Дежaвю

Мартынова Влада

– Я, наверное, вряд ли буду тебе звонить, но все равно спасибо, – каким-то не своим голосом, еле сдерживая слезы, ответила Вита. В ней бушевал океан эмоций – от радости, что она для него что-то значит, до гнева, что он не может быть с ней.

С кем-то другим Вита бы была колкой и агрессивной в такой

момент, но рядом с ним в ней просыпалось ее женское начало, и ей хотелось быть мягкой и заботливой. Она на него даже обижаться не могла, раздражаясь на себя саму, так как он заполнил весь ее разум, он стал для нее важен, как солнце и воздух, ей казалось, что это больше похоже на маниакальную шизофрению, хотя, может, это и есть диагноз любящего человека.

– Когда тебе нужно ехать? – задала она самый страшный для нее вопрос.

– Честно, я вообще не должен был приезжать, есть на то причина, поверь, и мне уже нужно возвращаться, но я хочу еще побыть с тобой.

– Если ты наелся, может, погуляем или покатаемся? Как-то некомфортно мне тут, – набравшись смелости, выпалила она.

– Я и сам хотел предложить продолжить уроки вождения, – весело попробовал сменить тему он, – только в вашем захолустье выпало столько снега, как будто весна и не собирается к вам, я немного переживаю, дороги ужасные.

– Я буду очень аккуратна, не более сорока километров в час, – важно проговорила она, подражая его строгому голосу, и тут же улыбнулась.

Саня позвал официанта, попросил упаковать им с собой то, что осталось, а осталось очень много всего, что-то дозаказал с собой – видимо, дорога ему предстояла дальняя, – и попросил все это сделать о-о-о-о-очень быстро, при этом оставив довольно щедрые чаевые.

Выйдя на улицу и погрузив пакеты с едой в машину, они минут двадцать стояли и любовались ночным небом.

–

А как ты поедешь ночью? Ты же спать захочешь! – теша себя маленькой надеждой, что он останется на подольше, спросила Вита.

– Витуся-Дуся! Пока я ждал твое величество, я проспал весь день у твоего подъезда.

– Ну почему ты мне не сообщил, что ты приехал, мы могли бы весь день пробыть вместе! – с негодованием набросилась на него она, стуча кулачками по его груди.

– Я стучал, ты мне не открыла.

– Я спала и ничего не слышала, – почти со слезами признала она.

– Эх ты, моя принцесса на горошине, – засмеявшись, Саня обнял ее сзади и тихонько, еле коснувшись, поцеловал в макушку, – как вкусно ты пахнешь, у меня от тебя голова идет кругом…

Так они стояли, обнявшись, наслаждаясь мгновенным счастьем ощущать близость друг друга.

Потом он усадил ее за руль, монотонным голосом учителя повторил все, что она должна сделать, прежде чем поехать, и тоном командира изрек:

– Ну, с Богом, поехали!

Вита не спеша вела его шикарный BMW по пустынным улицам города. Он держал ее за руку, напоминая о том, что нужно сбавить скорость, тихо играл Круг. Несмотря на то, что им вскоре суждено было расстаться, они оба испытывали безмятежное счастье.

На этот раз она сама доехала до своего дома. Он достал шампанское, какие-то закуски из ресторана, бутерброды с икрой. Они, как и в Новый год, пили шампанское из бутылки, по-доброму подкалывали друг друга, оба почти ничего не ели. На рассвете он окончательно погрустнел, и она поняла, что тянуть больше нельзя. Все это время его пейджер сотрясался от сообщений, которые он практически не читал, а телефон он, к счастью, выключил.

Конец ознакомительного фрагмента.