Доверие
Шрифт:
Глава 6
— Иди, поторопись, — позвала мама.
— Минутку, — крикнула я в ответ, застегнув молнию на своей серой школьной юбке. Ура школьной форме. Нет.
Нанеся зубную пасту, я почистила зубы, с большим усердием работая щеткой вперед и назад. Немного консилера и много тонального крема скрыли оставшиеся синяки вместе с тенями под глазами. Я завязала волосы в низкий хвост, оставив немного впереди, чтобы они как бы падали мне на лоб и заправлялись за ухо. Если бы этот
— Иди, ты опоздаешь!
Я сделала паузу в процессе чистки своих коренных зубов, чтобы прокричать свой ответ. Пена от зубной пасты попала мне в горло, и у меня сработал рвотный рефлекс. Вот так просто, мое сердце бешено заколотилось, по всему телу выступил пот. Боже, это было так же, как в ту ночь, когда пистолет был у меня во рту.
Я закашлялась в раковину, выплевывая зубную пасту. Мой завтрак из кофе и поп-пирога последовал сразу за ней.
Черт возьми, у меня болят ребра. Нехорошо.
Я открыла кран с холодной водой, вымыла раковину, отпила немного воды, чтобы убрать кислый привкус во рту. Так мерзко. В ванной воняло рвотой. Медленный вдох, затем выдох. Все было в порядке. Я не там, не давилась от ствола пистолета. Позади меня никто не стоял, никого даже не было видно. Ради всего святого, это был просто несчастный случай, в котором оказалось слишком много зубной пасты.
— Успокойся, идиотка, — сказала я себе. — Ты в порядке.
— Иди… — мама появилась в дверях, затем замерла на месте. — Что не так?
Я с трудом сглотнула.
— Ничего.
Беспокойство отразилось на ее лице. Я ненавидела это.
— Серьезно, — сказала я. Полоскание рта — это то, что мне было нужно, сейчас я бы пропустила зубную щетку. Я провела языком по мятной сладости, а затем выплюнула ее. — Все готово.
— Ты уверена? Выглядишь немного бледной.
— Я в порядке.
— Хочешь, чтобы я отвезла тебя?
— Нет. Я в порядке. — Я протиснулась мимо нее с фальшивой улыбкой на лице. — Увидимся сегодня днем.
Она последовала за мной, сверля глазами дыры в моей спине.
— Твои волосы выглядят прекрасно, — сказала она.
— Спасибо, мам, — я нервно дернула себя за хвост. Ауч. Мой скальп все еще не полностью зажил после того, как Крис выдернул из него клок волос. По крайней мере, там не было ничего видимого, как, например, шрам над моим глазом. — Пока.
Мы жили в одноэтажном деревянном бунгало на тихой улице. Много деревьев. Это было мило. Я помахала маме рукой, забираясь в свой восьмилетний белый хэтчбек, унаследованный от моей бабушки. Эдит, моя тезка, жила в Аризоне и, по-видимому, переживала кризис поздней жизни. Не могло быть никакой другой причины, по которой ей вдруг понадобилась сексуальная спортивная машина. Однако для меня это сработало хорошо, так что, что бы ни делало ее счастливой, я рада.
Бабушка также оплатила счет за посещение частной школы. Я думала, наклейка на бампере
Глаза устремлены на дорогу и сосредоточены прямо перед собой. Я не могла позволить себе отвлекаться. Смешно, как случайный человек на тротуаре мог напугать мои глупые нервы. Любой полицейский с пистолетом мог быть Крисом, мое сверхактивное воображение меняло их местами с пугающей эффективностью.
Я ехала очень медленно, но это не помогло. Звонок не прозвенел, я не опоздала, и толпы девушек в серой униформе заполнили коридоры. Неважно. В толпе хорошо прятаться. Это может сработать еще лучше.
Опустив голову и закинув сумку за спину, я направилась к своему шкафчику. Так много шума и толкающихся людей. Но я могла бы с этим справиться. Глубокие вдохи, спокойные мысли и все такое дерьмо.
Мои руки были влажными от пота, когда я набрала код своего шкафчика и открыла дверь. Материал под моими подмышками был влажным. В конце концов мне придется иметь дело с Джорджией, и, честно говоря, она могла бы поцеловать меня в задницу. Ее предательство сегодня было таким же свежим, как и тогда, когда это произошло.
— Эй, Вилли, — раздался за моей спиной ядовитый голос. Я не обернулась, в этом не было необходимости. Кара Ламонт. — Я слышала, что кто-то пытался отнять у тебя свободу.
Свободный Вилли, согласно фильму (имеется в виду фильм «Освободите Вилли»), был, по-видимому, единственным китом, о котором знала Кара. Оригинальность и образованность не являлись верным описанием этой девушки. Я закончила собирать тетради по английскому, не торопясь. Собралась толпа, больше, чем ее обычный отряд. Я слышала, как они все шептались и хихикали, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу и готовые к действию. Всегда находилось несколько человек, готовых увидеть, как некрутая студентка получает свою ежедневную рекомендуемую дозу унижения.
Но этот уровень любопытства выходил далеко за рамки этого. Потрясающе. К сожалению, ситуация в «Дроп-стоп» сделала меня знаменитой.
— Твое лицо действительно все испорчено? — спросила она голосом, полным ликования. — Бедная, Вилли. Хотя, я думаю, в любом случае, никто не хотел на тебя смотреть.
По толпе прокатилась волна смеха. Люди просто любили хорошее зрелище. Кара привлекла к себе внимание, становясь выше и улыбаясь шире. Я знала, что ее мнение не должно иметь значения, и все же оно всегда меня задевало. Несмотря на все мои усилия, эта стерва занимала много места в моей голове, записывая каждую гадость, когда-либо сказанную мне. Каждое оскорбление, каждое унижение — все это было сохранено там для потомков.