Дикий альфа
Шрифт:
Мою кожу внезапно покалывает от осознания того, что за мной наблюдают, и я изо всех сил стараюсь сохранять расслабленное выражение лица, имитируя мирный сон.
— Что он собирается с ней делать?
Мое сердце колотится быстрее.
— К чему все эти вопросы? — приятель подонка стонет. — Альфа и Дал уже все продумали, мы просто выполняем приказы.
Внезапный резкий стук в дверь заставляет меня вздрогнуть, но головорезы, находящиеся здесь со мной, не должны этого заметить. Я слушаю, как тяжелые шаги ступают по полу, пересекая комнату, мои
Что именно произошло?
Поцелуй. Дротик. Откровение о том, что Хави — сын.
Был ли это его план относительно меня с самого начала?
— Никто не должен сюда входить, — выпаливает жуткий парень, и я снова вздрагиваю в ответ на громкий стук, когда кто-то протискивается внутрь.
— Уйди с дороги, Сет! Я здесь только для того, чтобы проверить, как она.
Незнакомый женский голос застает меня врасплох, и я на мгновение приоткрываю глаза, чтобы посмотреть, кто вошел в комнату.
Блондинка с фотографий с Хави.
Он сказал, что она была его лучшей подругой, но теперь… Честно говоря, я больше не уверена, чему верить.
Она протискивается мимо парня, загораживающего дверь, и я снова быстро закрываю глаза, притворяясь спящей.
— Она все еще спит? — удивленно спрашивает девушка.
— Не издала ни звука, — отвечает один из мужчин.
Она тяжело вздыхает, подходя ближе. Я слышу шуршание обертки и звук, как будто что-то ставят на столик рядом с кроватью.
— Убедись, что она съест это, когда проснется.
— Эй, ты здесь не отдаешь приказы, — протестует жуткий чувак.
— Нет, но твой альфа приказывает, и именно он послал меня, — отстреливается она. — Интересно, что он скажет, когда я скажу ему, что ты игнорируешь эти приказы.
— Прекрасно, мы проследим, чтобы она поела, — ворчит он.
— Хороший мальчик, — передразнивает она, ее шаги удаляются, когда она возвращается к двери.
Петли скрипят, когда дверь открывается, затем захлопывается за ней, один из мужчин в комнате тяжело вздыхает, как только она уходит.
— Чувак, я терпеть не могу эту сучку. С тех пор, как она была отмечена альфой, она была настоящей занозой в заднице.
В моем мозгу происходит короткое замыкание, сердце бешено колотится в груди, когда весь мой мир останавливается.
Отмечена альфой.
Хави… пометил ее?
Нет. Этого не может быть, потому что, если бы он был отмечен, наша судьбоносная связь не образовалась бы… так ли это? Черт, почему я не уделила больше внимания, когда в детстве узнавала о супружеских связях?
Мое сердце начинает бешено колотиться,
Если раньше я думала, что мое сердце разбито, то теперь оно совершенно разбито. Очевидно, Хави все это время держал меня за дуру, и я была слишком ослеплена его уверенной походкой и обезоруживающей улыбкой, чтобы даже понять, что затевается более крупная игра.
Я была пешкой, и он прекрасно манипулировал мной.
Было ли хоть что-нибудь из этого реальным?
Я думала, что он любит меня. Я думала, что люблю его.
Глупая. Я такая, такая глупая.
Желчь поднимается к моему горлу, волна тошноты накатывает на меня быстро и сильно. Мои глаза распахиваются, когда я понимаю, что сейчас произойдет, и я резко приподнимаюсь и наклоняюсь вперед, свешивая голову с края кровати, и меня рвет прямо на потрепанный оранжевый ковер, покрывающий пол.
— Что за черт! — орет парень покрупнее, с отвращением отскакивая назад.
Я не могу остановиться. Мой желудок сжимается, руки сжимают шершавое одеяло на краю кровати, пока я продолжаю извергать его содержимое, пока у меня ничего не остается.
У меня горит в горле. Все тело ноет.
Но это ничто по сравнению с мучительным уколом предательства, который я чувствую в своем сердце.
31
— Это не входило в мои планы, — рычу я, подошвы моих ботинок стучат по дрянному оранжевому ковру, пока я расхаживаю взад-вперед по маминой комнате в мотеле, снова и снова проводя пальцами по волосам.
— Планы меняются, — скучно отвечает она, ковыряя ногти. — Открываются новые возможности.
— Чушь собачья.
Я резко останавливаюсь, разворачиваюсь лицом к маме и смеряю ее пронзительным взглядом.
— Ты должна была обсудить это со мной, и ты знаешь это.
Она тяжело вздыхает, кладет руки на подлокотники кресла, в котором сидит, и отталкивается от них, чтобы перенести вес и сесть прямее.
— Ты прав. Я должна была. Но скажи мне, Хавьер, ты бы согласился?
Ее вопрос застает меня врасплох, как и ее следующее действие — потому что она лезет в карман и достает мой мобильный телефон, бросая на меня многозначительный взгляд, когда кладет его на стол рядом с собой.
У меня сводит желудок.
— Зачем тебе это? — осторожно спрашиваю я, переводя взгляд с телефона обратно на ее лицо.
Она совершенно спокойна, как всегда. Моя мать умеет сохранять самообладание. Обычно я веду себя точно так же — она хорошо меня научила, — но прямо сейчас мое волнение побеждает, и я скрываю свои эмоции. Что-то, чего она явно не одобряет, судя по неприязненным взглядам, которые она продолжает бросать в мою сторону.
— Я пошла искать тебя, а вместо этого нашла это.