«Драконы Кринна»
Шрифт:
Мир взорвался радугой звезд и искр. Гильбеншток в восторге смотрел на все это - представление было впечатляющим. Однако гном почему-то знал, что, когда звезд не станет, ему это не понравится.
Вскоре фейерверк закончился, сменившись приступом ни с чем не сравнимой головной боли, от которой рябило в глазах. Вокруг была темнота.
– Помоги мне, - простонал Зорлен.– Он задел меня когтем. Помоги мне.
Борясь с головокружением и болью, гном подкатился поближе, затем неуверенно оперся на руки и на коленях подполз к человеку. Зорлен лежал на спине, Сжимая руками
Мертвое тело тоже было Зорленом.
– Помоги мне,- с трудом прошептал Зорлен.– Мне кажется, он сломал мне ногу.
Гном заколебался, вспомнив недавний разговор - когда так раскалывается голова, думать тяжело.
– Ты в самом деле Зорлен?– спросил он наконец.– Ты ведь можешь быть и драконидом, ведь так? Я хочу сказать, что ты мог принять облик Зорлена, после того как убил его, и ждешь, чтобы я…
– Ты, гнусный маленький недомерок,- слабым голосом попытался рявкнуть Зорлен.– Вовсе я не драконид. У меня сломана нога.– И он изверг целый поток ругательств и проклятий, изумивших Гильбенштока изобретательностью и содержательностью.
В голове гнома-механика стучало, но ему удалось добраться до стены, подняться на ноги и осторожно дойти до Зорлена. Человек опять замолк, если не считать издаваемых им стонов.
– Ты и вправду Зорлен, - констатировал Гильбеншток.– Как мне кто-то когда-то сказал, дракониды - хорошие актеры. Но не настолько.
– О Боги! Заткнись же и вытащи меня отсюда.
– Тебе придется встать и опереться на меня, - сказал гном.
Зорлен подтянулся, одной рукой все еще держась за левое бедро. Его лицо исказилось от боли.
– Проклятие! Ты слишком маленький, - пробормотал он.– Ничего не выйдет.
Гильбеншток вздохнул и огляделся в темноте.
– Что ж, полагаю, что смогу сделать из ключа подобие шины для твоей ноги, возможно, у меня получится смастерить жгут - мне кажется, я помню лекцию об этом, которую слушал в Гильдии Анатомии, Физиологии и Мясоконсервирования, и вполне уверен, что смогу избежать ошибок лектора, и с тобой не случится того же, что произошло с добровольцем, согласившимся продемонстрировать накладывание жгута, что было крайне прискорбно, учитывая, что…
Зорлен стиснул зубы и вслепую вытянул руку.
– Забудь. Все получится,- сказал он,- Помоги мне подняться, пока сюда не добрался второй драконид.
– Всего за минуту можно собрать материалы для…
– Ну же! Ну! Разрази меня Бездна, где ты?!
Гном действовал с ужасной медлительностью, человек ругался не переставая, но Гильбенштоку удалось поднять Зорлена на ноги. После ряда попыток они изобрели способ передвижения на трех ногах: человек обеими руками держался за голову гнома и медленно подпрыгивал по туннелю вслед за своим низкорослым спутником. Под его тяжестью шея Гильбенштока разболелась, из-за чего головная боль стала уж совершенно невыносимой. Тем не менее, система вроде бы действовала.
Они с трудом тащились вперед, не отдавая себе отчета о времени. Существовали только их медленные шаги, непроглядная
Наконец впереди показался свет.
Они почти подошли к Железному Дракону, когда Зорлен внезапно осел. Гильбеншток упал, ткнувшись носом в усеянный обломками пол, человек рухнул сверху.
Выбравшись, гном проверил, жив ли Зорлен. Человек был без сознания - он потерял слишком много крови.
– Крысиное дерьмо,- пробормотал Гильбеншток, используя самое сильное из известных ему ругательств.
Он обхватил больную голову и, шатаясь, направился к Железному Дракону.
Косоглазый Сквиб очищал от мусора места, где крепились колеса механизма. Всецело поглощенный своим занятием, да еще в наушниках, он не заметил, как подошел гном, так же как раньше не заметил Зорлена. Когда Гильбеншток ткнул своего друга в бок, овражный гном подпрыгнул на фут и выронил кирку.
– Отважный Сквиб!– произнес гном-механик, когда дрожащий овражный гном снял наушники.– Мы должны бежать! Мы должны немедленно отвести Железного Дракона обратно в Палантас! Нам грозит смертельная опасность!– Он взглянул назад.– О да, и у нас пассажир. Давай быстрей!
Гильбеншток бросился вверх по железной лестнице в свою кабину, два раза чуть не свалившись. Из-за головной боли мир казался далеким и нереальным, как в плохом сне.
Перевернутый ящик Зорлена наполовину закрывал вход, все устилала пыль. Гильбеншток вышвырнул ящик за дверь, бросился к пульту управления и привел механизм в состояние быстрого запуска: «Когда появится последний драконид, ему придется попробовать, какова на вкус трехголовая бурильная машина!» Эта мысль позабавила Гильбенштока. Он щелкал выключателями и поворачивал ручки, а покончив с этим, дотянулся до рычага, вмонтированного в пол, и потянул.
Ничего не произошло.
Гном попробовал опять, затем, оставив все остальное, всем весом навалился на рычаг. Тот не шевельнулся.
Ладони Гильбенштока вспотели. Зорлен, должно быть, случайно толкнул сундук на рычаг, испортив механизм. Рычаг был Третичным Запасным Аварийным Тормозом Железного Дракона - он блокировал панель управления.
Гном-механик оставил рычаг в покое и отступил на шаг назад. Сердце его почти остановилось, даже голова перестала болеть. С застопоренными тормозами Железному Дракону не сдвинуться ни на дюйм. Требовался серьезный ремонт: необходимо было обрезать кабель и разрубить железные болты.
Но ничего из этого Гильбеншток не мог сделать здесь. Ничего.
С Железным Драконом было покончено.
Гном оглядел кабину, как будто впервые увидев ее. Он знал каждый винтик, каждую шестеренку, каждое пятнышко краски. Гильбеншток подумал о том, сколько раз он калечил и прищемлял пальцы, о бесконечных рулонах бинтов, изведенных им: «И это все ради Железного Дракона, моего единственного детища. А теперь он застрял в давным-давно заброшенной шахте и не может пошевелиться. Скоро придет последний драконид. Ему ничего не стоит прикончить меня, овражного гнома и лежащего без чувств человека. Тогда он освободит настоящего дракона, а потом…»