Диверсанты из инкубатора

Нестеров Михаил Петрович

Рация Сангалло была настроена на полицейскую волну. Спецчастоту раций контрразведчиков на вилле снимала станция в микроавтобусе. Полковник с улыбкой на губах поджидал экстренного выхода в эфир, просьбы о помощи, короткие дополнения – на резиденцию совершено вооруженное нападение. Возможно, детали помогут решить дилемму: дожидаться группу Наймушина в гостинице, где спецназовцы Арно расставили сеть, или же взять преступников по дороге в гостиницу, возможно, вблизи границ виллы.

И все же он дождался того момента, когда помехи в рации заглушил голос, просивший не о помощи, но о поддержке. Сангалло

оценил эту существенную разницу. Глядя в глаза Андреа, он переключил рацию на передачу:

– Я полковник Сангалло. Служба безопасности столичного аэропорта. Направляюсь к вам с противодиверсионной командой. Мы в трех километрах от вас и в курсе событий. Держитесь. – Эти слова прозвучали как дополнение к докладу оперативника из осажденной виллы, запросившего поддержки. «Они держатся, и у меня есть время». – Кто у вас старший?

– Майор Дарио Гардиан.

– А как ваше имя?

– Гуидо.

– О’кей, Гуидо. – Полковник переключил рацию на другую волну. – Арно, собирай своих людей. Майор Гардиан на вилле просит поддержки.

Сангалло досадливо поморщился. Он не мог прямым текстом справиться о состоянии русского генерала: здоров, ранен, дышит на ладан, преставился.

Перед глазами промелькнула будто живая иллюстрация из книги: Сангалло стоит над раненым генералом и целится ему в голову из пистолета.

Из легкого замешательства его вывел насмешливый голос Андреа:

– Уезжаете уже?

Сангалло ответил после непродолжительной паузы:

– Так какой марки ваша машина? «Фиат», кажется, синего цвета. До встречи, синьорина. Скучать вам не даст ваш знакомый Ди Мартино.

Он вышел из локанды и даже зажмурился. Ему показалось, он провел в гостинице много времени, на дворе ночь, по крайней мере – поздний вечер. Но солнце только-только клонилось к закату.

Он едва не столкнулся с Арно.

– Что с вами? – с хмурым выражением лица спросил капитан.

– Мне показалось, на дворе должна быть ночь…

– Мне так вообще почудилась предрассветная полутьма.

Арно встал у распахнутой дверцы микроавтобуса и стал провожать взглядом своих бойцов; один за другим они скрывались в темном салоне. Капитан покачал головой, когда Сангалло сделал попытку обойти «Фольксваген» спереди и занять кресло водителя.

– Пройдите в салон, пожалуйста, – вежливо, но твердо попросил он. – Теперь мое место за рулем. Или садитесь за руль своего «Ниссана» и поезжайте за мной.

Сангалло повиновался. Он занял место в джипе. В очередной раз нахмурился, словно забыл что-то важное. И только когда провел рукой по соседнему сиденью, вспомнил о Ди Мартино.

Арно вывел машину из укрытия, затем на дорогу. Бросая взгляд в панорамное зеркальце на джип Сангалло, он стал отдавать инструкции подчиненным.

Михей машинально нажал на клавишу, включая габаритные огни. Наступила та неясная пора, когда с огнями или без огней на дороге некомфортно, а если еще и дождь, то даже в сухом салоне пробирает дрожь.

Едва он выехал на дорогу, в семидесяти метрах справа увидел микроавтобус с темными, будто смоляными стеклами.

В семидесяти… А начало спуска к шоссе лежало восьмьюдесятью метрами выше.

Михей зажмурился, когда фары «Фольксвагена» брызнули

ярким предостерегающим светом. Вместе со звуковым сигналом за радиаторной решеткой пробежала светящаяся цепочка, предостерегающая от необдуманного решения. Михей впервые ощутил пропасть под ногами. Ехать направо – попадешь под огонь, налево – отыграешь пару мгновений, но результат получится тот же. Уже сейчас, когда микроавтобус начал снижать скорость, а десант был готов блокировать дорогу, Михей принял единственно верное решение. Не оборачиваясь, не глядя в панорамное зеркало, он по памяти на высокой скорости загнал машину обратно в каменный мешок.

2

Арно приготовился притормозить. Его негромкий голос доносился до каждого бойца. Объект – синий «Фиат» – опознан. Расстояние до объекта пятьдесят метров. Дверца микроавтобуса сдвинута до отказа. Скорость – пятнадцать километров в час.

– Первый пошел! Второй пошел! Третий…

Вооруженные спецназовцы один за другим покидали машину и бежали вплотную к обеим бортам и задней дверце. На ходу они еще раз проверили связь.

Они смотрели на машину противника через тонированные стекла. И вдруг «Фиат» исчез из виду. Будто невидимый буксировщик дернул его за трос. С расстояния тридцати метров и ракурса – под острым углом – он растворился в скале, опутанной ползучими растениями.

– Внимание! – выкрикнул Арно, предупреждая бойцов о возможной засаде и атаке.

Он машинально сбросил скорость и резким движением руки опустил бронированное забрало шлема. Мысленно выругался. Куда исчезла машина? Может, нырнула в тупик, а может – в коридор. А коридор он и есть коридор.

Но нет, выход из этой расщелины один, все больше убеждался Арно, – к чему диверсантам рисковать, выезжая на асфальтированную дорогу.

Двадцать метров до каменного кармана. Спецназовцы перешли к правому борту «Фольксвагена» и бежали, все так же прикрываясь им, дыша друг другу в затылок.

Десять метров.

Пять.

Микроавтобус перекрыл выезд из грота, став в двух метрах от него. Бойцы с автоматами на изготовку обошли машину с двух сторон. Справа, вплотную к скале и в полуметре от края расщелины уже стоял командир группы.

Арно знаком передал: «Внимание! Слушайте!»

В нескольких метрах от них, в глубине грота отчетливо слышался рокот мотора. Казалось, он набирает обороты.

Михей поставил машину как в сказке – к лесу задом, к противнику передом, правым бортом вплотную к скале. Выбравшись наружу, он поторопил Дикарку:

– Быстрее! – махнул рукой. – Поднимайся, поднимайся наверх. Мы следом. Скоблик, подними обороты.

Виктор вытянул подсос.

Двигатель заработал на высоких – две с половиной – три тысячи оборотах. Со стороны казалось, он достиг того максимума, когда напрашивается следующая передача. Вот сейчас, когда выключится сцепление.

Прежде чем выйти из машины, Скоблик включил дальний свет. Фары итальянской машины превратили этот уголок в иллюминированную декорацию.

Арно снова выругался. Его отряд терял драгоценные секунды. Хоть по одному, хоть кучей лезть в замкнутое с трех сторон пространство, где скрылись вооруженные преступники, было равносильно самоубийству.