Диктатор

Крейдун Мила

Поначалу Милену тоже всё устраивало, давая некое ощущение защищённости. Первое время она панически боялась выходить из квартиры и делала это умышленно, из раза в раз преодолевая страх, пытаясь с ним совладать и расстаться. Если повезёт. Хотя бы отключится на пару часов. Как раньше просто насладится видом, покоем, ветром, тишиной…

Милена поднялась и направилась к одному из полицейских.

– Милена Сергеевна, - тут же приосанился он, отдавая честь. Остальные тоже оживились, но лишь один покинул свой «пост» и поспешил к ним.

– Добрый день, - вежливо ответила

она на приветствие.
– Кто у вас старший?

– Лейтенант Ковальский, - кивнул он головой в сторону приближающегося полицейского.

– Милена Сергеевна, - отдал ей честь и подоспевший лейтенант. – Лейтенант Юрий Ковальский. Что-то случилось?

– Да. Я понимаю, что вы пытаетесь меня защитить, спасибо вам за это, но не могли бы вы хоть на пару часов дать мне чуть больше свободы? Расчистить горизонт, так сказать, местность. Я пришла в парк, чтобы отдохнуть от всего, отвлечься, если получится, насладиться видом, но это невозможно, когда куда ни посмотри везде голубые рубашки полицейских.

– Вас не устраивают наши рубашки? – не понял лейтенант.

– Пожалуйста, оставьте меня хотя бы на пару часов одну, - прямо попросила Милена. – У меня от вашего постоянного присутствия скоро глаз начнёт дёргаться. В конце концов, рядом со мной постоянно три телохранителя из службы безопасности президента.

– Ну, в прошлый раз они не сильно помогли, - не сдавался Ковальский. – В любом случае, это решаю не я, - добавил он, видя, что и девушка не собирается отступать.

– А кто? Вы не могли бы дать мне поговорить с вашим начальством?

Лейтенант какое-то время смотрел на будущую жену президента, за безопасность которой они отвечали головой, и пытался определить, должен ли он исполнить её пожелание. Ситуация была крайне неоднозначная. С одной стороны она никто, просто будущая жена. А с другой…

Это не должен быть его головняк, - подумал Ковальский и набрал шефа.

Золотарёву переадресовали ещё, как минимум, трижды, прежде чем по ту сторону связи трубку не взял мэр столицы. Дозвонилась она к нему, конечно, не без труда, но иначе, наверное, и быть не могло.

Ей и в голову не могло прийти, что в то время, пока она поднималась по нелёгкой бюрократической лесенке, мэр уже пытался дозвониться до президента.

«Это касается Золотарёвой», - сбросил он сообщение главе государства. Ему не хотелось вновь попасть впросак и огрести ни за что. Уже всем известно, что Медведь становится неадекватным относительно всего, что касается его новой бабы. Боброву надо было знать, как себя с ней вести, раз выскочка из захолустья набралась наглости трезвонить ему лично. Беспокоило его и то, что никто из нижестоящих не послал её на хер. Каждый трясся за свою шкуру, не желая рисковать.

Медведев перезвонил практически сразу, после отправки сообщения.

– Говори, - резко бросил он.

– Она переполошила всех, - начал мэр, желая, чтобы президент поставил свою бабу на место. – Никто не брался отказать ей напрямую, переадресовывая вышестоящим. Господин президент, - тяжело вздохнул Бобров, решив спросить напрямую. – Чтобы избежать дальнейших недоразумений, я должен

знать наверняка, какова её роль…

Мэр замялся. В управлении государством? Абсурд, никакая, конечно. Скорее, место в иерархии, которого тоже, по сути, не может быть в демократическом государстве. Вся ситуация с этой бабой была из ряда вон. Никто не понимал, что делать и как себя вести.

– Ты сам всё понимаешь, Бобров, - произнёс президент. – Узнай, чего она хочет, и максимально удовлетвори её пожелания, насколько это возможно. Ещё вопросы?

– Она хочет впасть в нирвану и её не устраивают голубые рубашки парней, - едва сдерживал раздражение мэр.

– Не понял, - угрожающе произнёс Медведь.

Бобров понял, что ему следует притушить свой гонор, если он сегодня же не хочет лишиться всего, что досталось ему таким трудом.

– Кхм, - неловко кашлянул он, пытаясь произнести следующие слова, как можно нейтральнее. – Она в парке. Я внял вашему последнему… Я обеспечил будущую первую леди страны достаточной охраной, - зашёл он с другой стороны.
– Весь полицейский участок района занят лишь её безопасностью. Её раздражает их количество и голубые рубашки, которые слишком контрастны с окружающей зеленью и не дают ей наслаждаться видами.

«Чёрт подери, всё равно съязвил в конце. Не сдержался», - раздражённо подумал высший чин столицы. Молясь, чтобы Медведь этого не заметил. Или предпочёл проигнорировать.

– Рубашки сменить, охрану организовать так, чтобы она ей не досаждала. Спроси у моих парней, как это сделать, если у твоих ума не хватает, - холодно отчеканил диктатор.
– Ещё вопросы?

– Нет, господин президент.

– Отвлечёшь меня ещё раз по такой ерунде, я найду того, кто способен самостоятельно справится с тем, как организовать досуг и безопасность моей невесты, - бросил диктатор напоследок и отключился.

– Твою мать, - выругался мэр, шедший к своей должности не один десяток лет, обыгрывавший соперников, ломавший врагов, искусно маневрирующий в мире политики среди своих, равных, и тех, кто выше, а сейчас вынужденный лебезить перед какой-то рогаткой. Все они вынуждены. Ибо ОН так захотел.

Глава 44. Ужин с Царевичем

 - Да, - принял он вызов с мобилы, на который звонила подстилка Медведя.

«Что же в ней такого, чёрт её дери!
– не мог не думать об этом Бобров. – Заглатывает вместе с яйцами что ли? Может сосать сутки напролёт? Мата Хари грёбаная!».

Ему пришлось быть вежливым и пообещать сучке принять меры, чтобы ей было максимально комфортно.

Следующим, кого он набрал, был местный олигарх. Они давно дружили. Мэр ему верил. В их мире это была редкая роскошь. Они с Коляном часто спускали пар на охоте. Сейчас это было именно то, что нужно Боброву. Иначе его просто разорвёт.

В общем, весть о новом звене в иерархии Российской Федерации разлетелась со скоростью света.

*

Милена очень ждала звонка от Влада на грядущих выходных. Проведя всю пятницу, субботу и воскресенье, как на иголках.