Драгоценности

Кингсли Джоанна

Дуглас сделал большой глоток, а Пет украдкой посмотрела на часы. Почти шесть. Ей пора домой, но Посетитель явно не собирался уходить.

– Она не верит, что я ее люблю, – вдруг проговорил он. – Лила заявила, что не подаст на развод со своим малышкой Билли, поскольку не уверена в моем постоянстве.

– А вы? – полюбопытствовала Пет.

– Я? – Дуглас осушил бокал. – Я всем покажу, как я ее люблю. – Он достал из кармана смятый бумажный пакет. – Вот.

Когда он развернул его, Пет ахнула. Такого изумительного сапфира она еще не видела.

Опытным глазом Пет сразу определила, что в нем не меньше девяноста карат. Такие встречаются только в Кашмире. Синие, как оперение на шее павлина.

– Великолепный камень, – заметила она.

– И я так думаю. Вряд ли кто-то другой выложил бы за него почти четверть миллиона долларов.

– Где вы его взяли?

– Купил у одного частного торговца из Сингапура. Как по-твоему, он понравится Лиле? – с волнением спросил Дуглас.

– Полагаю, мисс Уивер очень обрадуется.

– Ты знаешь двух этих…

– Кого?

– «Двух веронцев». Валентин, акт третий, сцена первая:

Где речь бессильна, действуйте другим:

Порой для сердца женщины прелестной

Дороже слов подарок бессловесный.

Пет прикоснулась к камню.

– Можно посмотреть? – Он пренебрежительно махнул рукой, и Пет, достав из кармана ювелирную лупу, начала рассматривать сапфир. Он казался чуть дымчатым, что отличало кашмирские сапфиры. – Великолепный камень, – повторила Пет, возвращая его Дугласу.

– Все это хорошо, но где же эта чертова Лила? Я хотел подарить ей сапфир сегодня. И заказать у вас оправу. Что-нибудь оригинальное. Такое, чтобы она наконец согласилась выйти за меня замуж. Лила нужна мне, понимаешь.

Дуглас стал по-пьяному слезлив.

– Мистер Маккиннон, я уверена…

– Она не придет, я знаю. Ее проклятый муж предложил перемирие. Лила обещала мне не соглашаться на это, но я знаю мою девочку. Если малышка Билли принесет ей алмазные подвески или изумрудный браслет, она еще как согласится. Все дело в том, моя дорогая Петра, кто принесет ей камень подороже, он или я.

Маленькие золотые часы на полке пробили шесть раз.

– Мистер Маккиннон, – сказала Пет, – нам пора закрывать магазин.

– Да, правда. – Дуглас завернул огромный сапфир. – Она не заслуживает его. И меня тоже. Я подарю его кому-нибудь еще.

Маккиннон опустил камень в смятый бумажный пакет, сунул в карман мокрого плаща, поднялся, поклонился и через опустевший магазин направился к выходу. Пет последовала за ним.

Возле дверей Маккиннон покачнулся.

– Мне нужно подышать свежим воздухом. Я прогуляюсь пешком до отеля. – Он надел плащ.

Пет поспешила за ним. Отпустить подвыпившего человека с таким сапфиром гулять по Манхэттену было выше ее сил.

– Мистер Маккиннон, – предложила она, – может, оставите камень в сейфе?

– Зачем, моя дорогая? – Он небрежно махнул рукой.

– Но у нас безопаснее.

– Ох, как мисс Уивер расстроится, если на меня нападут воры или грабители.

Дуглас церемонно поцеловал руку Пет и вышел на улицу, где все

еще хлестал дождь.

Пет проследила за ним взглядом. Она не сомневалась, что Маккиннон зайдет в ближайший бар, пропустит еще пару бокалов скотча и покажет новым друзьям свой сапфир. И тогда сегодняшний день для него закончится где-нибудь в темной аллее.

Схватив огромный зонтик, который Фрэнк всегда держал у дверей, Пет бросилась за Дугласом. Лучше всего взять такси и отвезти его домой.

Не успела она выйти, как ветер вывернул зонтик. Догнав через два квартала Маккиннона, Пет уже вымокла до нитки.

И о чудо! Впереди показалось свободное такси. Пет махнула рукой, и оно, взметнув фонтан брызг, остановилось.

Пет распахнула дверцу, но Маккиннон упорно желал пройтись пешком.

– Послушайте, если мой босс услышит, что я, зная про ваш камень, позволила вам уйти с ним, а не заперла в сейфе… то моя песенка спета.

– У вас, американцев, так много занятных выражений.

– Давайте обсудим американскую фразеологию там, где камень будет в безопасности.

– С удовольствием, дорогая, если ты согласишься пообедать со мной.

Пет покачала головой.

– Мистер Маккиннон…

– Дуглас, и, пожалуйста, не отказывайтесь, иначе подвергнете меня и мой драгоценный груз страшной опасности.

Тут вмешался шофер:

– Что за дела? Соглашайся, или я поеду искать других пассажиров.

– Хорошо, – сказала Пет, и они сели в такси. Маккиннон велел шоферу подбросить их к отелю «Плаза».

– Я не могу пойти туда в таком виде, – сказала Пет.

– Ты, дорогая девочка, просто восхитительна и можешь обедать хоть с принцессами. – Дуглас наклонился к ней: – Как, говоришь, тебя зовут?

Пет снова засмеялась, сомневаясь, что Дуглас вспомнит его через десять минут. «О, Джесс, – подумала она, – что я тебе расскажу!..»

В бутике отеля «Плаза» Маккиннон купил Пет красное платье с открытой спиной от Валентино. Чтобы предотвратить возражения Пет, он заявил, будто взял платье напрокат.

Пет переоделась в дамской комнате и, насухо вытерев волосы, туго стянула их красной шелковой лентой. Поправив макияж, она почувствовала, что готова выйти в свет. Строгая прическа подчеркнула тонкость черт ее лица. Теперь Пет напоминала модель, рекламирующую косметику. В голубых глазах Пет вспыхнула жажда приключений.

В этот вечер Пет впервые оказалась в известном по рассказам, но незнакомом ей мире. Когда они вышли из дубовой гостиной отеля, их уже ждал лимузин. Маккиннон повез Пет выпить кофе в «Риджен», а затем в «Элайн». Каждый раз она убеждала себя остановиться, но затем уступала Дугласу. Да и как отказать ему? Пет не просто посещала самые известные места в городе, но еще и под руку с тем, кто привлекал к ней повышенное внимание окружающих. Маккиннон знал почти всех владельцев этих заведений, и те, увидев его, выражали искреннюю радость. Пет подозревала, что уже завтра газеты объявят ее новой пассией Дугласа Маккиннона.