«Драконы Кринна»
Шрифт:
– Шахта…- начал Зорлен.
– Шахты больше нет. Нет дракона, нет драконидов. Это хорошие новости, как говорят. Плохие же новости заключаются в том, что нам придется идти домой пешком. Точнее, мы со Сквибом пойдем домой пешком, но можно собрать наспех подобие носилок, чтобы тащить тебя.– Он замолчал.– С другой стороны, - добавил гном, - пешеходные прогулки, как известно, стимулирует кровообращение, так что это, возможно, и не такие уж плохие новости.
Рыская вместе со Сквибом по окрестностям в поисках материалов, из которых можно было бы смастерить носилки,
В конце концов, никому не известно, какова будет следующая тенденция в бурении туннелей.
Ник О’Донахью ДЫХАНИЕ ДРАКОНА
Здание покосилось, накренившись в темноте, как будто слишком много выпило. Плохо вырезанная вывеска сообщала, что это «Конец дороги». Для тех, кто не умел читать, была повешена табличка с изображением сонного человека в обнимку с сонной лошадью, размахивающих глиняными пивными кружками. Как это ни странно для постоялого двора, поблизости не было лошадей, посетители не входили и не выходили. Луна освещала лишь пустынную дорогу, ведущую в деревню Могильники.
Дверь была заперта на засов, а ветхие занавески плотно задернуты. Это была ночь дегустации, когда проверялась самая последняя партия пойла.
Обычно дегустацию проводили потихоньку, осторожными глотками и в полутьме, чтобы не отвлекаться на компанию или появление духов. На этот раз, однако, на медном баке, увенчанном медными кольцами, откуда капала жидкость в огромный открытый чан, мерцал свет. В отблеске пламени толстый человек средних лет по имени Грейм хохотал так, что слезы текли у него из глаз, а братья Вульф, опираясь плечами друг на друга, чтобы не упасть, колотили по столу, повторяя на распев;
– Пей! Пей! Пей!
Дарл, седой мужчина, бывший наемник, с преувеличенной осторожностью обращаясь с зажженной лучиной, дотронулся ею до стаканчика с коричневатой жидкостью. Языки пламени вспыхнули на поверхности пойла. Дарл картинно подхватил стаканчик, открыл рот и вылил горящее варево примерно туда, где должно было находиться его горло.
К несчастью, это была его пятая дегустация, поэтому он попал не в рот, а на бороду и поджег ее, Грейм так смеялся, что упал с деревянной скамьи на пол.
Дарл вытаращил глаза, пытаясь потушить бороду, быстро дуя на нее, и замахал руками, чтобы привлечь внимание братьев Вульф, которые продолжали колотить по столу, они не заметили, что Дарл горит. Джерек, нескладный парнишка рядом с ним, тоже махнул рукой и рассмеялся.
В отчаянии Дарл схватил полную кружку эля и вылил на голову. Пенистая жидкость потекла по его лицу и потушила огонь.
Грейм поднялся, опираясь на стол, но опять расхохотался и рухнул на колени. Наконец, с трудом взгромоздившись обратно на скамью и облокотившись о стол, он любовно ткнул пальцем в сторону ведра с пойлом:
– Нам надо придумать имя для
Дарл, то и дело касаясь обожженного, все еще теплого подбородка, предложил свой вариант. Грейм покачал головой:
– Изобретательно, сударь, но нет. Я не очень-то уверен, что мертвые тролли это делают.
– Как же мы сможем его назвать?– спросил Джерек, нескладный юнец.- Ничего подобного никогда было.
– Пришло из перегонного куба, правда, Фан?– сказал Фенрис своему брату.
– Ты прав, Фен.– Второй брат мотнул головой в сторону хитроумного сооружения из медных труб и чана над костровой ямой, так что они оба чуть не упали назад.
– Ну, пусть так и будет.– Фенрис стукнул кулаком по столу.– Воды перегонного куба.
– Глуботек, - предложил Фанрис, и они громко расхохотались, хотя это было не так уж и смешно.
Дарл закашлялся - только отчасти из-за дыма - и нетвердым пальцем обвиняюще указал на Грейма:
– Ты проклятый чародей.
– Нет, сударь!– Грейм замотал головой, которая неизбежно закружилась, так что пришлось срочно остановиться.– Просто честный опытный винокур, у которого неплохо варит голова…
– Без магии?– осипшим голосом переспросил Дарл.– Тогда как же ты научился это готовить?
– По рецепту, который дала мне Лорин, с указаниями.– Грейм нагнулся вперед и взял дегустационный стаканчик.– Выпьем же за Лорин!
– За Лорин!– закричали остальные.
Сейчас они были в таком состоянии, что с тем же воодушевлением выпили бы и за фруктовую тлю.
Грейм добросовестно передал стакан по кругу, удостоверившись, что братья Вульф получат его последними, затем забрал и осторожно вымыл, поливая водой из кувшина, который пока в этот вечер ни для чего другого не использовался.
– Откуда у нее рецепт?– поинтересовался Дарл.
– Ее покойный муж нашел его в развалинах Криннеора. Там целый мир ждет, чтобы его изучили заново, а найденное знание должно принадлежать предприимчивым людям… теперь, когда Скотоклизм закончился.
– Катаклизм,- машинально поправил Дарл, как делал это всегда, с тех пор, как познакомился с Греймом.
Джерек, заметив, что веселье слегка утихло, показал на насквозь промокшую, наполовину сгоревшую бороду Дарла, привлекая к ней всеобщее внимание, и рассмеялся. Дарл окунул крошечный стаканчик в ведро и передал ему:
– Ты думаешь, это смешно, парень? Ну-ка, попробуй сам.
Грейм любовно обнимал небольшой бочонок из валлина (старая древесина придавала пойлу непередаваемый аромат), откуда он наливал в дегустационное ведро. Где-то подсознательно винокур чувствовал, что дегустация вышла из-под контроля, однако сознание, нежась в предвкушении успеха и захмелев от пробной выпивки, особо не волновалось.
Братья Вульф заколотили по столу, заголосив нараспев:
– Пей! Пей!
Джерек достал деревянную щепку из костровой ямы под винокурней, с третьей попытки поджег стаканчик с напитком и опрокинул на свои длинные волосы, которые сразу же ярко вспыхнули. Дарл засмеялся, глядя, как тот в панике мотает головой.