Дни мародёров
Шрифт:
— Ты чего, Хвост? — зашипел он, когда Макгонагалл отошла к слизеринцам.
— Ничего, — проворчал Питер. — Я не могу... когда все смотрят... — он нервно оглянулся.
— Ты же не в сортире, Хвост, — лениво проговорил Сириус, сжимая и разжимая мохнатый кулак. — Смотри, это просто, — он навел палочку на свою руку — шерсть медленно осыпалась, пальцы удлинились, когти втянулись — и вот, его рука стала прежней. Ещё один взмах — и снова пальцы стянулись, а когти, наоборот, вытянулись и всё это захлестнула шерсть.
—
Их одноклассники захлопали, даже близнецы. Сириус польщено улыбнулся, Питер наоборот, насупился и смотрел на его руку так, словно мечтал её оторвать.
— Выпендрился? — спокойно поинтересовался Джеймс, когда все снова занялись чарами.
Сириус перестал улыбаться.
— Да, именно так.
Джеймс покивал.
— Хороший мальчик**. Напомни, чтобы я купил тебе собачьих галетов в Хогсмиде. Потому что в качестве собаки ты нравишься мне гораздо больше.
— Понимаю, мой рогатый друг, — и Сириус похлопал его когтистой лапой по плечу. — Я тоже себе нравлюсь.
— Иди нахер, — рассеяно отозвался Джеймс, дернув плечом и быстро завертел копытом, так, что его рисунок ожил и можно было подумать, что чернильный снитч летит по чернильным облакам.
По замку прокатился гул колокола.
Класс зашумел, принялся отодвигать скамьи, как всегда образовал у двери пробку и высосался в коридор.
Как Джеймс ни старался выйти последним, на выходе столкнулся именно с Лили и когда она выходила, его лицо случайно щекотнул её локон.
Что-то внутри дрогнуло, но Джеймс поспешно прокрутил в голове свой сон и то, что дрогнуло, немедленно скончалось в муках.
Бродягу зачем-то зацепила Макгонагалл и они дожидались его в коридоре.
Джеймс запрыгнул на подоконник и попытался краем мантии счистить с уже человеческой руки чернильные пятна, а мимо прошли близнецы со своим новеньким приемником и за ними шлейфом протянулась песенка Джерри Льюиса «Забирай её».
Какая жестокая ирония.
Дверь кабинета хлопнула и в коридор вышел помрачневший Бродяга.
— Ну, чего она от тебя хотела?
— Ребёнка, — мрачно отозвался Сириус и потер шею, но зашипел от боли и раздраженно превратил свою лапу в руку.
— А серьезно?
— Серьезно. Дежурная проверка: не собираюсь ли я наложить на себя лапы от счастья. Спрашивала, как себя чувствует Блэйк и мой будущий ребёнок. Спрашивала, почему их обоих нет на уроках. Чёрт возьми, — Сириус потрогал шею. — Кровь.
После трансфигурации они отправились на обед, но Ремус не объявился и там.
К тому моменту, как они спустилисьв подземелье, у кабинета зельеварения уже толпился весь класс, но Лунатика не было и там. Джеймс даже начал волноваться — мало ли, что там взбрело бедному влюбленному после такой оплеухи, какую отвесила
— Джеймс! Эй, Джеймс!
— Тревога, Сохатый, — пробормотал Сириус и первым обернулся. — Мэри! Привет, дорогая! Я уже соскучился, где же ты была?
— Угу, привет, — присовокупил Джеймс, нехотя поворачиваясь к девушке.
Он видел, что Мэри просто распирает от желания поговорить о вчерашнем, на самом деле он ждал этого разговора и боялся его, но от необходимости посыпать голову пеплом его спас Бродяга:
— Ну так что, Мэри? Как проходит ваша женская практика в Крыле? Вы там не скучаете без нас?
— Всё...в порядке... — слегка растерялась Мэри, посмотрела на Джеймса и вдохнула, чтобы задать страшный вопрос, но Сириус не отставал.
— Это правда, что вы сейчас занимаетесь осмотром учеников? Мне бы хотелось попасть в ваши руки... — он как бы невзначай взял обе её ладони и поцеловал одну из них. — ... ох, эти нежные руки. С удовольствием провел бы в них пару дней. Как это можно устроить?
Она озадаченно посмотрела на него, осторожно отняла руки, но все равно выдавила из себя улыбку.
— Я...не знаю. Попробуй съесть яйца докси или сломать ногу. Джеймс, мы можем поговорить?
Джеймс сделал вид, что всецело поглощен гонкой двух капель по стене. Какая же придет первой, какая, какая, какая...
Сириус кашлянул.
— А? — он картинно вздрогнул и повернулся к Мэри. — А, поговорить? Да, м-м...конечно. Почему бы и нет? Я люблю... поговорить.
Она взяла его за руку (?!) и повела в сторону от класса. Джеймс на ходу обернулся на Сириуса. Тот беспомощно пожал плечам, улыбнулся и помахал ему так, словно он был тонущем кораблем.
Как назло, она привела его на боковую лестницу, ведущую, как он знал, в комнаты Слизерина. Там их никто не мог заметить, может поэтому лестница и была любимым убежищем всех школьных парочек...
Мэри вдруг круто развернулась и Джеймс едва успел остановиться, чтобы не врезаться в неё.
— Джеймс, я хотела спросить у тебя, может пойдем в Хогсмид на выходных? — с ходу спросила она.
Джеймс уставился на неё.
— В Хогсмид. — тупо повторил он.
— Ну да, вместе, — жизнерадостно кивнула она. — Погуляем... посмотрим там... что-нибудь.
Джеймс шумно вздохнул и взъерошил волосы, исподлобья поглядывая на светящуюся надеждой Мэри. Вроде бы симпатичная, славная девчонка, играет в квиддич, влюблена в него всю жизнь,а ничего не загорается у него внутри и ничего он не чувствует... кроме жалости.
— Может в другой раз? — тоскливо спросил он.
— В следующие выходные?
— Нет, Мэри. В другой раз.
Пару секунд она недоуменно хлопала ресницами, как вдруг в карих глазах мелькнуло понимание и её плечи медленно опустились.