Доверься мне
Шрифт:
— Рэнди? Что за черт! Бадди застыл за кассой, где он пересчитывал выручку.
— Где она?
— Кто?
— Профессор Норкросс. И где Битлер?
— Они оба и тире. А что случилось?
Рэнди вбежал в тир и повернул ручку двери.
— Заперто! — закричал он.
— Не должно, даже если там внутри двое.
— Открывай, а то я вышибу замок.
— Это же сталь, приятель. Если выстрелишь, это место превратится в полигон для пейнтбола, только с настоящим боеприпасом.
— Ключ! — протянул Рэнди руку.
— Ладно, ладно. — Бадди
Рэнди, прижимаясь к стене у двери, повернул в замке ключ. Он не хотел, чтобы Прядка или Битлер могли его увидеть. Не было времени даже надеть бронежилет. Задал бы О’Хара ему за это!
В этот момент сам детектив О’Хара, с ним двое, мужчина и женщина, которые выглядели как бродяги, и четверо людей в форме с оружием наготове вбежали в помещение.
— Да скажет мне кто-нибудь, наконец, что тут происходит? — завопил Бадди.
— Уведи отсюда всех, кто сейчас есть в магазине, — сказал ему О’Хара.
— Х-хорошо. — Бадди указал на дверь двум обомлевшим покупателям, во все глаза смотревшим на полицейских. — Уходите отсюда! Живо!
— Прядка там внутри, с Битлером, — сказал Рэнди, как только покупатели исчезли. Он показал на двери тира. — Нет оснований думать, что что-то произойдет в людном месте вроде этого. Она ведь не знает, что это наш парень. Или как?
— Все возможно.
— Как бы она могла? Ведь они сами все это придумали.
— Там тихо, — сказал О’Хара. — Может, там ничего и не происходит.
— Приятель, это бетонные блоки со звукоизоляцией, — вставил словечко Бадди. — Вы и пулемета оттуда не услышите. Но у нас есть местная связь. Хочешь, я включу там освещение, чтобы ты мог проверить? Можно заглянуть в окошко на двери, но видно будет, только если внутри горит свет.
— Нет! — рявкнул Рэнди, потом обратился к О’Харе: — Я не могу ждать. Я вхожу.
Детектив прижался к противоположной от двери стене.
— Держись свободно, как обычно. Будто все в порядке. Выведи Хелену, а потом мы возьмем его.
Рэнди кивнул и опустил пистолет.
— А если там… не все в порядке?
От напряжения по его лбу тек пот. О’Хара пожал плечами:
— Тогда мы убьем его.
Рэнди крепко взялся за ручку двери и взмолился о том, чтобы найти Прядку живой.
— Харли, отпустите мою руку, — сказала Хелена, удивившись тому, как спокойно звучит ее голос.
Но спокойной она себя отнюдь не чувствовала. На самом деле ей хотелось тотчас же ринуться в бой.
Он оттолкнул ее и оказался как раз между нею и дверью. Хелена ударилась головой о бетонную стену и подняла руку, чтобы пощупать ушибленное место.
— Ох! Харли, что такое с вами, в конце концов, происходит?
— Не морочь мне голову! — Он выдохнул. — Когда ты позвонила в полицию, я сказал — ладно, им придется увезти ее в больницу. Но она скажет только то, что они заставят ее сказать.
— Я не знаю, о чем вы.
— Да знаешь, знаешь! — Его голос перешел на визг, он стиснул кулаки. — Я позволил тебе выгнать мужа. Если мужчина не может содержать
— Вы за мной следили?
— Черт побери, я проверяю всех моих женщин каждые пару месяцев. Вот так я узнал про все нераскрытые дела, которые никто и не собирался расследовать. — Он жадно глянул на нее. — Сначала ты пряталась у себя дома или на работе, скверно одевалась, дрожала от страха, как кролик. И я сказал себе: о’кей, она смекнула, в чем дело. И у нее двое маленьких детей. Оставь ее — по крайней мере, пока. — Он с отвращением фыркнул. — Потом ты появилась здесь — пришла пострелять. Ты и эта, другая, адвокатесса. — Он рассмеялся лающим смешком. — Самооборона для женщин. Будто сучка вроде тебя может сбить с ног настоящего мужика. До меня дошло, что я ошибся, и ты в конечном счете не выучила урок. Когда ты сняла свои лохмотья и пошла на ту дурацкую вечеринку, а потом замутила с этим копом… — Он устало покачал головой. — А потом, когда ты открыла свой рот на телешоу, я уже знал все наверняка. Ты не поняла…
— А что я должна была понять, Харли? Скажите мне, чтобы я смогла понять это хотя бы сейчас.
— Слишком поздно. У тебя был только один шанс. Сейчас я тебе устрою шоу!
Не тот случай, подумала Хелена.
— Харли, в любую минуту в эту дверь может кто-то войти.
Она указала куда-то за его спину.
— Не-а, — ухмыльнулся он. — Заперто сразу после того, как я дал тебе патроны. Замкнуть замок — секундное дело.
— Они догадаются, что что-то не так.
— Мы частенько запираемся. Не хотим, чтобы чужие заходили, когда кто-то стреляет. Когда я отопру эту дверь, ты уже будешь лежать в подсобке, связанная и с кляпом во рту. Я буду клятвенно уверять, что ты уехала, пока Бадди был в кладовке.
— Моя машина снаружи.
— Связка с ключами в твоей сумке. — Он ткнул пальцем в сумку, лежавшую под стендом. — Я отгоню твою машину подальше с глаз во время перерыва. И предложу Бадди закрыть пораньше. Он просто обожает смыться отсюда так рано, как только может. А после этого мы с тобой спокойненько уйдем отсюда и поедем кое-куда в моем фургоне. Нет смысла самому тащить далеко такую большую женщину, как ты. Я уже и раньше так делал.
В голове всплыл полицейский инструктаж: «Никогда не позволяйте ему забрать вас в какое-то другое место. Старайтесь остаться там, где вы есть. Пули могут пролететь мимо. Его адреналин тоже когда-то истощится. В людном месте он обязательно занервничает…»
Сознание работало четко.
«О боже, Майло, Ви, детки мои! Рэнди, мой любимый!»
Он сделал шаг к ней.
— Погоди! Пожалуйста, не делай этого. У меня двое маленьких детей, о которых некому позаботиться, кроме меня. Скажи мне, что я делаю не так. Клянусь, я выслушаю.
Он тряхнул головой и бросил на нее злобный взгляд.
— Ты поймешь это, да, обязательно.
Она взглянула в его жалкие глаза. Его сгорбленные плечи и скрюченные руки говорили: он мог броситься на нее в любой момент.