«Драконы Кринна»
Шрифт:
Отряд выстроился колоннами, в запасе оставалось еще двадцать секунд. Они идут на войну. Их опять задействовали в сражениях…
Кэн оглядел свою бригаду:
– Хорошо. Слушайте. Командиры отрядов докладывают мне через двадцать минут. Остальным распаковать все инструменты и планы по строительству мостов. Командир разведчиков, ко мне на доклад. Остальные свободны!
Комос, командующий разведывательного отряда, тяжело выступил вперед.
Кэн отвел его в сторону:
– Командир, я хочу, чтобы вы с вашим отрядом нашли и проверили участок вниз по течению, там, где
Бешеная активность сменила сонную тишину. Каждый член мостостроительного отряда понимал значение своих действий. Каждый старался изо всех сил показать себя с лучшей стороны перед бригадиром.
Отряд мостостроителей был организован в группы из двадцати сиваков и одного базака. Сиваки обеспечивали мускульную силу, необходимую для операций по сооружению мостов, базак действовал как командир отряда, а старший сивак - как его помощник. Их главной задачей было сооружение частей, а затем сборка из них целого моста.
Группа поддержки, состоявшая примерно из того же соотношения драконидов, изготовляла инструменты и в основном занималась копанием подходов к мосту. Разведывательная группа отвечала за выбор конкретного участка для строительства, отмечала деревья, необходимые для моста, и обеспечивала оборону участка во время строительства. В нее входило несколько баазов, поскольку не было нужды нагружать драконидов, чьи качества в деле пригодятся больше, на несение караула или выполнение обязанностей по кухне. Как говорится в поговорке, если надо заняться приземленной работой, пусть ею займется бааз.
У разведгруппы была еще одна не очень завидная обязанность - удерживать дальний берег реки во время сборки моста. К этому обычно относились, согласно учебным свиткам, как к самоубийственной задаче.
Кэн созвал собственное собрание под казарменным навесом, где раздал приказы своим командирам отрядов. Никогда в отряде не бывало такого сильного возбуждения или воодушевления. Кэну не требовалось подчеркивать важность этой операции. Если у них все получится, они покроют себя славой, а Повелитель Ариакас может решить распрощаться с подлым колдуном в черной мантии и обнимающимися с деревьями друидами.
После того как приказы были отданы, а командиры отрядов вернулись к своим обязанностям, Кэн отозвал в сторону помощника, огромного сивака.
– Слит, вот оно. Мы построим один несчастный мост и спасем всю армию. Теперь я хочу, чтобы ты, как помощник бригадира, следил за дисциплиной. Смотри, чтобы эти жабы вели себя хорошо. Вот как мы это сделаем. Я хочу, чтобы войска смотрели на нас и думали: «Этот Слит, он жалкий ублюдок драконьего племени, но бригадир Кэн - парень что надо». Понял, что я имею в виду? Если должны похвалить или ободрить - это моя работа, если должен засвистеть хлыст - или слететь несколько голов - твоя. Как тебе это?
Слит был помощником бригадира всего лишь
Туго натянутые хрящеватые губы Слита обнажили ряды острых как бритва зубов.
– С нетерпением жду этого, бригадир. Только прошу… - косые глаза сивака сузились, оценивая воздействие следующих слов на командира, - назначить меня командовать участком удерживания дальнего берега.
Кэну просьба доставила удовольствие. Слит стремился проявить себя. Он просил о самом опасном назначении - охранять ту сторону реки, которая находилась в руках врага.
Кэн хлопнул сивака по костлявому плечу:
– Мне нет необходимости напоминать тебе, что ты можешь никогда не прийти по мосту назад.
Зубастая улыбка Слита стала еще шире.
Кэн кивнул:
– Тебе оказана эта честь.
Когда солнце поднялось над зелеными холмами, окружавшими долину, отряд мостостроителей в полном составе прибыл к месту назначения. Они двигались со всей должной осторожностью и уловками под прикрытием кустарника. Эта местность находилась за пределами обороняемого армией драконов участка, в том смысле, что это была уже территория врага. Но Кэна больше в этот момент, чем эльфы или серебряные драконы, беспокоило солнце. В лесу под деревьями было еще темно, но бригадир уже понимал, что день будет жарким.
У драконидов, как и у драконов, из чьих яиц они вылупились, холодная кровь, и температура их тела равна температуре окружающей среды. Эта весна была необычно жаркой, а под деревьями было ну просто очень жарко. Некоторые дракониды не смогли приспособиться полностью. Всегда можно отличить драконида, который устал или перегрелся - он ухмыляется, сам не подозревая об этом. Когда чешуйки на его спине топорщатся, чтобы пропускать воздух, кожа на лице натягивается, а рот открывается, чтобы улучшить охлаждение.
Кэн боялся, что его силы не справятся с тяжелым трудом в жару, а приказ не терпел промедлений. Однако ему пришло в голову, что каждый драконид в этом подразделении столь же воодушевлен грядущей битвой, как и он сам, и беспокоиться незачем.
В первой половине дня стук топоров и киянок звучал для Кэна как сладкая музыка. Он чуть было не стал напевать сам, но вовремя спохватился. Если бы рядом оказался Повелитель Ариакас и застал своего бригадира поющим… чешуйки Кэна щелкнули при одной мысли об этом.
Кликнув Слита, бригадир решил осмотреть место работ.
Первый отряд находился глубоко в лесу, срубая высокие прямые сосны. Предназначенные для рубки деревья были отмечены двойной яркой чертой, сделанной членами разведывательной группы, когда они только прибыли. Деревья свалили, а затем обтесали, так чтобы оставался один длинный ствол. Они предназначались для ограждений моста и соединения понтонов.
Кэн следил за тем, как его солдаты работают, когда…
Бум!
Бригадир вкатился в укрытие. Дерево справа от него фактически взорвалось от удара… только чего?