Донской дозор
Шрифт:
– Теперь я понял, - дошло до Николая, - Ты, капитан, славы захотел и одну большую звёздочку на погон?
– А что тут плохого, - усмехнулся тот в ответ, поднимаясь со стула, - в наше время повышение и лишняя прибавка к зарплате не помешают.
– Капитан, ты играешь с огнём. Эта женщина явно там пирует по ночам не одна. Да и эти следы когтей. Ты их видел?
– Когти как когти. Обычный здоровый дог. У меня есть пистолет, в случае чего...
– Капитан, - прервал его Николай, - ты чего не соображаешь куда лезешь? Ты посмотри, что там делают с людьми?
– Николай подсунул Федосееву
– Да ладно, - отмахнулся уже загоревшийся и думающий о перспективах, которые у него появятся после раскрытия этого дела, Федосеев, - я не хочу всю жизнь проторчать в участковых. Главное найти доказательства, и взять с поличным этих субчиков.
– Я иду с тобой, - решительно проговорил Николай, и стал собираться. Он взял лежащую в секретере отремонтированную финку-трофей. И стал рыться на антресоли в поисках фонарика.
– Ты чего это удумал, - поглядел хмуро на собирающегося Николая, капитан. Его как-то не устраивало делить с кем-то раскрытие этого дела.
– Знаешь, капитан, - Николай, наконец, нашёл фонарик и стал проверять, насколько тот рабочий, - я как-то тоже замешан в этом дельце. И эта...
– он сделал паузу, пытаясь привести в чувства еле мерцающий фонарик, но тот, поморгав потух, - Чёрт!
– выругался он, отшвырнув на диван сдохший фонарик, - Так вот, эта Марфа Игнатьевна, если ты не забыл, должна мне кругленькую сумму. Так что извини, но я желал бы, прежде чем ты её арестуешь, выбить из неё свой должок. А славу...
– Николай презрительно усмехнулся, - Славу можешь оставить себе.
– И уже спокойней добавил: - И я думаю, что при аресте тебе помощь десантника, хоть и бывшего, не помешает.
– Десантник говоришь, - Федосеев задумался, - ну что ж пошли. Только учти, действовать только по моим указаниям, и никакой отсебятины. Всё должно быть по закону.
– Согласен, - кивнул в ответ Николай.
– Ну что, звони, капитан, - предложил Николай, подойдя к калитке Марфы Игнатьевны.
– И чего я ей скажу - Здрасте, я хочу осмотреть ваш дом на предмет нахождения в нём трупов? Тупо. Надо прежде выяснить, что там происходит, а уж потом всю эту гоп-компанию брать тёпленькими. Надо проникнуть внутрь тихо и незаметно.
– Ты же сказал, что мы будем действовать по закону, - подколол Николай участкового, однако улыбка у него вышла вялая и неуверенная. Фотографии все ещё стояли у него перед глазами.
– Ну, - поморщился тот в ответ, и посмотрел на высоченный забор, - в интересах следствия...
– Даже не думай, - увидев, куда направлен взгляд участкового, возразил Николай, - по всему периметру по верху забора, колючка натянута.
– Ну, тогда, - Федосеев посмотрел по сторонам и его взгляд упал на соседний двор, в котором как он знал, жила Антонина Ильинична, - Тогда проникнем через двор её соседки. У неё и забор пониже, да и насколько я знаю, со двора, с этой Марфой Игнатьевной, заборчик совсем невысокий.
– А эта её соседка, возражать не будет?
– с сомнением поинтересовался Николай.
– Уже нет, - Федосеев вспомнил отрезанную голову бедной старушки, - ей теперь уже всё равно.
– Как знаешь, - пожал плечами Николай, не понимая,
Как оказалось, им даже не пришлось перелезать забор, калитка была не заперта. Во мраке сгустившейся ночной темноты, они проникли внутрь двора и тихо прокрались к невысокому забору, разделяющему два участка. Сад и дом были освещены взошедшей в небе, к этому моменту, полной луной. Два окна, дома Марфы Игнатьевны, выходящие на эту сторону фасада, были ярко освещены. Во дворе не было ни души.
– Слушай сюда, - обратился капитан к присевшему возле него Николаю, - ты остаёшься здесь, а я выдвигаюсь к дому, и обследую, что там да как. В случае помощи, я тебя позову, а до того, ни каких самовольных действий.
– Ты тут закон, - усмехнулся Николай, - только смотри не переусердствуй, капитан.
– Сам знаю, - отмахнулся Федосеев и перемахнул через невысокий забор. Он, пригнувшись, перебежками, проследовал к дому и, подкравшись к двери, и уже протянул руку к ручке, что бы проверить заперта ли та, но неожиданно дверь распахнулась, и Федосеев увидел стоящее на пороге и глядящее на него ухмыляющееся лохматое и рогатое, с него ростом существо. Он медленно потянулся к кобуре, за пистолетом...
Последнее что он запомнил, это несущееся в его челюсть тяжёлое копыто беса. Затем - удар, хруст, и полная тьма.
Николай видел, как участковый прокрался к двери, как та распахнулась, и как видимо от удара стоящего в дверях, тело милиционера отлетело на несколько шагов, и распласталось, не шевелясь на тропинке, ведущей к дому. Николай уже собирался кинуться на помощь капитану, но в этот момент из открытых дверей выскочило странное существо. Николай замер в недоумении от увиденного. В свете, падавшем из дверного проёма, на тропинке возле тела капитана стоял самый настоящий бес. Среднего роста, весь лохматый, с рогами, копытами, и длинным извивающимся хвостом. Бес осмотрелся по сторонам, втянул широкими ноздрями воздух. В сумраке ночи сверкнул его дьявольский хищный взгляд, когда он посмотрел в сторону соседского двора, в котором за невысоким забором, в густой траве прятался, наблюдающий за ним парень.
У Николая мурашки пробежали по коже от этого взгляда. Было такое чувство, что это существо из ада, смотрит именно на него. Парень пригнулся пониже, но продолжал всё же наблюдать за происходящим во дворе Марфы Игнатьевны.
– Что случилось?
– раздался в этот момент её тревожный низкий голос от дверей, - Кто это?
Бес осмотрел лежащего перед ним человека:
– Мент. Капитан.
– Проклятье, - возмущённо проговорила подошедшая к нему хозяйка, - Только его нам и не хватало.
– Чую хозяйка, - бес тревожно всматривался в сумрак ночи, - нам надо срочно сваливать из этого города. Наше пиршество здесь сильно затянулась.
– Знаю, - хмуро ответила та, - Но вначале мне нужна кровь девственницы, для ритуала. Ты же знаешь, что бы мне вновь стать молодой - я должна принести девственницу в жертву, и испить всю её кровь без остатка. А в этом городе есть как раз подходящая кандидатура. Если бы вы в первый день действовали слажено, то возможно добыли бы мне её. А так за все эти дни празднеств, вы не добыли ни одной девственницы.