Диссонанс

Лурье Рита

— Да, — подтвердила женщина-ворон.

— Я ничего не понимаю, — пожаловалась девушка, — но откуда тогда у Сэнди взялось точно такое же?

— Ты узнаешь, — пообещала Камила, — но потом.

— Просто блеск! — не сдержалась Джуд. — Тогда какого хера ты сюда припёрлась, раз не планируешь что-то объяснять или убить меня? Почему ты вообще достаёшь меня, а не Итана? Тебе заняться, что ли, нечем? Какое тебе дело до моего кольца?! Отвечай!

— Терпение, Джудит, — почти ласково произнесла тварь, — а я помогу тебе расставить всё по местам в нашу третью встречу. Разумеется, если

она состоится.

— Если?

— Это будет зависеть от тебя, — заявила Камила, — ты сама ко мне придёшь.

— С какой это стати? — возмутилась девушка.

Её страшно вывело из себя, что тварь говорит загадками. Гнев придал Джуди сил. Она отлепила себя от спинки дивана и села прямо, прикидывая, насколько разумно будет позвонить Итану и сообщить, что его ручной монстр обретается здесь. Пистолет Джуд как раз перекочевал к парню, и он, неплохо поднаторевший в стрельбе, получит шанс продемонстрировать, чему научился.

Плохая идея.

Заряд свинца Камилу только разозлит, а злить её, определённо, не стоило. Джуд не забыла о печальной участи матери Мелиссы, которая, между прочим, слыла крутой колдуньей, но всё равно проиграла схватку с монстром.

— Ты типа собираешься навязать мне какую-то сделку? — предположила Джуди, чтобы унять растущую тревогу. — А так можно, учитывая, что у тебя уже есть актуальный контракт? Кстати, почему он ещё актуален? Ты ведь обещала спасти мать Итана, но она умерла! Ты со своей задачей не справилась, так что и он тебе ничего не должен! Мне так вообще ничего от тебя не нужно! Иди впаривай свои услуги кому-то ещё. Тут, если что, есть онкологическое отделение, я думаю, там на твои заманчивые предложения найдётся нехилый спрос!

— Почему ты так уверена, что я обещала спасти его мать? — полюбопытствовала Камила, внимательно выслушав девушку.

— Тогда что? — опешила Джуд. Она испугалась, что чуть не сдала Итана с потрохами. Он не имел права говорить ей об этом.

— Джуди-Джуди, — протянула женщина-ворон, — строго-настрого запрещается разглашать условия магических соглашений.

Она изобразила, как застёгивает молнию надо ртом.

— Как же вы задолбали меня с этой хернёй! — вспылила девушка. — От магии никакого толку, но сколько вы, блин, нагоняете вокруг неё тумана!

— От магии один вред, тут ты права, — невозмутимо согласилась с ней Камила, — но ведь и ты завела привычку иметь секреты, да?

— О чём это ты? — загнанная в угол, Джуд спешно прикинулась дурочкой.

Тварь склонила голову к плечу, испытующе глядя на девушку.

— Хозяин знает, что это — не его ребёнок? — поинтересовалась она. — И как он на это отреагировал? Дай угадаю: поклялся любить как своего? Самоотверженность — вполне в его духе. Итану только дай повод принести себя в жертву во имя какой-нибудь благой цели. Он может вести себя, как отменный козёл, но благородства у него не отнять.

«Например, ему ничего не стоило пожертвовать собой для спасения лживой суки Лорны», — мрачно подумала Джуди. Её напрягло, что Камила так хорошо изучила характер её мужа. А известно ли ей, что болезнь миссис Уокер была спектаклем? Скорее всего, да, о чём она не потрудилась сообщить Итану, навязывая сделку,

лишённую смысла.

— Это его ребёнок, — упрямо возразила Джуд, опомнившись.

Женщина-ворон развела руками.

— Тебе видней, — молвила она, — но почему тогда ты одна ходишь на приёмы? Разве отец малыша не имеет права принимать в этом участие?

— Это не твоё дело, — отрезала девушка, вспомнив их недавнюю ссору с Итаном на эту тему. Ей всё труднее было удерживать его на расстоянии. Не ровен час, он психанёт, вообразив, что причина скрытности Джуди в каких-нибудь осложнениях, и сам заявится ко врачу, чтобы всё выяснить.

И пиши пропало.

— Верно, — кивнула Камила и поспешила успокоить собеседницу: — Не волнуйся, Джудит, я умею хранить чужие тайны, а эта тайна — вовсе не тайна.

— Что, нахрен, ты имеешь в виду? — вскричала Джуд, вскакивая с места.

Она мигом пожалела о своей импульсивности: у неё закружилась голова, а перед глазами запрыгали мушки. Чертыхнувшись, она осела обратно на диван.

— Тебе стоит спросить самого Итана, — посоветовала тварь.

— Говори! — беспомощно потребовала девушка.

— Поищи ответы в его дневнике, — бросила Камила, резко развернувшись на каблуках, — но осторожнее. А как будешь готова, приходи в дом Сэнди Дэвис.

— Да пошла ты! — прошептала Джуди ей в след.

С уходом твари её оставили силы. Слёз не было, но в диафрагме ощущалась какая-то тяжесть. Девушка просто сидела, часто дыша и задумчиво потирая ноющие икроножные мышцы. В животе забурлила выпитая газировка, и ребёнок мягко шелохнулся, словно пытаясь приободрить свою мать.

— Спасибо, малыш, — пробормотала Джуд, и вдруг её тело пробила дрожь.

Господи!

Из-за своих переживаний, отвратительного самочувствия и неприятной встречи с Камилой, девушка упустила из внимания самое главное. Она наконец выяснила пол ребёнка, но не нашла и минутки, чтобы об этом подумать. Джуд стало до смерти стыдно, и она поспешила спуститься на первый этаж клиники и поделиться новостью с Итаном.

Отсутствие парня в холле не стало для Джуди открытием.

Страдальчески закатив глаза, она достала телефон, чтобы позвонить мужу и поторопить с завершением его тёмных делишек. Она ужасно устала, хотела домой и остро нуждалась в том, чтобы услышать голос Итана, который вселит в неё уверенность в завтрашнем дне.

А ещё ей не терпелось его обрадовать.

Несомненно, он будет в восторге!

Но лишь завидев мужа, Джуди поняла: с ним что-то не так. У парня был такой вид, будто за ним гнались все черти ада. Все черти, но не Камила. Она-то была несколько занята. Глаза у Итана опять были на мокром месте.

— Что с тобой? — встревожилась девушка.

— Вирджиния умерла, — грустно сказал он, не скрывая, что снова приходил посидеть у смертного одра последней северной ведьмы.

Джуд невольно задумалась, почему Итана так опечалила кончина этой, по сути, чужой ему женщины. Когда после осмотра дома миссис Уайт они сидели у залива, парень упомянул, что ребёнком гулял с собакой Вирджинии на побережье. Но едва ли дело было в этом незначительном проблеске света на фоне его в целом невесёлого детства.