Дни искупления
Шрифт:
Но сейчас почему-то Лорену хотелось курить, причем лежа в кровати, держа жену за руку, и при этом размышляя вслух о мучающих его событиях. Он попытался вообразить эту сцену. Нет, к сожалению, это невозможно. Она не поймет. Или?
Тронул руку Дэбры. Холодная.
— Слушай, а не сын ли это Рэндала? — спросил Лорен.
— Я тоже об этом думала.
— Он напропалую гулял от жены, этот жеребец Рэндал.
— Все знали это.
— Но какая чертовка могла от него родить?
— Понятия не имею, ничего
— И я тоже.
Ночной разговор затих. Однажды, вспомнил Лорен, они с Рэндалом просадили все деньги в покер. В кармане завалялись лишь четыре доллара с мелочью, и Рэндал отправился в заведение Конни Дювашель потрахаться на эти деньги с какой-нибудь шлюхой. Неважно, с кем и как, просто ему захотелось потрахаться.
— Вряд ли это сын Рэндала. Парнишка слишком молод.
Вслух ли он произнес это? Или только подумал? Лорена охватила паника. Он в своей собственной спальне, рядом со своей собственной женой, так в чем же дело? Неужели его так беспокоит мысль, что Убитый — и есть настоящий Рэндал?
Нет, такие слова Лорен не мог произнести вслух. Даже здесь, даже своей жене. Ведь это означало бы, что он сдает.
Дэбра молчала. Сразу же отлегло от сердца.
Завтра он всех их прижмет как следует.
В понедельник во время утренней службы Робертс снова появился на Западной площади, пошатываясь от виски, оскверняя святую церковь своим присутствием.
— Чудеса случаются каждый день! — крикнул он пьяным голосом, завидев Лорена.
Лорен промолчал.
Церковь заполнилась всего на две трети. Соответственно, и проповедь была посвящена лени. Лень, внушал пастор, большой грех, из-за этого люди не выполняют свои обязанности перед Богом и ближними. Лорен в душе согласился. Действительно, как ни крути, а лень следует признать тяжким грехом. По правде говоря, Лорен и без проповеди знал, как ему жить. Его обязанность — быть карающим мечом Господа. Он отвез семью домой, переоделся и отправился на службу.
Элой сидел на своем месте у пульта. Бодро вбежав в здание, Лорен поприветствовал подчиненного.
— Здорово, шеф! — ответил тот. — Уборщицы интересовались, можно ли смыть кровь с пола.
— Пусть смывают. — Лорен даже не взглянул на бурые пятна крови.
— Босс, почитай сводки новостей. — Элой протянул открытую папку с вырезкой из утренней газеты Альбукерка.
Заголовок гласил: «Наркотики у начальника полиции». Тут же фотография с пресс-конференции: Лорен в каске и бронежилете держит конфискованный МАК-11.
— Неужто это я? — удивился Лорен.
— Я сделал кучу копий. Бери, — довольно улыбнулся Элой. — Заголовок тебе не кажется странным?
— Ничего, нормальный заголовок.
— Можно ведь подумать, — рассмеялся Элой, — что ты начал принимать наркотики.
Только
— Что за ослы окопались в этой паршивой газетенке!
Элой загоготал.
— Я сейчас же позвоню и выскажу им все, что о них думаю! — разошелся Лорен.
— Они часто так развлекаются.
— Ну и хрен с ними, — повеселел Лорен. — Сами найдем подходящих людей для правдивого рассказа о нашей работе. Порядочных людей, а не этих зубоскалов.
— Верно, Лорен. Так и надо сделать.
Вошел Салмон Тафой, начальник полиции резервации апачей. Коротко подстриженный, мускулистый, с могучей грудью. Военная выправка, черная форма, сверкающая серебром, как у гитлеровских эсэсовцев. Явно не из тех кротких индейцев, которых так любили старинные английские эмигранты. Настоящий воин-апач, хваткий, жесткий, при необходимости безжалостный.
Лорен пожал его сильную, хорошо натренированную руку.
— Зачем пожаловал к нам, Сал?
— Я в командировке. Ищу сукина сына Джорджа Джилено.
— Что он натворил?
— Он сукин сын, — объяснил Салмон без тени юмора.
— Выпьешь с нами кофе?
— Спасибо, Лорен, но мне надо побыстрее найти его и вернуться в резервацию.
— Послушай, вчера я видел нескольких молодых апачей у площади. Ими руководил старший, что-то им рассказывал.
— Это одна из церемоний обряда инициации для юношей. Они обходят все водные источники на их территории.
— Какие еще источники на площади? — удивился Лорен.
— Сотни лет тому назад там находился родник.
— Вот оно что. Теперь понятно, почему в подвалах административного здания всегда сыро.
— Теперь в этих местах мало воды, — Салмон холодно улыбнулся. — Приезжают сюда всякие, строят где попало. Лучше спросили бы у коренных жителей, живущих здесь издревле.
— Да, намучились тут с мокрыми подвалами.
Они снова пожали друг другу руки и распрощались. Лорена тоже ждали дела: наркотики, труп, еще этот двусмысленным опус газетчиков. Он позвонил в отдел медицинской экспертизы Альбукерке. Вскрытие еще не завершилось, оттуда обещали позвонить, как только появятся результаты.
После некоторого размышления Лорен позвонил старому товарищу по рыбалке. Ларри работал на электростанции фирмы «Братья Рига». В этот раз вместо рыбы Лорену предстояло выловить кое-какие факты. Ларри, порывшись в журнале, сообщил, что ЛВТ заказывала электроэнергию на пятницу на десять часов тридцать минут утра, но потреблять начала только в шесть минут первого. До трех часов ночи ЛВТ израсходовала огромное количество электроэнергии и собиралась возобновить работу утром в десять тридцать. Однако затем из ЛВТ сообщили по телефону, что отложат до полудня, а позже и вовсе отказались.