Диссонанс

Лурье Рита

Сказанное Мелиссой не укладывалось в голове. Она придумала это, чтобы насолить Итану? Нет, как бы она узнала, где их ахиллесова пята, в которую можно ужалить?

Ответ был очевиден: Мэл давно была осведомлена об операции и, как следствие, о том, что Джуд наивно пытается переиграть тех, кого с малых ногтей учили плести интриги.

Раз Мелиссе известна правда, она известна и Итану.

Всё это время он просто хорошо притворялся, изображая неведение.

Но, ради всего святого, зачем ему понадобилось делать вазэктомию? Едва ли он так сильно не хотел детей и остерегался

последствий какой-нибудь случайной интрижки. Тут крылось что-то другое, и от этого Джуди стало не по себе.

Его чёртовы тайны.

Тайны, которые он доверял только своему дневнику, а не любимой женщине.

Ведьма припарковала машину у ограды особняка, и Мелисса вытащила Джуди с заднего сидения. Вид у колдуньи был озабоченный.

— Я не могу войти, — сообщила она.

— Почему? — тупо повторила Джуд, окончательно перестав что-либо понимать.

Мелисса закатила глаза.

— Какая же ты невежа! — возмутилась она. — Ты точно ведьма? Так работают защитные чары. Мне нужно приглашение. Не изволишь ли…

— Входи, — разрешила девушка, решив таким образом мелочно отыграться на Итане за очередное враньё. Джуди сочла крайне невежливым со стороны парня заставлять ведьм гоняться за его женой, но при этом не пускать их на порог. Как минимум, они заслужили чашку чая за беспокойство, явившись сюда из Луизианы.

Ожидаемо, Итан, вышедший к ним с Эрвином на руках, при виде Мелиссы сделался ещё бледнее, чем обычно.

— Не благодари, — сказала ведьма, отвесив ему шутливый поклон, — пришлось за ней побегать. Поймали её, блин, только на кладбище. Она очень прыткая для девицы, которая ещё недавно валялась в больничке.

Джуди забрала малыша и ушла наверх. Ей не хотелось, чтобы его первыми словами была непечатная ругань, а она предчувствовала, что, поприсутствуй он при «тёплой» встрече старых друзей, этого не избежать.

Переодевшись в домашнюю одежду, девушка подтащила кресло-качалку к окну и устроилась там с ребёнком. Эрвин дремал, и Джуд задумалась, не разбудить ли его, чтобы покормить. Она пощупала свою набухшую грудь и поморщилась от боли. Малыш плохо ел, потому кормить его приходилось из бутылочки, и Джуди задыхалась от унижения, сцеживая молоко. В такие моменты ей казалось, что худшей матери, чем она, нет во всём белом свете.

Ну… впрочем, была её собственная, сдавшая Джуд в приют.

Словно почувствовав её взгляд, Эрвин открыл светло-карие, как и у отца, глаза. Девушка задрала майку и поднесла личико ребёнка к соску, но он лишь потянулся крошечными пальчиками к её волосам, заплетённым в небрежную косу.

— Пожалуйста, — взмолилась Джуди, — давай хоть что-нибудь сделаем нормально…

Она умолкла, заслышав шаги, и спешно поправила одежду, чтобы не ощущать себя такой уязвимой с оголённой грудью, представлявшей из себя, как она считала, отталкивающее зрелище.

В Джуд всколыхнулся гнев. Она злилась на себя за то, что так и не смогла примириться с новой ролью, и, конечно, на Итана, который так жаждал получить покорную милую жёнушку, что готов был даже проглотить её ложь.

«Он пойдёт на что угодно,

лишь бы меня удержать, — холодея внутри, подумала она, — он на мне вконец помешался».

— Оставь меня одну, пожалуйста, — попросила Джуди, но вместо этого парень присел перед ней на корточки. Она глубже вжалась в сидение, сторонясь прикосновения его руки к своей коленке.

— Зачем ты ездила на кладбище? — спросил Итан.

Его взгляд, исполненный беспокойства, лишь усилил её раздражение.

— Я хотела найти могилу Габриэллы, — заявила она, — это та девушка, медсестра, которую убил вампир. Мы подружились, пока я была в больнице, и мне хотелось почтить её память…

Отчасти это всё-таки была правда: Джуди винила себя в её гибели, ведь это она в ту роковую ночь попросила Габриэллу отвести её к сыну в отделение интенсивной терапии новорожденных. Джуд, отходившей после операции, не давали ребёнка, и она успела предположить, что он родился мёртвым. Как ни странно, эта жуткая мысль зажгла в ней искру надежды.

Девушка была бы свободна и смогла бы сбежать в свой родной мир. Да, ей понадобилось бы время, чтобы прийти в себя, потеряв малыша, но она очень скучала по своей прежней жизни. Скучала по Сэнди Дэвис, Рику, Трэвису и другой версии Мэл. И Габриэллу Джуд теперь вспоминала без злости. Обида давно прошла, сменившись болью утраты.

«Как тебе только не стыдно?» — ужаснулась она, опустив глаза к сморщенному личику Эрвина.

— На самом деле это не вся правда, — призналась она, — мы были знакомы с ней в моём мире. Габриэлла была моей подругой. Я обрадовалась, встретив её здесь. Мне не хватает некоторых людей оттуда.

— Спасибо, что поделилась, — сказал Итан.

— Ты бы всё равно разнюхал, — ощерилась Джуди, — ты же контролируешь каждый мой шаг.

— Это не так, — заверил её муж, — я беспокоюсь о тебе. Ты знаешь, что за нами охотится Камила, да и Луиза может вернуться в любой момент…

«У него всегда находятся оправдания, — промелькнуло в голове, — для любой херни, что он творит, разумеется, во имя моего блага».

Она окончательно утратила контроль над собой и закричала:

— Поэтому ты сговорился с ведьмами?! Что ты посулил Мелиссе, чтобы она за мной шпионила?! Она же не делает ничего просто так!

— Я пообещал ей, что, когда Эрвин вырастет, он женится на её дочери, — сказал Итан и пристыженно отвёл взгляд.

От услышанного Джуд разобрал нервный смех, но она подавила приступы хохота. Ей нельзя было напрягать мышцы пресса, чтобы не тревожить шов, да и она пока плохо контролировала свой мочевой пузырь. Она подумала об этом, и нездоровое веселье мигом прошло. Она нехотя вспомнила, в какую развалину превратилась.

— Но у неё нет дочери! — заметила она.

«Или есть?» — тут же усомнилась Джуди. Не стоило исключать, что её драгоценный муж скрыл от неё ещё что-то важное, например, ребёнка — порождение их былого романа с Мелиссой Макбрайд. Вероятно, эта ошибка юности и подтолкнула Итана к принятию решения о медицинской стерилизации. И его можно было понять. Такой радости, как общий отпрыск с белобрысой стервой, и врагу не пожелаешь.