Дом Аида

Риордан Рик

Боб заворчал.

– Не уверен насчет имен… Шестеро или семеро. Я чувствую их.

– Шестеро или семеро? – Аннабет засомневалась, удастся ли мясу остаться в желудке. – А они могут чувствовать тебя?

– Не знаю, – Боб улыбнулся. – Боб другой! Но они могут чуять полубогов, да. Вы двое пахнете очень сильно. По-хорошему сильно. Как… э-э… Как хлеб с маслом!

– Хлеб с маслом, – повторила Аннабет. – Что ж, просто здорово.

Перси вернулся к алтарю.

– А

в Тартаре можно убить титана? В смысле, раз сейчас с нами нет никакого бога, чтобы помочь?

Он посмотрел на Аннабет, как будто она точно знала ответ.

– Перси, я не знаю. Путешествовать по Тартару, сражаться здесь с монстрами… никто еще этого не делал. Может, Боб поможет нам убить гиганта? Вдруг титан зачтется за бога? Честно, я просто не знаю.

– Ладно, – вздохнул Перси. – Понял.

Аннабет ясно видела тревогу в его глазах. Многие годы он полагался на ее ответы. А теперь, когда он нуждался в ней больше всего, она ничем не могла помочь. Девушка ненавидела себя за неведение, но никакие знания, почерпнутые в лагере, не смогли подготовить ее к Тартару. Но в одном она была уверена: им нужно было идти дальше. Нельзя допустить, чтобы их схватили шестеро или семеро враждебно настроенных бессмертных.

Она поднялась, все еще немного сбитая с толку из-за кошмаров. Боб занялся уборкой, собрал весь мусор в кучку и протер алтарь, воспользовавшись своей пшикалкой.

– Куда теперь? – спросила Аннабет.

Перси указал на грозовую стену тьмы.

– Боб говорит, туда. Судя по всему, Врата смерти…

– Ты все ему рассказал?! – Аннабет не собиралась повышать голос, но Перси тем не менее удивленно моргнул.

– Когда ты спала, – признался он. – Аннабет, Боб может помочь. Нам нужен проводник.

– Боб помогает! – согласился Боб. – В Темных Землях. Врата смерти… хм, идти к ним напрямик будет нехорошо. Слишком много монстров вокруг них. Даже Бобу не смести столько. Они в две секунды убьют Перси и Аннабет, – титан нахмурился. – Я думаю, что в секунды. Сложно оценить время в Тартаре.

– Ясно, – буркнула Аннабет. – Значит, есть другой путь?

– Скрываясь, – ответил Боб. – Смертельный Туман может скрыть вас.

– Ага… – Аннабет вдруг ощутила себя крошкой в тени титана. – А что такое «Смертельный Туман»?

– Опасная штука, – ответил Боб. – Но если госпожа одарит вас Смертельным Туманом, он скроет вас. Если только вам удастся избежать Ночи. Госпожа очень близко от нее. Это плохо.

– Госпожа, – повторил Перси.

– Да, – Боб ткнул пальцем в чернильную тьму над ними. – Пора идти.

Перси посмотрел на Аннабет, явно ожидая совета, но у нее не было ни одного. Девушка думала о своем кошмаре – расколотое молнией дерево Талии, поднимающаяся из земли Гея, направившая своих

монстров на Лагерь полукровок…

– Ну ладно, – подытожил Перси. – Думаю, стоит отправиться к этой госпоже и выпросить у нее немного Смертельного Тумана.

– Постой, – сказала Аннабет.

В голове гудело. Она подумала об увиденных во сне Луке и Талии. Ей вспомнились истории, которые Лука рассказывал о своем отце, Гермесе – покровителе путников, проводнике душ умерших, боге красноречия.

Она уставилась на черный алтарь.

– Аннабет? – В голосе Перси звучала неуверенность.

Девушка подошла к куче мусора и вытащила оттуда самую чистую салфетку.

В памяти мелькнул образ Рейны, стоящей в дымящейся расщелине у уничтоженной сосны Талии и говорящей голосом Афины.

«Я должна стоять здесь. А римлянин должен привезти меня».

«Скорее. Сообщение должно быть доставлено».

– Боб, – начала Аннабет, – сгоревшие в мире смертных подношения появляются на этом алтаре, так?

Боб как-то неуютно поморщился, будто не был готов к опросу.

– Да?..

– А что будет, если я сожгу что-нибудь на алтаре здесь?

– Э-э…

– Ничего страшного, – сказал Аннабет, – если ты не знаешь. Никто не знает, так как никто еще этого не делал.

Но все же это был шанс, совсем крошечный, но шанс на то, что подношение, сожженное на этом алтаре, могло появиться в Лагере полукровок.

Сомнительно, но если это сработает…

– Аннабет? – повторил Перси. – Ты что-то замышляешь. У тебя на лице написано «у меня есть план!».

– Ничего у меня на лице не написано.

– О, еще как, вот такими буквами! Брови нахмурены, губы сжаты, а…

– У тебя есть ручка? – перебила она его.

– Ты издеваешься, да? – он поднял Анаклузмос.

– Да, но им можно писать?

– Я… Я не знаю, – запнулся он. – Никогда не пробовал.

Он снял колпачок. Ручка, как и всегда, тут же превратилась в меч. Аннабет наблюдала это не одну сотню раз. Обычно во время боя Перси просто отбрасывал колпачок, который позже, стоило возникнуть такой необходимости, сам собой появлялся в его кармане. А стоило коснуться им кончика клинка, как меч опять становился обычной шариковой ручкой.

– А если коснуться колпачком противоположного конца меча? – предложила Аннабет. – Как если ты надеваешь колпачок на другой конец ручки, когда собираешься ею писать?

– М-м… – Перси явно не был уверен в этой затее, но все же коснулся колпачком рукояти меча. Анаклузмос обратился ручкой, но теперь пишущий конец оказался открыт.

– Можно? – Аннабет забрала у него ручку, расправила на алтаре салфетку и начала писать. Чернила Анаклузмоса поблескивали, как небесная бронза.

– Что ты делаешь? – спросил Перси.