Долг

Бартол Эми А.

— Эви, — как молитву произнося мое имя, сильнее притягивая меня к себе.

Он опускается на подушки, позволяя моей голове покоится на его плече.

— Я не хочу закрывать глаза, — признаюсь я, прижимаясь к Риду, стараясь не допустить того, чтобы тепло его тела усыпило меня.

— Тшш, мой ангел, я с тобой, — шепчет он, говоря со мной на ангельском и нежно поглаживая меня по волосам, усыпляя меня своим мягким, ласковым голосом.

Когда я просыпаюсь, мои глаза привыкают к кромешной темноте комнаты. Лежа на животе, я прикасаюсь к шее и растираю ее,

потому что, проведя час сна в одном положении, она затекла. Когда я сажусь на кровати простыня скользит вниз, и я понимаю, что на мне больше нет той одежды, в которую я была одета. На мне свободная белая футбола, которая наверняка принадлежит Риду, потому что на ней его запах.

Оглядываюсь вокруг, очень тихо. Единственный звук — это вода, плещущаяся о берег. Я поднимаюсь с кровати и осторожно двигаюсь по коридору. В маленькой кухне бунгало мягко мерцает свет, но там пусто. Через меня проходит дрожь, потому что здесь в одиночестве я чувствую себя очень странно. В течении нескольких месяцев меня окружали телохранители и ребята. Даже в своей комнате в поместье Бреннуса, я никогда не была одинока.

Что-то не так, — думаю я, тихо продвигаясь к передней части виллы. Передние двери широко открыты, что позволяет мне про сканировать пляж на наличие угроз. Я ничего не нашла, но нашла Рида, в одиночестве находящегося у воды. Лежа на спине, со скрещенными за головой руками, и смотрящий на звезды, он выглядел как обычный человек.

Я улыбаюсь, глядя на его сексуальное тело, прикрытое с свободной футболкой и шортами. Бесшумно двигаюсь нему, и, когда приближаюсь, он не издает не звука. Опускаюсь на четвереньки и проползаю последние несколько футов, заслоняю его обзор и накрываю его губы своими. Чувствую, как он на мгновение напрягается, а затем расслабляется и страстно меня целует.

В следующее мгновение, я оказываюсь на спине, глядя в глаза Рида, пылающие такой страстью, которую я не видела несколько месяцев.

— Привет, — выдыхаю я, видя хищный блеск его глаз, когда он оглядывает мое тело, одетое в футболку, а потом смело опускает взгляд к моим бедрам.

— Ты проснулась, — мне в шею говорит он, а затем утыкается в ухо.

В следующее мгновение я слышу звук разрываемой ткани, и мои крылья вырываются наружу, я шокировано округляю глаза, понимая, что, если сделаю хоть малейшие движение, останусь совершенно голой. Мои крылья распростерлись подо мной, словно у них есть собственный разум.

Рид отрывает от меня взгляд, и наблюдает за тем, как мои крылья перемещаются и растягиваются. В следующее мгновение, словно в ответ на мои действия, его крылья тоже элегантно разворачиваются, закрывая ночное небо.

— Мои крылья только что что-то сказали тебе, не так ли? — спрашиваю я, видя его довольное выражение лица.

— Да, — с восторгом глядя на меня, отвечает Рид.

— Что они сказали? — спрашиваю я и немного краснею, понимая, что это будет немного неловко.

— Ты считаешь меня сексуальным, — говорит он, и совершенно очевидно, что он наслаждается каждой секундой этого.

— Это все? — спрашиваю

я, чувствуя, как краснею еще больше, в то время как он качает медленно качает головой, а в его глазах появляется знойный огонь.

Его взгляд медленно скользит по моему телу, от чего румянцем покрываются не только мои щеки, но и я вся.

— Так же они говорят: «Я буду сражаться с каждым, кто попробует разлучить меня с тобой», — выдыхает он, его палец обводит ворот моей футболки.

— Ооо, — выдыхаю я, когда палец Рида движется за порванную футболку и следует чуть ниже моего сердца.

— Это оно? — спрашиваю я.

— Не совсем, — улыбается он, водя пальцам по изображению его крыльев под моим сердцем.

— Это что-то большее? — удаляюсь я, завороженная его ласковым выражением лица.

— Ага, — бормочет он, прижимая губы к изображению над моим сердцем, целуя символ нашего союза.

Мои крылья немного отвечают на его прикосновения.

— Сегодня они чересчур болтливые, — шепчу я, закусывая губу и млея от его низкого смеха.

— Ага, — кивая соглашается он, и снова смотрит в мои глаза. — А еще они очень ревнивы, потому что они сказали мне что я принадлежу им. Они говорят, «мой».

— Ну, они очень умные, ты видишь? — улыбаясь ему в ответ, отвечаю я, чувствуя его удовлетворение.

— Они… блестящие, — отвечает он, опуская голову и страстно меня целуя.

Когда его губы скользят по моей шее, я спрашиваю:

— Что же сейчас ответили твои крылья?

— Они говорят: «Я люблю тебя, Эви. Только тебя… Только тебя», — мягко отвечает он.

— Они сказали это? — спрашиваю я, чувствуя себя в этот момент очень счастливой, чувствуя, как по моему телу разливается тепло.

— Да, — с теплой улыбкой отвечает он, в его голосе проскальзывает толика юмора на мои слова.

— Мне тоже придется выучить их язык, — отвечаю я, в то время как моя футболка соскальзывает еще немного.

— Я тоже люблю тебя, Рид, — хмурясь, шепчу я. — Я хочу…, - шепчу я, прослеживая как его щетина царапает мою чувственную кожу.

Выдыхаю, смотря на его лицо наблюдая за тем, как он целует меня.

— Ты хочешь? — шепчет он, в то время как его руки опускаются на мое тело.

— Я хочу, чтобы они говорили другие слова… «Я люблю тебя так сильно, что это даже не нормально, чтобы описать то, что я чувствую к тебе, — шепчу я.

Рид мгновенно поднимает меня с песка и прижимает меня к своей груди. Со мной на руках он начинает идти в сторону бунгало.

— Тогда покажи мне, Эви, — рядом с моим ухом произносит Рид, и я обвиваю руки вокруг его шеи, от чего моя футболка спадает и остается на пляже.

Глава 25

Больше чем Персефона

Thwick… thwick… меня пробуждает от кошмара звук удара клюшки для гольфа о мяч. Я медленно поворачиваюсь в кровати, смотря на медленно вращающийся потолочный вентилятор и чувствуя себя дезориентированной. Чувственные губы касаются изгиба моего плеча, заставляя меня повернуться в ту сторону.