Доиграешься, девочка!
Шрифт:
— Это ненормально! — свою любимую фразу мама постоянно повторяла. — Любая нормальная женщина хочет детей!
В этом плане я был с ней согласен, но… ничего поделать не мог.
Правда, сегодняшний приезд мамы я спровоцировал сам. Когда ляпнул невзначай, лишь бы она отстала от меня:
— Мы разводимся!
— Точно? — это единственное, что интересовало маму.
— Сто процентов, — я не вдавался в подробности, так как был безумно занят, но мама сделала свои выводы.
— Глеб, у тебя появилась другая женщина? — поинтересовалась
— Угу.
Адресовалось оно начальнику отдела маркетинга, но мама воодушевилась:
— Я приеду! И даже не возражай!
Возражать я начал уже на следующий день, когда осознал всю глубину катастрофы.
— Не надо приезжать! — талдычил я в трубку, но мама стояла на своем:
— Я уже билет купила! Встречай!
— Мам, никакой женщины нет.
— Я очень хочу с ней познакомиться!
И как пробить эту стену?
Янина подвернулась как нельзя кстати. Я уверен, что маме она безумно понравится…
— Она пробудет здесь неделю, — я делаю паузу, не отводя пристального взгляда от девушки. — Подыграй, что ты от меня без ума. И мы с тобой живем вместе.
— Что?!
— Она на дух не переносит Аллу.
— Ты уже говорил.
— И не осудит, что я еще даже не успел развестись, а уже нашел себе другую девушку.
— Это катастрофа!
— Яночка, пожалуйста! — я изображаю вселенскую печаль в глазах, в глубине души надеясь, что играю профессионально. И малышка все-таки малышка поведется. Не оставит меня в беде — Иначе она мне мозг вынесет, знакомя с дочерьми своих многочисленных знакомых. Я из дома сбегу! А у мамы будет инфаркт. Всего неделя!
— А потом?
— Она улетит назад в свою Испанию, где я ей дом купил.
Пауза затягивается, но я молчу. Пусть подумает. И примет решение. Конечно, надо было еще вчера девушку предупредить, но…
Не получилось.
Я уверен, что у Янины получится лучше всего сыграть роль моей возлюбленной. Мама сто процентов поверит. Ну, зачем расстраивать пожилого человека своими проблемами?
Малышка Громко вздыхает, закрывает глаза и… кивает
— Открывай…
Я готов ее расцеловать. Прямо здесь. И прямо сейчас. И не сдерживаюсь — обнимаю девушку, прижимая к себе.
И… очередной звонок в дверь.
— Черт! — я уже быстрым шагом направляюсь к двери, как слышу за спиной:
— Глеб, оденься!
— Точно! — быстро возвращаюсь назад, но тут же вспоминаю.
Моя одежда на втором этаже.
— Милая, — я резко останавливаюсь посреди комнаты. — Открой сама.
— Я тебя убью, — печально вздыхает девушка, мотает головой из стороны в сторону, но идет открывать дверь.
Так, наверное, даже лучше — Янине мама точно ничего не скажет, а я сейчас попаду под раздачу.
Кстати, а почему она так рано прилетела?
Вроде ж должна вечером…
Что-то здесь точно нечисто. Но это нестрашно, с этим разберемся. Потом.
А сейчас
Глава 20
— Я тебя убью, — печально вздыхаю, мотаю головой из стороны в сторону, прогоняя все-таки это дикое желание чем-нибудь треснуть Глеба, и направляюсь к входной двери.
Вот же… Приличных слов, увы, подобрать не могу, чтобы описать мое нынешнее состояние, а самое главное — охарактеризовать Глеба одним, но очень емким словом.
Негодяй! Нет, не то. Слишком уж мягко для этого…
Аферист! Это уже ближе к делу.
Подлец! Почти как комплимент.
Зато на языке так и вертится что-то неприличное. Теперь, главное, не сорваться. И не ляпнуть ничего лишнего в присутствии его мамы.
«Подыграй, что ты от меня без ума!»
Вот это я влипла, так влипла.
«И мы с тобой живем вместе…»
Тут даже комментировать боюсь. Я-то надеялась, что сбегу незаметно. Пока Глеб будет маму отвлекать. Но с этим «подыграй» мой спутник выбил меня немного из колеи. Еще и глаза такие жалостливые сделал, что я…
Нет, не растаяла, просто поставила себя на его место.
«Иначе она мне мозг вынесет, знакомя с дочерьми своих многочисленных знакомых!»
Как это знакомо! Особенно, когда внуками тебя достают без конца и края. Тут даже мои аргументы канули в небытие, и я промолчала, не зная, как правильно этот факт прокомментировать.
«Я из дома сбегу!»
А вот этот этап мы уже прошли. Сбежала. И ни капли не жалею.
«А у мамы будет инфаркт!»
У моего папашки была истерика. Вопли, крики, угрозы. Вплоть о лишения меня наследства. Но папочка мой — стойкий оловянный солдаик, через неделю остыл, хоть и продолжает мне мозг со своими женихами выносить по сей день, а тут пожилая женщина. Мало ли, вдруг сердце слабое? А Глеб…
В общем, согласилась я исключительно из женской солидарности, чтобы маму не расстраивать.
«Всего неделя!»
Тут уж он палку перегнул. Максимум — завтрак. Так и быть, изображу огромную любовь к этому негодяю.
А дальше пусть разруливает сам. Скажет, что мы поссорились, и он дико страдает, поэтому ему никто не нужен в данный момент. Мама посочувствует, назовет меня парочкой словечек, нелицеприятных для женских ушей, и отстанет от сыночка.
А через неделю свалит.
Идеальный план!
— Почему так… — женщина запинается, при виде меня. Даже лицо начинает округляться постепенно, переходя из состояния злобного в удивленно-ошарашенное.
— Здрасьте, — я киваю в подтверждение своих слов и улыбаюсь.
— Доброе утро! — серьезным тоном произносит женщина. — Вы кто?
— Я… — как-то все мысли разом испаряются из головы, и я не нахожусь с быстрым ответом.
— Невеста моя, — слышу за спиной мужской голос, и выдыхаю.
Спаситель, будь он не ладен. Слава Богу, хоть вовремя появился.