Дезире
Шрифт:
Но Тереза сделала протестующий жест своей изящной ручкой.
— Сидите, директор! А, вот и наш итальянский герой! Какая чудесная погода, генерал Бонапарт! Жозефина очаровательно выглядит!.. Что я слышала… Маленького Эжена вы берете к пирамидам в качестве своего адъютанта?.. Позвольте представить вам Уврара, человека, поставившего нашей армии в Италии десять тысяч пар сапог. Уврар, перед вами самый сильный человек Франции!
Красивый мужчина, которого она всюду таскала за собой, поклонился почти до земли. Элиза толкнула
— Это ее новый друг, поставщик армии Уврар. Знаешь, она имела связь с Баррасом, которого получила в наследство от Жозефины, но сейчас старый дурак увлекается девочками пятнадцати лет. Мне это кажется вульгарным! Он красит волосы, чтобы казаться моложе! Разве естественный цвет бывает таким черным?
Мне стало невыносимо сидение на этом стуле рядом с Элизой, толстой, пыхтящей, пахнувшей сладкими духами. Я встала, вышла в прихожую и подошла к зеркалу попудрить нос. В прихожей царил полумрак. Подойдя к зеркалу, возле которого горели свечи, я в страхе отступила: мимо меня из темноты угла скользнули две тени. Я увидела белое платье.
— О, извините, — сказала я невольно.
Тень в белом вступила в освещенное пространство.
— Нет, нет ничего! — Жозефина привела в порядок свои детские кудряшки. — Позвольте представить вам м-сье Ипполита Шарля. Это — очаровательная свояченица моего деверя Жозефа. Свояченица моего деверя!.. Мы в близком родстве, не правда ли, м-ль Дезире?
Молодой человек, ему едва ли исполнилось 25 лет, непринужденно поклонился мне.
— М-сье Ипполит Шарль, один из самых молодых и перспективных… Какую должность вы занимаете, Ипполит? Да, наиболее перспективный поставщик армии. — Жозефина усмехнулась. Ей было весело!..
— М-ль Дезире — одна из моих прежних соперниц, Ипполит, — продолжала она.
— Соперница побежденная или победившая? — быстро спросил м-сье Шарль.
Ответа не последовало. Послышался звон шпор, и Наполеон крикнул:
— Жозефина, Жозефина, где вы прячетесь? Гости спрашивают, где вы?
— Я показывала м-ль Дезире и м-сье Шарлю венецианское зеркало, которое вы прислали мне из Монтебелло, Бонапарт, — спокойно ответила Жозефина. Она взяла Наполеона под руку и подвела его к месье Шарлю. — Позвольте вам представить молодого поставщика армии. М-сье Шарль, исполняется ваше заветное желание: вы можете пожать руку освободителю Италии.
Послышался ее очаровательный смешок, который стер складку неудовольствия с губ Наполеона.
— Вы хотели поговорить со мной, Эжени… Дезире? — спросил Наполеон, повернувшись ко мне.
Жозефина быстро положила руку на рукав Ипполита Шарля.
— Пойдемте. Мне нужно занимать гостей.
Мы остались вдвоем, с глазу на глаз в полумгле передней. Я порылась в сумочке.
Наполеон подошел к зеркалу и изучал свое лицо. Дрожащий свет свечей углублял тени вокруг глаз и подчеркивал худобу щек.
— Ты слышала, что говорил Баррас, — внезапно спросил он.
— Я слышала, но ничего не поняла. Я не разбираюсь в политике.
Он опять стал смотреться в зеркало.
— Внутренние враги Республики!.. Хорошенькое выражение! Это — мои враги! Он прекрасно знает, что я могу сегодня… — он остановился, оглянулся на темный угол комнаты и покусал губы. — Мы, генералы, спасли Республику. И мы, генералы, ее удержим! Мы можем создать свое правительство. Королю отрубили голову. С того дня корона валяется в сточной канаве. Нужно лишь нагнуться, чтобы поднять ее!..
Он говорил, как в бреду. И как когда-то, возле каменного забора нашего сада, я ощутила тревогу и желание подавить эту тревогу смехом.
Он обернулся. Его голос звучал резко.
— Но я уезжаю в Египет. Пусть директоры заигрывают с политическими партиями и продаются фуражирам, и душат Францию грудой ассигнаций, которые не имеют цены. Я уезжаю, и я подниму над Египтом знамя Республики.
— Извините, что перебиваю вас, генерал, — сказала я. — Я записала для вас имя одной дамы (я достала из сумочки бумажку), и я прошу вас сделать все, чтобы о ней позаботились.
Он взял бумажку и поднес ее к свече.
— Мари Менье? Кто это?
— Женщина, которая жила с генералом Дюфо, мать его сына. Я обещала Дюфо, что о ней и ребенке позаботятся.
Наполеон опустил листок. Его голос приобрел оттенок нежности и сожаления.
— У меня так много хлопот! Вы были невестой Дюфо, Дезире?
Мне захотелось крикнуть ему в лицо, что мне надоела эта жалкая комедия.
— Вы прекрасно знаете, что я почти не знала Дюфо, — сказала я резко. — Я не понимаю, почему вы мучаете меня этими вещами, генерал!
— Какими вещами, Дезире?
— Этими предложениями выйти замуж. С меня довольно! Я прошу оставить меня в покое!
— Верьте мне, — сказал Наполеон со вздохом, — только в замужестве женщина может найти смысл жизни.
— Мне бы хотелось… мне бы хотелось… всем вам разбить голову… этим канделябром, — сказала я задыхаясь, и почувствовала, что ногти впиваются мне в ладони. У меня чесались руки привести в исполнение свою угрозу.
Он подошел ко мне и улыбнулся. Улыбнулся той улыбкой, которая когда-то была для меня небом, землей и адом.
— Мы останемся друзьями навсегда, Бернардин-Эжени-Дезире? — спросил он.
— Обещайте, что этой Мари Менье назначат вдовью пенсию? А ребенку — пенсию как сироте?
— А, вот ты где, Дезире! Одевайся, мы уезжаем! — Это Жюли вошла в прихожую с Жозефом. Они остановились удивленно.
— Вы мне обещаете, генерал? — повторила я.
— Обещаю, м-ль Дезире, — легким движением он поднес мою руку к губам. Подошел Жозеф и попрощался с братом, похлопав его по плечу.