Дурацкий расклад
Шрифт:
Дело находника всегда большой риск. Если тебя берут, то это срок, если берут с вынесенным деревом — это крупный срок. Поэтому находники, чувствуя, что за ними уже идут, приноровились сбрасывать добытое, делать тайники. Ласты не завернут, так вернуться можно, а если завернут, то на год-два, не больше. Падальщики с этих тайников и кормятся. Сдают добытое, конечно, за половину от цены находника, но за это скупщики их имен не раскрывают и под прицелом обреза.
Вот Гроб и божился, что знает ухоронки к юго-западу вообще все. Мол, одному ходить дело-то гиблое, любой встречный находник мочкануть может в чистом поле, а вот при виде троих — нет,
Тимур с гнилой темы решил съехал сразу, но обижать старого друга, не одну миску солдатской каши с ним сожравшего, не хотел. Да и любопытно было послушать, что там Гроб про эту муть знает. Круг тоже помалкивал, но Тимур видел, что этот товарищ скорее на одной волне с ним, чем с бывшим кладовщиком. Дерево Дремучего — это, конечно, вкусно, это не самогоном торговать, только вот за первач в тебя с вертолетов не стреляют… А что Гроб умалчивает о том, что армии насрать, находник там или падальщик — так это не в пользу дела говорит.
Но, настроение было создано, пиво лилось рекой, вобла вся, как одна была с икрой, так что сидели просто зашибись.
А потом с неба начали сыпаться артефакты. Прямо у кафе, где они трепались! Просто! С неба! Куча!
Тимур и сам не понял, как спустя час оказался в другом районе, в каком-то сыром полуподвале с рюкзаком, полностью набитым «деревом» на сотни тысяч рублей. А рядом с такими же квадратными глазами, потеками пота на побагровевших рожах, с трясущимися руками и губами стояли его друзья. В голове был бардак, а что-то решать им надо было очень срочно…
…потому что каждый уже воткнул себе в живот по драгоценному радужному бруску. Да, можно было бы и другой, чай всё было свежим, а «радуга» не портится, да и стоила она, по лихорадочному бреду Гроба, не знай сколько, но… кто бы поступил иначе?
А вот потом всё пошло не так. Арендовав половину здоровенной квартиры у знакомой круговой бабки и затарившись жратвой, товарищи вызвонили Виталика, сына Круга, тот подогнал еще пару смышленых парней, и вот, Коробок сотоварищи открывает подпольную продажу «дерева». Денежный народ, прочухавший, что как раз сейчас можно стать адаптантом практически безнаказанно, потащил им деньги рекой. План был четкий как часы — отлежаться, отожраться, приобрести силы, а попутно еще и деньги. Ну кого заметут, если по всему городу насыпало?
Плюнут. Деревяшек свалились тысячи. В такой мутной водичке как раз хорошо половить жирную рыбку, а упускать такой шанс даже Коробок с Гробом не думали. Это не по лесам чужие нычки обшаривать, это само в руки пришло.
Дерьмово строить планы на пьяную голову. А они пили, еще как пили. Бухали только влет, потому что водка единственное, что позволяло хоть как-то игнорировать хреновое самочувствие и раскидывать дела с пацанами и клиентами…
Только оказалось, что ничто не забыто, никто не забыт. Дома начали шерстить, людей стали буквально выдирать из постелей и увозить… куда-то. Слухи ходили самые нехорошие, слухов ходило много, а они, как это бывает, все правдоподобнее, особенно когда отовсюду орёт успокаивающе диктор, что всем адаптантам надо отметиться, провериться, получить клеймо на жопу и так далее.
И здесь сыграл пьяный базар Круга, похваставшегося племяшу, что они все «радужные». Пацан, молоденький дурачок, перед возможными клиентами это расписывал в красках, сгущая последние и суля невероятные способности, так что каждая собака узнала, что они трое служили
Когда понеслись аресты и стычки, клиенты стали приходить и приползать к ним снова. За защитой, за советом, высказать претензии, как это бывает… Только вот одно дело — вопли паникующего стоматолога, и совсем другое, когда претензии приходит высказывать один из первых, которого «дерево» превратило в помесь человека и волка. И начинает разговор с того, что разрывает бабку, хозяйку квартиры, пополам.
Тимуру пришлось грохнуть психа, причем, при многочисленных свидетелях. При товарищах, при пацанах, еще пара знакомых на кухне сидела. Все они видели, как промороженные насквозь куски мутанта рассыпались по всей хате.
И понеслось. Он вновь не понял, как это произошло, но буквально спустя пару дней, в бегах, оказался лидером небольшой ячейке тех, кто… не хотел попадать в застенки к государству. А еще спустя пару суток они обнаружили себя в катакомбах под городом, уже с кое-какими ресурсами, с продуктами из вскрытого склада, с контактами наверху, с разведкой, с…
Да тут черт ногу сломит. Есть такое выражение «завертелось»? Вот оно и завертелось.
Сейчас под началом Коробка было семь убийц (пятеро случайных), четыре его бывших сослуживца, которым он поправил здоровье из своей доли, Гроб, Круг и… аж под три десятка гражданских, появившихся черт знает откуда. А теперь еще и это…
— Кончайте развлекаться, братва, — хрипло выдохнул Тимур, вваливаясь в комнату, полную сигаретного дыма, перегара и щелканья костяшек, — Жопа пришла.
— А чуть подробнее? — спокойно спросил один из игроков, щурясь на Тимура сквозь дым. Остальные поддержали его согласным гулом.
Бывший солдат плюнул про себя, в очередной раз давая себе зарок слить весь этот балласт при первой возможности, но начал говорить короткими рублеными фразами:
— Только что сверху сообщили. В Третьем районе казнили первого задержанного. Понятно? Просто казнили, беспомощного.
Несколько секунд тишины и помещение взрывается мужскими голосами:
— *ля!
— Какого *уя?!!
— Как?!!
— За что?!! Коробок, говори?!
— Какая вам разница, за что!? — зло произнес Тимур, — Может шлепнул кого-то, может посмотрел косо. Только мне сообщили предельно точно — пацана грохнули на месте, при милиции, при гражданских… да при всех. И тот, кто это сделал, потом ушел оттуда своими ногами. Там медосвидетельствование было, так вот один из санитаров все четко описал — человек труп, убийце п*хуй. Так что жопы поднимайте и собираемся. Брать с собой только жратву, обувь, одежду и медицину. Если найду у кого бухло — просто кончу на месте, понятно? Бабам тоже сообщите.
— А-а а куда мы двинемся-то, командир?! — заполошно нервным тоном протараторил лысоватый мужичонка лет полсотни с гаком.
— Куда-куда…, — процедил Тимур, уже еле сдерживаясь, — Коту под туда, жопой резать провода! Зае*али спрашивать! Из Стакомска уходим, понятно?! С концами. И чтоб больше без разговоров мне!
— Так нам надо…
— Ни хера вам не надо! — Тимур повернул побледневшее от злости лицо к еще одному простофиле, — Вы ко мне пришли, не я к вам! Вас будут е*ать если что, мы с парнями уйти успеем. Поэтому, если желаете, мать вашу, ЖИТЬ — кончайте, сука, с вопросами! Еще я вас, б*ять, не уговаривал! Мухой поднялись! И исполнять приказ!