Дом боли
Шрифт:
Это не Дэвлин, повторяла я себе, не он. Это морок. Морок, который нарочно принял это обличие, чтобы поиздеваться. Бездна! На смену ужасу пришла обжигающая злоба на того, кто посмел показывать мне подобное.
– Да...
– проговорил темный.
– Да, вот так, еще...
Сад начал блекнуть, а фигура в цепях оказалась внезапно обычным огородным пугалом. Берс же превратился в воткнутый в землю шест с надетым на него перевернутым кувшином с намалеванными глазами да ухмылкой.
– Неплохо, это все еще неправда, но ты смогла изменить отношение
Я потопала ногой, и земля, поросшая мягкой на вид травой, внезапно оказалась твердой, как камень. Потому что это и есть камень. Мы стоим в коридоре. Сада - нет.
Реальность текла и менялась, будто следуя за сменой моего настроения, в один момент взошло солнце, тут же, впрочем, затянувшееся черными жирными пятнами дыма. Вместо деревьев поднялись останки полуразрушенных домов.
Зараженный Хаосом город.
Центральное дерево засохло, а вместо набитой соломой куклы в цепях висела Клэр. Женщина, которая только что смеялась над тем, как ловко она подстроила смерть Эрика. И упивалась моим полубезумным отчаянием.
Вновь оживший Орен Берс, ни говоря ни слова, с насмешливым поклоном протянул мне свою плеть.
– Что б ты ни сделала!
– хохотала безумная некромантка.
– Ты никогда его не вернешь! Я забрала его у тебя! О! Ему было так больно! А ведь он так любил жизнь, был таким жадным до удовольствий, торопился жить. Прям как чувствовал, а?
И я ударила ее.
С размаху, с оттяжкой, желая рассечь мышцы до самых костей, желая видеть ее кровь. Еще. И еще. Свист. Вопль. Шлепок. Брызги алого. Вопль. Свист...
...А потом все исчезло, я стояла посреди гостиной Скримджоя и со всех сил колотила его кулаками в грудь. Темный эльф улыбался криво. Скримджой налил в два бокала красного сладкого вина. Я не стала отказываться, бессмысленно тратить силы на демонстративные жесты, я уже говорила, да? Наоборот, жестами показала лить до краев.
– Ну? Что я тебе говорил? Твоя бездна - в твоей голове. И эта женщина в конце... Сдается мне, что ты ободрала бы все мясо с ее костей, дай я тебе больше времени.
– Она заслужила, - мрачно проговорила я, пытаясь пить так, чтобы зубы не стучали о край.
– Чем же?
А и правда, чем же? Она мстила за то, что я участвовала в убийстве ее мужа. Вынужденно, конечно, но разве это оправдание?
– И я заслуживаю того, чтоб быть здесь, среди этих людей и в твоей компании. Ты прав.
Эльф выругался и отобрал у меня бутылку.
– Включи уже голову! Нет связи между тем, что ты "сделала", и тем, что ты здесь! Мы познакомились - меньше двух суток назад. Как и нет причины сочувствовать Кассэлу - он убил множество человек, он тебе - никто. Тебе не с чего даже морщиться, глядя на его кровь.
– Как?
– только и спросила я, чувствуя себя больной и измученной.
– Не чувствуй, - фыркнул Скримджой, - это же элементарно!
– Да как?!
Он вздохнул.
– Не можешь сама, ощущай эмоции того, кто не испытывает боли от происходящего. Я же подарил
Я глубоко вздохнула, опускаясь в кресло.
А ведь в чем-то он определенно прав. Чаще всего переживания мешают. Вот взять вчерашний день, если бы я не заламывала руки полдня, то к ночи у меня хватило бы сил добраться до берсова кабинета, а может, и сейф открыть. Да вообще - продумать, о чем спрашивать дроу. Но вот объективно, что плохого вчера произошло именно со мной? Синяки во время тренировочного боя? Все остальное добавил мой разум, паникуя, и не позволяя сохранять разум или придумать план, да еще и измотав к ночи изрядно.
Даже сегодня в подвале...
Субъективно это было ужасно, да, но сколько вообще человек ежедневно умирает? Я не ужасаюсь, потому что не думаю об этом. В чем разница между караванщиком, которого пытали и убили разбойники на глухой дороге и тем человеком, которого убил Скримджой? Объективно - никакой. Субъективно - труп одного я просто видела, а второго - нет. Более того! Если бы я не ужаснулась, сдержала эмоции, и не стала бы бессмысленно орать на дроу, а вместо того, взвесила бы предоставленный мне выбор - тот второй человек не потерял бы язык.
Самые естественные чувства, считающиеся... добрыми, человечными могут навредить больше, чем расчетливое равнодушие.
Как такое может быть?
– Может. Не говоря уже о том, что такой подход не расстраивает нервную систему, что для мага особенно актуально, - кивнул эльф, и я только тут поняла, что рассуждала вслух, - у тебя гибкий разум, быстро приспосабливается, это полезное качество. Забавно. Кстати, ты бы сегодня вправду выпрыгнула из окна?
– Да, - нехотя протянула я, испытывая уже откровенный стыд за свой недавний срыв.
А ведь можно было продумать этот ход, подстроить, выпрыгнуть вместе, раскрыть крылья, подняться повыше и потребовать завершить игру. А не согласится, просто удерживать его в воздухе, пока у нас обоих не разожмутся руки, что могло бы сойти за несчастный случай, так как я до последнего пыталась бы удержать его в воздухе.
Вчерне, дыр куча - но чем не набросок плана?
– У тебя был план?
– словно прочитал он мои мысли.
– В крайнем случае, хотела улететь.
Он усмехнулся, то ли поверил, то ли не поверил, но больше эту тему не затрагивал.
– Тот, кто учит тебя, как выживать, достоин восхищения, - эльф уселся в кресло и расслабленно откинулся на его спинку.
– Что ты имеешь в виду?
– Сядь, мы все равно пока беседуем.
Я опустилась во второе кресло напротив него и сделала глоток из бокала.
– Твое поведение, - снизошел до ответа дроу, - твоя реакция. Шок, растерянность, а потом ты берешь себя в руки. Значит, подобный поворот событий для тебя не в новинку. Значит, с тобой рядом просто должен быть кто-то, кто позволил тебе привыкнуть к такому, и помочь выжить в процессе. А так обычно поступает учитель. По крайней мере, у нас.