Дневник, 2006 год
Шрифт:
После спектакля обмывали премьеру. Был и еще один праздник — двенадцатый ЕЕ день рождения. Еще один год. И я все в той же столовой на 6-м этаже. Столы стоят «покоем»; кажется, и меню не поменялось с прошлого года. Огромное блюдо с холодцом (с него, с холодца Татьяна Васильевна и начнет), большие куски фа ршированного и запеченного мяса с картошкой на подносе. Как правило, все пьют водку, хотя есть кто и не пьет. И люди все те же. Андрей Чупченко, игравший в Белугине главную роль, стал заслуженным артистом. Похоже, они с женой (тоже актриса) ожидают второго ребенка. Максим ….лауреатом премии имени Виктора Розова. Любимицы Дорониной — Мардасова и Любовь Стриженова. Я начинаю привыкать к актерам этого театра. Вот так: один театр, одна газета, одна
Когда мы с Авдеевым по бесконечным коридорам из фойе шли на шестой этаж, то где-то краем глаза увидели, как после всех улыбок, поклонов и горы цветов Доронина «разбирала полеты» с актерами, участвовавшими в спектакле. Стоял львиный рык. Уже никакой благостности. Это было сильно, как кусок страсти. Любите ли вы театр? Нас как ветром сдуло
Как обычно, к премьере Татьяна Васильевна дарит всем маленькие подарки. На этот раз она привезла с юбилея Малого театра памятные книги, блюдо, еще целый ворох милых сувениров. Вот так и надо жить! Я тоже соберу как-нибудь дома побольше мелочей, которые так милы в молодости и так мало стоят в зрелые годы и все их раздарю ученикам. Выпускники Щепки, училища Малого театра получают сувениры «по праву». Каждый будет потом вспоминать те особые слова, которые при этом сказала Доронина. И последнее: я получил самое лестное в моей жизни предложение: стать помощником худрука МХАТа имени Горького. Как у Табакова Смеляский. Место классика. Отсюда только на Ваганьковское. Нужен ли я ей или нет, не знаю? Но единственная, — конкретно позаботилась. «Мы вам положим что-нибудь 25 тысяч рублей».
16–17 сентября, суббота, воскресенье. Последняя неделя прошла под знаком скандалов и трагических происшествий. Главное из них, наиболее страшное, это арест 15 депутатов во главе со спикером в Тверской области — коррупция: тарифы, аренды, отвод участков под строительство. Все остальное — даже лишение депутатов мигалок и «флажковых номеров» на автомашины — по сравнению с этим мелочь. К убийствам, поджогам, кровавым разборкам мы уже привыкли. В Красногорске под Москвой, взорвалась станция перекачки канализационных вод, нарушен и водозабор: питьевую воду в городе выдают три раза в день по часу; еле-еле удалось предотвратить спуск фекальных вод в Москву-реку. Убили в Сокольниках первого заместителя министра финансов Андрея Козлова, который курировал частные банки и многие из них позакрывал. В связи с этим пресса испугалась и кое-что разъяснила, а именно, что через эти маленькие коммерческие банки отмываются миллиардные деньги — огромные. Федеральных министров еще пока не убивали.
В Обнинск собирался медленно, заезжал в «Перекресток» и в хозяйственные магазины. В воскресенье вечером был день больших заготовок: засолил целую банку собственной петрушки и сделал две трехлитровых банки перетертых с собственным чесноком помидоров. Завтра займусь яблоками, которых с дачи привез три сумки. Время провел замечательно! Витя, который уехал на электричке еще вечером в пятницу, выкачал из подвала воду и натопил баню. Значит, в субботу баня, а перед тем занимался дневником, собрал остатки огурцов, пожег ботву, проверил, как покрасили сетку на заборе. Читал работу Артема Сухонина «Рассказ о Боге Тьмы». С этой работой Артем поступал в институт, и брать мне его не очень хотелось. Это фентэзи, так мне ненавистное. Парень учится платно. Довольно тщательно, с карандашом в руках занялся только стилистикой. О содержании спорить не буду, объявлю декоративно.
18 сентября, понедельник. Ездил в Олма-пресс вместе с Галиной Степановной. Мне передали мою огромную рукопись после сверки, с большим количеством карандашных пометок — все связаны с политикой, с возможностью кого-то подать на меня в суд, устроить скандал. Судя по всему, читал, кроме рецензентов, юрисконсульт.
В тот же день часов шесть просидел, считывая отмеченные места. Просмотрел 500 из 850 страниц. Кое-что поправил, самые резкие выражения смягчил. На Московскую книжную ярмарку, как планировалось, книга опоздала, но, тем не менее, как я благодарен издательству за эту вовсе не коммерческую работу. Значит, это кому-нибудь нужно. Естественно, главный мотор здесь Г.С. Кострова. Все мои дневники могли вообще утонуть, и моя жизнь тогда покатилась бы в другую сторону. Дневники меня захватили ужасно. Возможно, как более легкий вид, по сравнению с романистикой, работы.
На обратном пути из издательства, заезжал в институт. Взял к завтрашнему обсуждению работу Пети Аксенова. В институте меня ожидала книжка с повестью дипломной работы Андрея Коротеева «Пришлые люди». Взрослые ученики дают о себе знать: в тот же день позвонила Лена Нестерина — она написала роман, хочет, чтобы я его прочел.
Довольно любопытный разговор с Б.Н.Тарасовым. Я ответил на вопрос, почему мы разошлись с Минераловым, с которым когда-то были в добрых отношениях. Высказал мысль о том, почему нашу профессуру, которая так активно ездила в начале перестройки за границу, перестали приглашать. В частности и потому, что читала она довольно скучно и не глубоко.
19 сентября, вторник. Теперь для меня вторник — центральный день недели, потому что новый курс, новые студенты и, главное, мне интересно с ними работать. Теперь это стало приносить радость, даже счастье. Я хорошо к семинару подготовился, все продумал, подобрал, как обычно делаю, несколько цитат о творчестве из мировых классиков. На этот раз это были цитаты из «Казановы» Стефана Цвейга. О последней степени выписанности смысла и об отношениях писателя и правды жизни, т. е. самой жизни. Место писателя все же за столом — жизнь изучается им опосредованно. Только жуиры живут ради того чтобы жить. Приятно, что и ребята были — согласны. Опыт, который я позаимствовал у Седых, обязательно назначать двух оппонентов, оказался плодотворным.
Обсуждали работу Пети Аксенова об «искателях», людях которые ведут поиски останков погибших в ВОВ, и рассказ Артура С……… который мне не понравился еще во время приема. Понятно, что мнения разделились. Но интересно, что некоторым студентам то, о чем пишет Петя, было не интересно, очень уж далеко, очень уж не сегодня, то другой половине все это было понято и близко. Для меня это был еще и повод поговорить о специфике житейского прочтения. Можно не принимать вещь, но смысл и профессиональные качества надо всегда замечать. Здесь же выявилось несколько талантливых критиков. Острой и точной в суждениях оказалась еще одна из девушек — Абрамова. На следующем занятии мы разбираем ее работу.
Прочли рассказ о том, как прошел первый семинар, по моему заданию его блестяще сделала Маша Котова, студентка Приставкина, которая хотела бы ходить ко мне. Разобрал также два этюда «Чего я жду от Литинститута», которым я нагрузил ребят на первом семинаре.
20 сентября, среда. День здоровья. Пришлось идти на массаж. Последний рентген так и показал: сильный остеохондроз позвоночника, массаж стоит 1000 рублей, надо 10–12 сеансов. Не уверен, что массажист хороший, но другого нет. Меня зовет в Одинцово мой ученик, Саша Карелин, который, судя по всему, не «гладильщик», но, хотя, как я знаю, он кое-кому из наших преподавательниц делает массаж, я, по своему обыкновению, завязываться на это не хочу: не стало бы себе дороже. И это не из-за каких-то подозрений, а потому что такой у меня характер.