестный мужчина. Он – мечта и идеал многих.
В наших отношениях преткновением стало то, что мы разные. Хотя долгое время он мирился с моими амбициями, а я с его. Мы любили друг друга, но были похожи лишь нашими желаниями проявить себя в деле и добиться каких-то высот. Мы оба шли к своим целям.
Этим и не подходили друг другу. В итоге, всё же перестали мучиться и отпустили себя.
Он – мечта и идеал многих. Самым главным преткновением, по-моему, всё же стало то, что я – далеко не идеал и не мечта. Мужчины хотят либо гламурных ярких красивых любовниц, которых меняют по желанию и даже попросту говоря «покупают», а затем «выбрасывают». Либо домашних скромных женщин, которые как верные собачки должны их отовсюду дожидаться. Не отношу себя ни к одной из этих двух категорий.
Где-то внутри всё ещё жила горечь.
– Ты такой, что и сейчас можешь меня пожалеть, – улыбка появилась на лице сама по себе.
Он тоже улыбнулся.
– Нет, жалость сейчас совсем тебе не подходит. Я горжусь тобой. Восхищаюсь. Но… где-то в глубине души! – мужчина тут же стал наигранно серьёзным. – Выглядишь неплохо. Свела уже кого-нибудь с ума своим широченным обаянием?
Наш серьёзный уединённый разговор можно посчитать завершённым. Я уцепилась в свой стаканчик с кофе, он приобнял меня в дружеском жесте, и мы направились обратно.
– Да ну тебя, – беззлобно пихнула его в бок локтём, чтобы прекратил грубую лесть.
– Если это кто-то из тех красавчиков с билборда, не удивлюсь.
Снова чуть не пихнула локтём, если бы не доносившиеся до ушей слова Ники. Что за громкость у этой семейки?
– Они встречались пять лет, такая любовь была, – поясняла девушка любопытным Тиму и Демису, но увидев нас, смутилась и замолчала.
Да уж, сплетни и Ника. Как же без этого?
Мы с Грантом не сговариваясь посмотрели друг на друга, широко улыбнулись, и подарили улыбки всем сидящим за столом.
Почему-то захотелось хоть как-то зацепить самых равнодушных
– Ладно, детка, усаживай свою прекрасную задницу и поешь уже. Ника говорит, ты хреново питаешься, – он разорвал пылкое объятие и подтолкнул к пище.
– Ты за ней лучше присматривай, – пробормотала я, с аппетитом вцепившись в тёплое ароматное мясо со специями. – В кресле то она.
– Мы долго тебя ждали сегодня, где задержалась? – поинтересовалась Ника, с завистью глядя на мясо в моей тарелке.
– Интервью давала.
– Ничего себе. Про нас спрашивали?
– А то!
– Устрой нам показательное шоу, – заявил Демис. – Мы ведь ни разу не видели тот самый обсуждаемый номер.
– Ага, – поддакнул Тим. – Все вокруг говорят о нём. Мелькали фотки в интернете. Но сам номер хотелось бы полностью увидеть. Выступишь для нас? – он скорчил забавную рожицу, вызвав смешки у половины присутствующих.
– Добро пожаловать на репетиции «Спарты», – вяло пожала я плечами. – Увидите полностью, что пожелаете. И вообще, как вы могли позволить кому-либо выступать у вас на разогреве, не видя репертуар. Вдруг бы дерьмо?
– Мы тебе доверяем. И Леону тоже, – пришёл черед Демиса пожимать плечами.
– Польщена. Кстати, скоро мы выступаем на ТВ-шоу вместе с «Мечтателями», приходите, раз так хотите увидеть творчество «Спарты».
– Вот это явно получше репетиций, – Тим удовлетворённо качнул головой. – Я приду.
– Вижу, вы подружились, – прокомментировал Грант нашу милую беседу, не выдержав собственного молчания.
– А ты спал и видел, как все тут меня ненавидят?
– Когда сплю, предпочитаю видеть более приятные вещи, – парировал Грант, окинув ослепительной фирменной улыбочкой.
Ника хрюкнула.
– Хватит уже смешить, мне же нельзя напрягаться.
– Мы что на клоунов похожи? – невозмутимо поинтересовалась я.
Мы вдоволь пообщались с ней в больнице, где и утешала её, и ныла вместе с ней. Теперь она выглядела бодрячком, раз решилась нарушить режим, поэтому нянчиться и нежничать нет смысла.
– Кое-кто тебя всё-таки терпеть не может, – вдруг шепнул Грант, косясь на Иана и Ши. – Мне кажется, или это те самые ребята с билборда? – сей вопрос он уточнил у сестры. Вроде бы старался тихо, но, похоже, услышали все.
– Блин, ты что совсем слепой глухой больной? – возмутилась Ника так же «шёпотом». – Как можно не знать в лицо «Драконов»?
– Да знаю я их в лицо, тем более ты же познакомила нас только что. Просто поинтересовался насчёт рекламы.
– Вас слышно, если что, – прокомментировала я. – Не обсуждайте людей, будто их нет рядом. Это неприлично.
– Хорошо, дорогая, – съязвил Грант.
Я тихонько вздохнула и сосредоточилась на еде.
Грант выглядел свежим и довольным, он привёз Нику, проявив свои братские чувства и обязательства. Они отдыхали и наслаждались общением, переглядываясь с Тимом и Демисом или даже перекидываясь парочкой слов.