Девственница
Шрифт:
– Давай не будем о нем. Расскажи, что знаешь про антиквара.
– Да не так я много о нем знаю. Вроде приличный мужик, лет тридцать, разведен, с Толиком моим давно дружит. Правда семьями не общались никогда, так, изредка в ресторан мой он приходил. Жена такая… не особо приятная, замороченная на путешествиях, инстаграмме. Модель, правда уж не знаю, где она свои таланты прикладывала. У нас в городе такая профессия невостребованная.
– Боюсь эта информация мне не очень поможет. Он не бандит хотя бы?
– Нет, не бандит, хотя меня сложно назвать экспертом по криминальной обстановке
– Ну, значит решено. Спроси, не возьмет ли он в пару твою старую подругу, наездом посетившую ваш городок. Не говори, что я дочь Шахова. Думаю, это лишнее. Лучше скажи, что тоже интересуюсь антикварными вещичками.
– Отлично ты придумала, соображаешь. Ох, хоть еще одну бутылку открывай… У меня сейчас в крови чистый адреналин, Шахова. Умеешь ты шороху навести.
– Поверь, я бы очень хотела тихой спокойной неприметной жизни… Но придется залезть в пасть к шакалам… Другого выхода у меня все равно нет. Виталик был последней надежды.
– Боже, если этот козёл является последней надеждой, впору утопиться.
– Иногда мне кажется, что весь мужской пол сплошные козлы…
Наш разговор переключается на тему нашей тяжелой женской доли, Вика начинает жаловаться на мужа. В результате расходимся мы глубоко за полночь.
***
Рано утром меня будит Варвара Сергеевна, сообщая, что ко мне пришли гости. Испугаться не успеваю – в комнату врывается Вика, на ее руке перекинут чехол для одежды, в другой – объемный яркий целлофановый пакет.
Приподнимаюсь на постели, позади встаёт Настя, кладет ладошки на мои плечи, с интересом разглядывая гостью.
– Привет, извини что разбудила, – извиняется подружка. – Хотела взглянуть на твою малышку. Какая хорошенькая! Привет Настя, меня зовут Вика, будем дружить?
Настя кивает и улыбается, демонстрируя шатающийся зуб, который вот вод выпадет.
– Ты моя сладкая! Я с подарками для вас, девочки. Кто первый?
– Я! – кричит малышка, и я с улыбкой спускаю ее на пол. Она подбегает к Вике. Та достает из сумки красивую яркую коробку в подарочной обертке и с бантиком.
– Это тебе, детка. Надеюсь, понравится кукла.
– Спасибо, – лепечет малышка, сразу начиная срывать обёртку.
– Боже мой, пожалуйста, солнышко! Ты просто прелесть!
– Завтрак уже готов, девочки, пойдёмте, – заглядывает в комнату Варвара.
– Настюш, сначала умоемся, а потом откроем подарок, – говорю девочке.
– Я умою, ты сама давай, приводи себя в порядок, а то остынет все, – говорит баб Варя.
– Спасибо, – улыбаюсь ей.
**
– Знаешь, на секунду я подумала, что вчерашняя встреча мне приснилась, – признаюсь, когда Варвара и Настя уходят.
– Ну ты даешь! Я тут с утра уже и платье тебе надыбала, а ты меня значит в миражи записала?
– Извини, я очень благодарна, правда. Не знаю, зачем это сказала. Просто ты так неожиданно.
– Ну ты же сама вчера адрес дала. Я конечно думала до обеда болеть с похмелья буду. Но вино оказалось отличным, спала как младенец и никакой головной боли. С утра бодра и весела, в ресторане все пучком, бронь
– Ты не сказала, что я Шахова?
– Нет, не волнуйся. Сказала только то, что ко мне подруга приехала, красивая как богиня, и обожающая старинные вещи. Вадим так злится на бывшую, что жаждет с кем-то появиться на людях. Так что, сегодня в шесть вечера у нас дома будет легкий ужин. Заодно посмотришь мою хибару, правда скоро мы в дом переезжаем. Так, ладно, я в курсе что мое жилище тебе не интересно, – добавляет со смешком.
– Ну что ты говоришь такое. Мне интересно.
– Проехали, Вилен. Я правда очень помочь хочу. Очень! Вы с Вадимом кстати будете классно вместе смотреться.
***
– Ты шикарна, просто шикарна! – восклицает Вика, когда выхожу из ее спальни.
Попрощавшись с баб Варей и Настей, около пяти вечера я выехала с подругой к ней домой. Платье с собой взяла. Не хотела лишних вопросов от Варвары, у которой отпросилась до утра, сгорая от стыда. Что обо мне подумает эта милая женщина? Но другой надежды у меня не было.
Вика, как оказалось, взяла платье на прокат у хорошей знакомой, держащей собственное ателье для элитных клиентов. Дорогущее, очень красивое, красное, оно село на меня как влитое. Что меня совсем не порадовало. Слишком будет привлекать внимание. Но в собственном гардеробе вечерних платьев у меня не имелось.
– Поверь, там если и будут дамы, то именно в таких нарядах, – успокаивает меня Вика. – Так что оденешься простенько – будешь выделяться среди них, как нищенка. Тогда и станут к лицу твоему приглядываться. А так – платье оттянет внимание на себя.
Наверное, в этих словах был смысл. Оно и правда ослепляло, сияло, пайетки переливались, а глубокий вырез на спине заставлял чувствовать себя голой.
***
Антиквар по имени Вадим, появившийся на пороге, оглядывает меня оценивающим взглядом, в котором сразу заметен интерес, который смущает меня, и которому я совсем не рада. Так странно, подростком я была гораздо более открытой, посмела даже влюбиться. Сейчас, будучи совершеннолетней, взрослой женщиной, наоборот готова шарахаться от мужчин, как от чумы. Мне сложно с противоположным полом, чувствую себя не в своей тарелке.
– Познакомьтесь, мои дорогие, – щебечет Вика. – Это Вадим, а это Вилена, моя старая школьная подруга и огромная любительница красоты и старины.
– Мне очень приятно, – Вадим церемонно наклоняется к моей руке, касается её губами.
Мне стоит большого усилия воли, чтобы не вырвать руку. Хотя Вадим очень симпатичный, молодой. Блондин с голубыми глазами, очень приятной улыбкой, легкой щетиной на лице, весьма ухоженной, в тренде. Бросаю взгляд в зеркало, возле которого стоим, и отмечаю что смотримся очень гармонично. Вадим в черном смокинге, белоснежной рубашке, галстук-бабочка. Я – в красном платье с открытой спиной. Вдруг приходит в голову, что этот мужчина немного похож на моего брата. Закусываю губу, чтобы сдержать слёзы. Так каждый раз на меня действует любое воспоминание о Павле. Я до сих пор не пережила эту потерю.