Дуэль с собой
Шрифт:
— Господи, Родион! Вот уж кого не ожидала сегодня увидеть. Правильно сделали. Раздевайтесь. Я сейчас цветы в вазу поставлю и прибегу.
— Да подожди, успеешь. А где ваша дочка?
— У бабушки… Да проходите в столовую.
— Сильно я вас выбил из колеи, — с деланной наглостью заявил Родик и скомандовал: — Женщины идут на кухню готовить закуску и знакомиться, а мы пока подготовим аперитив.
— Время бежит, а ты, Родик, не меняешься. Как будто только вчера тебя видела. Как всегда командуешь и орешь, — приняв игру, шутливо-ворчливым голосом отозвалась Света. — Чувствую, сейчас моего мужика напоишь.
— Ну, вот и хорошо. Кыш на кухню, — Родик широко улыбнулся, поняв, что все забыто. — Конечно, напою.
ГЛАВА 34
Тот не умен, кто не умеет помочь сам себе.
П. Буаст
Год начался с проблем. Деньги из Душанбе на производство прессов никак не поступали, хотя все письменные и устные договоренности оставались в силе. Организация же производства съела почти все запасы, и в банке лежала груда платежных требований, которые безакцентно оплачивались, и это постоянно обнуляло расчетный счет. С большим трудом удалось убедить служащих банка задержать одну из выплат и выдать перед Новым годом наличные средства на зарплату.
Григорий Михайлович предлагал взять кредит, но Родик, очень не любивший находиться в долгах и не имеющий опыта кредитования, всячески противился этому, хотя понимал: кредитование и бизнес — близнецы-братья, друг без друга не существующие. Основным контраргументом была его глубокая уверенность в том, что он сумеет достаточно быстро заработать, не попадая в банковскую кабалу.
Однако стечение обстоятельств в совокупности с «мертвым» праздничным сезоном срывало все планы и заработать деньги даже для латания дыр не получалось. И тут Родик вспомнил предложение насчет Центрального вещевого управления, которое он принял на словах, стараясь не обидеть на Новый год гостеприимных хозяев.
— Чем черт не шутит… — подумал Родик и позвонил приятелю.
Встречу с начальником вещевого управления ему организовали достаточно просто, полученная же при этом информация неожиданно оказалась интересной и сулящей начало нового бизнеса.
В Советской Армии, как и на всех других предприятиях страны, в результате плановой экономики накопилось огромное количество самых разнообразных неликвидов — от кожаных, еще времен Гражданской войны, седел для лошадей до различных частей военного обмундирования: брюк, гимнастерок, курток, фуражек, нижнего белья, ботинок, сапог и другой одежды, используемой в разных целях и бережно сохраняемой на складах. Причем количества этих вещей поражали воображение. Только перечень составлял несколько увесистых томов, а в каждом наименовании насчитывалось сотни тысяч, а иногда и миллионов единиц. Хранилось все это в различных регионах Советского Союза и, по утверждению начальника Центрального вещевого управления, вполне годилось для использования. Цена вещей была до смешного низкой, поскольку исчислялась с учетом остаточной стоимости.
Что делать со всем этим «богатством», никто, включая, вероятно, и министра обороны, не знал. Конверсия, являясь важным политическим ходом, требовала принятия соответствующих решений. Простая утилизация была не в моде и могла повлечь за собой нежелательные оргвыводы. Кроме того, на нее требовались средства, а их предлагалось добывать самостоятельно — идеи хозрасчета докатились и до армии. В общем-то, военные чиновники чувствовали, что на этом можно заработать, но как — не представляли.
Родик бегло изучил документы, попросил дать его предприятию складскую расписку, основные образцы одежды и устное обязательство ни к кому больше не обращаться в течение двух недель. Соответствующие документы, обещания и полные «Жигули» образцов ему предоставили почти мгновенно, из чего Родик сделал вывод, что вопрос животрепещущий.
Для него, давно занимающегося производством индивидуальных защитных средств, востребованность такой одежды, начиная от строительства и кончая бытовым применением, являлась
По части наличных «откатов» Родик считал себя профессионалом. Прошло то время, когда подобные «сделки» доставляли ему моральные и материальные страдания. Смущало Родика другое. Предлагаемый бизнес был чисто посредническим, а такой деятельностью он никогда не занимался, считая это ниже своего достоинства. Сейчас, не имея выбора, Родик решил попробовать. Он понимал: продажа таких огромных объемов требовала колоссальных организационных усилий. В первую очередь, если не брать в расчет поиски покупателя, это касалось транспорта и финансов. Заманчиво задействовать транспорт покупателей, но при посредничестве недопустимо, так как выводить покупателя на продавца опасно. Поэтому получение и вывоз товаров необходимо было брать на себя, а это задача для отдельного предприятия.
Финансирование тоже представляло сложный процесс. По-хорошему первые партии следовало оплатить своими деньгами, но их в настоящий момент не было. Чтобы получить от покупателя предоплату с шестью нулями, нужна демонстрация состоятельности. Ее без долгих партнерских отношений осуществить очень трудно, а может быть, и невозможно. Очевидно, необходимо было придумать принципиально новый способ.
Вопрос поиска оптовых покупателей заботил Родика не в меньшей степени. Обнадеживали наличие дефицита и возможность организовать колоссальный демпинг. Однако знать о дефиците было недостаточно — требовалось найти тех, кто его испытывает.
Простой анализ потребностей только строительных предприятий Москвы давал цифры, поражающие воображение. Однако первые попытки продать оптом бесчисленным строительно-монтажным управлениям что-либо из предложенного списка потерпели неудачу. Удалось, правда, определить, что в основном всех интересуют комплекты ОКЗК, включающие три предмета — куртку, брюки и головной убор. Все остальное, даже ботинки и сапоги, пользовалось на несколько порядков меньшим спросом. Покупать одежду хотели все, но в таких количествах, которые нельзя было отнести даже к мелкому опту, а это совершенно не устраивало Родика. Министерства оптовыми закупками уже не занимались, считая свои подразделения самостоятельными. О продаже за рубеж не приходилось и думать. Сбывать же партиями от нескольких сот до тысячи комплектов, зарабатывая на каждой операции три-четыре тысячи рублей, Родик не хотел — это не решало основной задачи быстрого пополнения бюджета.
Получалось, что огромный дефицит складывался из большого количества мелких потребностей, скоординировать которые на первый взгляд не представлялось возможным. Стало ясно, что основной причиной, по которой сами военные не могли сбыть свои неликвиды, являлся не столько «откат», сколько отсутствие крупного оптового покупателя.
Выход из такой ситуации напрашивался сам собой — создать покупателя путем организации координирующего мелких потребителей центра. В условиях отсутствия информации и нормальной рекламы это могло занять очень много времени и денег, которых не имелось.