Дом льда

Thindy

– В лес. Быстро, – я сама удивилась своему спокойствию и звенящим льдинкам в голосе. Стресс открывал все грани возможностей. Мне казалось, что я теряюсь в звуках, окружавших меня. Становлюсь чем-то… другим.

– Ктийр уже там.

– Смотрящая… – дернулся было Веймар, но заработал хлёсткую оплеуху острыми снежинками и больше не посмел возражать. Всё растворилось в таком приятном и вечном холоде.

Запомнилось только растерянное лицо главы Дома Снежных Вершин, прижимавшего ладонь к щеке, и этот холод. *** В чувство приводили дёшево и сердито – выплеснули сверху ледяной воды. От переизбытка ощущений я заметалась, но кто-то профессионально скрутил мне руки за спиной, обездвиживая.

– Поосторожнее, – недовольно прикрикнул этот неизвестный, не ослабляя хватки.

Воздух

вокруг был затхлый, наверное, чадили факелы. Судя по шагам – впереди меня идут двое, позади – один. Кто шёл и куда, определить не могла – полоска ткани, туго затянутой на затылке, не позволяла ничего увидеть. Остановились. Повязку с глаз резко сдернули, особо не церемонясь с запутавшимися в ней волосами. Я зашипела от боли, пытаясь вывернуться из рук стражи, но последовавший сильный тычок в спину и ужасающий скрежет позади, заставили переключить внимание с такой мелочи, как саднящие ладони. Камера в средневековом стиле – каменная. Стихии, как тут темно…. Свет едва пробивался через маленькое окошко где-то под потолком, причём весьма высоким. Я поднялась на ноги и огляделась. Возле противоположной стены что-то завозилось, загремело – неужели мне кто-то составит компанию? И насколько это хорошо? Почти беззвучные шаги по направлению ко мне. Подкрадывается? Или пробирается на ощупь? Я напряглась, делая полшага навстречу сокамернику, напряжённо всматриваясь вперёд. Внезапно всё стихло. Боясь шевельнутся, замерла на месте, стараясь не дышать. Где-то через четверть часа глаза почти привыкли к темноте. Настолько, что можно было разглядеть странный силуэт…. Явно не человеческий…. Стихии, что это?! Хищный клёкот, как боевой клич, – и неведомая тварь бросилась на меня. Едва успев отскочить назад, я вжалась в стену, с ужасом гадая, какому монстру решили скормить пособницу хаат. Лязг, скрежет чего-то по камню – везёт же на когтистых! – и разочарованный щелчок массивным клювом. Орёл-переросток не смог дотянуться – мешала цепь, на которой он сидел; не хватало каких-то полметра. Стихии, надеюсь, это существо кормят хоть чем-то помимо заключенных?.. Огромная птица посмотрела на меня блестящим янтарным глазом, повернув пернатую голову набок. Плешивую местами, покрытую рубцами. Не одна тут я взаперти. Но если меня должны были убить и съесть – процесс, конечно, малоприятный, но не продолжительный, то этот орёл сидит тут наверняка давно, не имея возможности толком расправить крылья. Собрат по несчастью…. Я бездумно протянула руку к птице и погладила её по массивному клюву. Орёл замер, а потом прикрыл глаза и вытянул шею, издавая забавное воркование. Осмелившись, я медленно подошла к нему поближе – он боднул мою ладонь, как будто напрашивался на ласку. "Не забывай, что это, всё-таки, дикое существо…."

– Хороший орлик, хороший… – я потрепала его по холке, приходящейся мне повыше плеча, и провела рукой по левому крылу. Маховые перья были порядком подрезаны. Как так можно с живой птицей?! Хотя чему я удивляюсь, если ведьмаки не считаются даже с антропоморфными хаат….

За сплошной дверью камеры раздались чьи-то голоса. Орёл тут же насторожился и, ухватив меня клювом за край одежды, резко дёрнул в темноту. Не удержав равновесия, я отлетела в сторону и упала на колени. Да сколько можно меня ронять?! Птица сразу же оказалась около и, усевшись, раскрыла крылья, пряча меня под ними. Защищает? Может, орлица? Хех, но на птенца я не тяну…. Или решил съесть потом и боится, что стражники "вкусняшку" отберут? Что ж, буду оптимистично надеяться на лучшее. Особого выбора всё равно нет. Я прижалась к мягкому тёплому боку орла и вдруг заметила, что с лапами у него перебор…. Их было четыре. Причём передние – вовсе не птичьи.

– Мамочки…. – задушено прошептала я, потыкав пальцем в ту, которая напоминала львиную. Когти рефлекторно вытянулись и втянулись обратно. Стихии…. Неужели это то, что я думаю?!

Дверь снова заскрежетала. На пороге появился стражник со сферическим светильником в руках. Он оглядел камеру, удовлетворённо хмыкнул и вышёл.

– Ну, чего? – донеслось до нас.

– Сожрал! Ты мне пять монет проспорил.

– Хаат тебя раздери…. Ты специально не кормил Когтя, вот он и кидается на всех подряд….

Замок скрипнул несколько раз, и мы опять остались одни. Я выбралась из-под крыла полуптицы, которую так неосмотрительно назвала орликом, и обошла со спины. Коготь настороженно проследил за мной, нервно поддергивая длинным хвостом с небольшой изящной кисточкой на конце.

– Ошибки быть не может. Ты грифон, друг мой, – констатировала я. Коготь потянулся и, устроившись поудобнее на клочке старой соломы, моментально заснул, как могут только звери и маленькие дети. Я опасливо привалилась к его боку и задумалась. Странно,

что ни разу не слышала о подобных существах ни от Олафия, ни от хаат.

Ладно, хватит лирики. Что имеется, в конечном счёте? Натъяра и хаат от охотников сбежали и, по идее, должны были вернуться в Дом Огненной Саламандры. Возрождающая сказала, что портал домой создать сумеет. Надеюсь, вторая попытка отыскать тех, кого ведьмаки забрали с собой, окажется удачнее. Я, естественно, не могла не попасться, и теперь сижу непонятно, где. Причём, с грифоном в сокамерниках. Отлично…. Даже если предположить, что случится чудо, и я выберусь – что дальше? Куда податься? К хаат вернуться не смогу, потому что не знаю, как и куда. В принципе, какая разница? Главное – оказаться на свободе. А сие невозможно. Взломать дверь нечем. Проскользнуть мимо стражников, когда они будут запускать очередного приговорённого, нереально. Воспользоваться стихийной магией хаат против них…. Ничего особого ограничивающего её не скармливали, не спаивали, не вешали. Тонкую грань присутствия я ощущала и сейчас. Но как воспользоваться ею?.. Убивать?.. Нет. Я смутно помнила, что творила в лагере охотников, но даже в том состоянии отбирать жизни было чем-то за гранью приемлемого. Кажется, те люди просто засыпали…. Кого я обманываю! Наверняка они мертвы! Нет, лучше не думать…. Далее, окно зарешечено. Будь оно и просто отверстием – не дотянусь. Я скосила глаза на Когтя. Нет, не выйдет. Во-первых, он на цепи, во-вторых, крылья подрезаны. В-третьих и в главных, он меня на спине катать не будет – чай не ездовая собака. Хм…. А если цепь с него снять…. Интересно, он будет пытаться сбежать? Допустим, откроют камеру, а грифон выскочит со стражей поболтать?

– Коготь… – тихонько позвала я. Грифон приоткрыл глаза. – Хочешь выбраться отсюда?

Знаю, глупо было разговаривать с животным, но кое-какие зачатки разума он ведь проявил, когда ни с того ни с сего помог спрятаться. Полуптица повернула ко мне голову и внимательно посмотрела. Можно даже сказать, оценивающе, причём рейтинг был явно не в мою пользу. Неужели сообразил? Кто поймёт странное существо.

– Сейчас попробую снять цепь. Только не пугайся,– грифон что-то проклекотал и сунул голову обратно под крыло.

Я на ощупь нашла скобу, к которой была припаяна цепь. О том, чтобы выдернуть её, не могло быть и речи – уж если Коготь не смог…. Жаль, не владею силой Дома Саламандры – тогда можно было просто расплавить. Хм. А если максимально снизить температуру?.. Главное, чтобы вся цепь не охладилась – Коготь таких усилий к собственному спасению не оценить. Ох, надеюсь, уроков друзей я не забыла. Потыкав скобу пальцем, я опустила на неё ладони. Сначала ничего не происходило, но потом повеяло обжигающим холодом. Привыкшие к темноте глаза уже могли различить голубоватое сияние, исходившее от пальцев. Грифон забеспокоился и стал пристально наблюдать за процессом криообработки, нахохлив перья. Так прошло около получаса, прежде чем скоба раскрошилась. Вся стена, к которой она крепилась, была покрыта инеем, как и мои волосы, в камере царил зверский холод. Меня трясло – до такой степени устала и замёрзла. Но ведь не зря. Зато Коготь, поднявшись на лапы, по-собачьи встряхнулся. Обрывок цепи громко лязгнул. Грифон воинственно встопорщился и пару раз хлопнул крыльями, заклекотав. А потом снова полез ластиться. Странное поведение…. Всех моих предшественников, если судить по репликам стражи, съедал. Я что, так плохо выгляжу, что он побоялся отравиться? Как бы то ни было, полдела сделано. Пожалуй, отдохну немного и примусь за дверь. Судя по свету из окошка, сейчас закат. Выбираться, наверное, лучше ночью.

– Коготь… – тихо позвала я. Облачко белого пара сорвалось с губ и растаяло. Грифон, царапая когтями слегка заледеневший пол, подобрался ко мне и улёгся рядом, согревая.

*** Ночь прошла относительно спокойно. А вот утро ознаменовалось ещё одним "сюрпризом". Охранники закинули нам в камеру человека. Коготь сразу же подскочил к нему, не обратив внимания на мой испуганный окрик. Впрочем, убивать пленника грифон не стал – подкатил его клювом ко мне и уселся рядом.

– Ещё один счастливчик…. – я перевернула новоприбывшего (а это был мужчина) на спину. На первый взгляд никаких сильных повреждений у него не было, только ссадины и синяки.

Кажется, наш побег откладывался. Тащить на себе пленника не представлялось возможным, как и бросать его здесь. Но и вылечить не получится. Тут еды-то нет, не говоря уже хоть о каких-то лекарствах. Благо, сообразить пару горстей льда вместо воды удалось, но не более. Либо хаатская магия здесь блокировалась, либо у меня не осталось никаких сил. К счастью, через пару часов новичок пришёл в себя. Отрешённо осмотрелся, привыкая к темноте и… подняв правую руку вверх, что-то пропел. На кончиках его пальцем замерцали золотистые искры, слегка освещая камеру.