Доля шутки
Шрифт:
На Привозе.
— Что это у вас за яблоки? Почему они такие разные?
— А почему ты красавица, а я нет?!
— Извини, я забыла. Видимо, склероз…
— У тебя склероз?! Но ты так молодо выглядишь!
— Ну должно же быть у женщины хоть что-нибудь соответствующее возрасту. А склероз — это внешне не так заметно…
Жена — о знакомой,
— Ты знаешь, глупость все-таки страшная сила. Еще более страшная, чем красота…
Кушать — подано, выпить — поддано…
— Не кажется ли тебе, что пахнет хлоркой?
— Да, я почувствовала.
— Ну у тебя и нюх! Я, например, просто догадалась…
Знакомый купил своему пятилетнему сыну ежика.
— Папа, а как с ним играть?
— Как хочешь, так и играй.
— Как хочешь — жалко…
Пример логического рассуждения моей жены:
— Человек по природе своей эгоист. Отсюда вывод: чтобы позволить себе быть эгоистом, нужно сначала все-таки быть человеком.
Вопрос: можно ли, имея темное прошлое, оставить по себе светлую память?
Доцент Лопатин преподавал у нас строительную механику. Был также известен тем, что ходил на бега. Когда на лекции он видел кого-нибудь из студентов в пальто, то всегда говорил:
— Ну что, рассупониваться будем?
Как-то одна студентка в ответ на это:
— А-а, я знаю, рассупониваться — это значит раздеваться…
На что любитель лошадей, не моргнув глазом:
— А вам чуть что — сразу раздеваться!
Америка. Кливленд. Спортивный клуб в еврейском центре. Из окон клуба — вид на еврейское кладбище.
— И запомни: цель оправдывает средства.
— Да брось ты! Были бы средства. А цель мы всегда оправдаем!..
— Он, между прочим, хороший юрист.
— Хороший юрист — это еще не профессия!
Как-то в одесском Доме актера проходил вечер одного известного московского режиссера и драматурга. Гость долго и интересно рассказывал о столичной театральной жизни, читал стихи. А в конце стал петь. И пел много. Зрители дружно хлопали и подпевали. Как на хорошем эстрадном концерте…
В зале случайно присутствовал снимавшийся в это время
— Зиновий Ефимович, ну как вам?
Он тут же:
— Мне понравилось. Люди, у которых вкус похуже, вообще в восторге…
Конец девяностых. По телевизору идет передача «Пресс-клуб». Сидят известные журналисты, ведущие популярных программ. Речь заходит, в частности, о рейтинге передач. Как всегда, активен и самоуверен Ярмольник. Скучновато-назидателен вне своей ситуации Якубович. Ведущий говорит:
— А почему молчит Дима Крылов?
Крылов:
— Ну что сказать? У меня из всех присутствующих здесь самый маленький… Этот… Ну, я имею в виду рейтинг…
— О, вы такой известный человек!.. А как ваша фамилия?
Помню, в брежневские времена исполнилось десять лет театру Московского университета «Наш дом». Из Одессы от друзей (Сеня Лившин) пришла телеграмма, которая начиналась так: «Десять лет — это большой срок, даже если провести его на свободе…».
В переполненном автобусе.
— Женщина! Не нахальничайте задом!
Дедушка приятеля:
— В своем доме — и я не прав?!
Одесса. Пляж на 12-й станции Фонтана. Утро. Народу еще немного.
По берегу, закатав брюки, идет мужчина с тяжелой матерчатой сумкой.
— Горячая кукуруза! Горячая кукуруза!
Навстречу с такой же сумкой женщина:
— Горячая кукуруза! Горячая кукуруза!
Сходятся, здороваются. Мужчина говорит:
— У вас горячая кукуруза?
Женщина:
— Горячая.
— А у меня — очень горячая!
Расходятся.
— Горячая кукуруза! Горячая кукуруза!..
— Какая милая девушка! Уж на что со мной не о чем разговаривать, и то нашла о чем поговорить…
— Нет, все-таки раньше было лучше. Вот в советские времена, например, мы слушали «Голос Америки»…
Жена меняла десять долларов в обменном пункте. Кассирша говорит:
— А что это у вас за купюра? Какая-то она не такая.
— А я, между прочим, у вас ее на сдачу и получила.