«Драконы Кринна»
Шрифт:
– Простите!– выкрикнул гном,- Но я что-то не вижу здесь нашего друга Клармуна! Надеюсь, вы не против того, что я о нем спрашиваю!
Несколько секунд Скорт и Харбис стояли, воззрившись на него. Лезвие кинжала Харбиса на три дюйма высунулось из ножен.
– Клармун задержался в городе из-за одного старого знакомого,- бесстрастным тоном произнес Скорт.– Продолжай заниматься своим делом.
Клинок Харбиса медленно исчез, хотя его мускулистая рука продолжала сжимать рукоять.
Гильбеншток кивнул и продолжил путь, но всю дорогу проклинал себя: «Из любви к деньгам
Радостное возбуждение, которое гном испытывал по дороге из Палантаса, испарилось. Теперь он дрожал, предчувствуя острую боль от ножа, вонзающегося в спину, и задаваясь вопросом, как долго ему осталось жить: «Скорт намекнул, что Зорлен им известен. «Старый знакомый»! Старый враг, скорее. Не подозревают ли они, что я рассказал Зорлену об их планах? И что они сделают, если решат, что рассказал?»
Эти вопросы так волновали его, что гном едва мог сосредоточиться на работе, доверяясь своему помощнику. Достойный Сквиб указал на несколько мест, где Железный Дракон за много часов пути получил наиболее существенные повреждения, но в целом механизм показал себя хорошо. Ничто не мешало немедленно приступать к бурению.
Тяжело вздохнув, Гильбеншток махнул людям и предупредил, что бурение скоро начнется. Когда он растолковал, насколько опасны шум и отлетающие камни («Сопутствующий ущерб может быть крайне велик»), люди кивнули и двинулись вниз по руслу реки от греха подальше.
Рассеянно похлопав Сквиба по спине, Гильбеншток полез по железной лестнице обратно в кабину. Забравшись туда, он аккуратно запер за собой дверь и поднял в окнах маленькие заслонки для защиты от каменных осколков, затем он бросил взгляд в окно правого борта, чтобы посмотреть, что делает овражный гном.
Один из больших ящиков с припасами за спиной Гильбенштока сдвинулся и заскрипел. Крышка его открылась. Вздрогнув от неожиданности, гном-механик развернулся. Из ящика поднималась грязная фигура, придерживая одной рукой крышку. Черные курчавые волосы человека промокли от пота, все лицо было в запекшихся кровоподтеках.
– Время летит, когда проводишь его с пользой, а?– сказал он тихим усталым голосом.
Гильбеншток не мог ни слова вымолвить - он онемел от ужаса и удивления.
Человек - Зорлен - помогал головой, стараясь прояснить мысли.
– Это я, мой маленький друг, - сказал он.– Можешь не затруднять себя ответом; мне все равно ничего не услышать из-за шума, который производит твой пропалыватель. Я только хотел поучаствовать в твоем маленьком путешествии в горы. В этом ящике была куча вещей, но мне подумалось, что они вряд ли тебе понадобятся, так что я их выложил, а сам вчера ночью после нашей встречи в переулке залез внутрь. У меня ушло на это некоторое время. Оказалось,
Человек скривился и вытащил из ящика вторую руку, перевязанную. В ней был зажат огромный окровавленный охотничий нож.
Гильбеншток обрел дар речи.
– Ты же был м-м-мертв, - удалось ему невнятно пробормотать.– У тебя не было г-г-г…
Зорлен усмехнулся, но тут же его лицо вновь стало серьезным.
– Я казался мертвым, как камень, правда? Я тоже так думал. Труп был очень похож на меня. У них у всех так, знаешь ведь. Смерть преображает всех драконидов-сиваков, не важно они убивают или их. Я должен был сначала удостовериться, что он мертвее мертвого…- Зорлен поднял огромный нож и осторожно провел острием лезвия по горлу.– Самое лучшее средство от головной боли из всех, когда-либо существовавших.
– Дракониды, - оцепенев, прошептал гном.
Зорлен потер уши:
– Дракониды. Я знал, что эта троица что-то затевает. Я следовал за чешуйчатыми ублюдками от Каламана, что к востоку отсюда. Они украли кое-какие бумаги у старого мага, моего друга, разорвав его в клочья. Они знали, что хотят получить и куда им идти. Им, должно быть, сообщила об этом Владычица Тьмы. Они взяли только те бумаги, в которых гномы Палантаса писали о своих шахтах. Мой друг собирал подобного рода старые истории. Потом они убили каких-то крестьян, воспользовавшись их одеждой и обличьем.– Чтобы его услышали, Зорлену приходилось перекрикивать свист поднимающегося снаружи пара.– Гномы что-то обнаружили в этой шахте много лет назад, в Эпоху Силы. После того как они это нашли, гномы перекрыли ствол шахты и никогда к ней не возвращались. Твои три приятеля узнали их секрет. Теперь они хотят получить это и наняли тебя, чтобы ты сделал за них грязную работу.
– Подожди!– перебил Гильбеншток.– Они мне не друзья - они заказчики! Я их раньше никогда не встречал, они пришли только два дня назад! Они меня наняли! И я вовсе не знаю, чего они хотят!
Зорлен вздохнул и кивнул. На заднем плане оглушительно загрохотал огромный двигатель.
– Я так и думал, но не был уверен. Сначала я даже предположил, что ты вполне можешь быть одним из них, но решил, что все-таки нет. Ты делал так много глупостей, вел себя совсем как настоящий гном.
Гильбеншток не знал, почувствовать ему облегчение или смертельно обидеться.
– Как ты мог принять меня за одного из них?
– Излишняя осторожность никогда не помешает.– Зорлен печально улыбнулся,- Если сиваки кого-нибудь убивают, они на время могут принять его облик, не важно гном ты или людоед. Боюсь, что я был несколько невежлив с тобой, не зная, один ли ты из них или просто прислужник. Должен перед тобой извиниться. И вот что нам нужно сделать сейчас…
Зорлен начал подниматься, опираясь спиной о крышку ящика, но внезапно свист сменился оглушительным грохотом, и Железный Дракон накренился вперед. Гильбеншток упал на бок. Зорлена швырнуло на заднюю стенку и ударило курчавой головой о твердый темно-серый чугун. Человек, как тряпичная кукла, вывалился из ящика, растянувшись во весь рост; длинный нож загремел по полу.