Донской дозор

Микишева Алина

Соседка аж засветилась вся от восторга - Вот будет-то потом о чём порассказать соседям.

– Ой, спешу, - затараторила скороговоркой она, - только приоденусь, дом закрою, и через пол часика буду у вас.

– Антонина Ильинична, - Марфа Игнатьевна ласково улыбнулась и погладила её руку, лежащую на заборе, своей мягкой ладонью, - не переживайте вы так и не волнуйтесь за свой вид. Вы и так хороши... Закрывайте дом, а я вас жду у своей калитки.

– Ой, бегу, бегу, - и старушка поспешила к своему дому, переваливаясь

с боку набок, как жирная утка. Марфа Игнатьевна провожала её хищным взглядом и улыбалась белозубой клыкастой улыбкой. Добыча была настолько легкой, что заполучить её было чем-то вроде - поднять с земли только что опавшее яблоко, которое вроде и ни к чему было, а пройти мимо досадно.

– Это, с каких же пор я стал твоим парнем?
– поинтересовался Николай у Лары, сидя у неё дома на диване и потягивая маленькими глотками кофе, сваренный, попросившей его остаться опять девушкой.

– С тех самых, - пробурчала Лара, сидя напротив него возле стола, потупив взгляд, и жалея, что кажется, сболтнула лишнего.

– А кто же тебя надоумил, поставить лопату возле калитки?
– решил пока опустить эту тему Николай, чувствуя, что девушку что-то тревожит.

– Не знаю, - пожала Лара плечами и, оперев подбородок о свои маленькие кулачки, лежащие одни на другом на столе, мило улыбнулась Николаю, - какое-то седьмое чувство подсказало, после той первой драки, что лучше держать возле ворот лопату, а вдруг пригодится.

– Ну, у тебя и чувство, - усмехнулся Николай, а затем чуть не поперхнулся кофе, когда девушка встала и, подойдя села рядом с ним на диван, обняв его за шею: - И чего это значит?

– Ты милый, - проговорила тихо Лара.

– А как же Русик? И ты вроде сама сказала, что у нас с тобой всё кончено? Я же себя сам дискредитировал в твоих глазах - с твоей же сестрой?

– Ишь ты, какие мы умные слова знаем, - отстранилась от него Лара, в её серых глазах играли маленькие чёртики, но кроме этого была в них ещё какая-то грусть.
– Думаешь, я не в курсе, что у вас с Маринкой ничего не было? Или думал сестра, сестре не расскажет о своих похождениях?

– Если честно, так и думал, - ляпнул, не подумавши, Николай.

– Дурак, - ответила Лара. Правда это было сказано как-то без обиды, - И я дура, что вспылила тогда, ведь знала, что Маринка всё это специально затеяла из вредности. Ну, это наша старая история, тебе её не обязательно знать. Когда она узнала, что я порвала с тобой, она просила у меня прощения, и требовала, что бы я помирилась с тобой, но я уже познакомилась тогда с Русиком, - Лара помолчала и опять прижалась к Николаю, - Познакомилась...с Русиком...

Наступила долгая пауза, а затем Николай почувствовал, как Лара вся дрожит - она плакала:

– Он меня вчера избил, и сказал, что если я ещё раз выкину такой номер, вроде того, когда я попросила остаться тебя со мной на ночь,

то он меня...
– она зарыдала.

Николай стал гладить её успокаивающе по спине, хмурясь и понимая, что у них с Русиком больше дружбы не будет, то-то тот весь вечер на него косился, как-то странно. Теперь всё становится на свои места.

– Ну, успокойся, Лар. Я с ним разберусь.

– Ты, - Лара подняла на него заплаканные глаза, - да он же в Ленгородке авторитет. Стоит ему только свистнуть и тебя в землю вотрут.

Николай зло ухмыльнулся, прижав к своей груди плачущую девушку:

– Не всё так просто, как ты думаешь. Есть вариант как его вызвать на честный поединок - ринг.

– Но он же чемпион, - испугалась Лара.

– Ну, мы тоже не лыком шиты, - улыбнувшись, Николай, наконец, дотянулся до стула, стоящего возле дивана, и поставил на него недопитую чашку с кофе, а затем выключил настенный светильник. В темноте он нашёл горячие Ларины губы, и они слились в поцелуе. Рука девушки скользнула под рубашку парня и стала нежно его гладить, опускаясь всё ниже и ниже...

– Значит, тебе чихать на меня?
– женщина схватила стоящего перед ней Крепыша за горло и стала медленно поднимать его вверх. Тот смотрел на неё испуганным взглядом, который переводил временами на согнувшегося за её спиной, в раболепном поклоне, блондинчика.

– Значит я для тебя никто, - прошипела она в ярости, приблизив его к своему лицу, начинающему приобретать звериную внешность. Женщина ни в коем случае не спрашивала, она как будто утверждала общепризнанный факт.
– Ну что ж, раз так, я знаю, где твоё место...

– Нет, хозяйка, - в отчаянии прохрипел полузадушенный преобразившийся бес, - пощадите...

Больше он ничего не сказал. Под стальной хваткой хозяйки, его шея затрещала, и бесовская голова с предсмертным стоном и кровавой пеной у рта, повисла на бок, висящая на теле беса, только благодаря лоскутам кожи. Отшвырнув мёртвое тело в сторону, хозяйка презрительно сплюнула на него. Мёртвый бес вспыхнул, и уже через секунду на том месте, где он упал, ни осталось ничего, кроме небольшой горстки пепла, который тут же вынесло за дверь на улицу лёгким, подувшим из ниоткуда ветерком. Хозяйка довольно улыбнулась и обратилась, к блондинчику:

– А ты живо, взял ноги в руки и умчался готовить угощение для гостей.

– А как же этот, - указал блондинчик на лежащего на кровати и прикованного к ней наручниками за руки и за ноги Русика, - Вы вроде хотели его использовать сегодня для угощения?

– Я передумала, - хозяйка плотоядно посмотрела на приходящего в себя и скованного по рукам и ногам парня, - Я его преображу. Мне нужны такие слуги... пригодится вместо этого болтуна. А угощение...
– она махнула рукой, - на кухне...найдёшь то, из чего сегодня будут блюда для гостей.