Девочка по имени Аме

Аршинова Анна

–  Не будет мне покоя, ты же знаешь…

–  Оставь.

Данте упрямо покачал головой. Он столько всего пережил, чтобы оказаться в Академии с Акито, и что? Вот так теперь все взять и оставить? Нет-нет, это просто невозможно.

–  Эй, Кристиан!
– ками подскочил, приветливо махая когтистой рукой.
– Хватит на дерево смотреть, иди сюда. Дело есть!

Ебрахий приоткрыл оба глаза, чтобы посмотреть, что задумал Данте. К тому же во дворе на скамейке кто-то из Ямасиро оставил коробку со свитками, расческу и веер. Вещи эти выглядели покинутыми и очень соблазнительными.

–

 Данте?
– Кристиан приблизился.

Отличительная черта почти всех Ямасиро - это убийственная серьезность и немногословность. Не сказать, что они так уж любили книги, как казалось со стороны. Представители этой школы обычно говорили: "Мы их читаем, чтобы быть в курсе, но неудержимой любознательности, как у тех же Ямато, не испытываем".

–  Говорю, что дело есть, - Данте поднялся и кивнул, чтобы Ямасиро шел за ним. Тот просто пожал плечами и направился за Удзумэ.
– Соловьиные полы.

Данте остановился, перемещая свой вес с одной ноги на другую, пронзительно скрипя половицами. Кристиан наблюдал за его действиями, ожидая дальнейших объяснений.

–  Ты заметил, как Хорхе по ним ходит? Ни единого скрипа не слышно. А мы? Двумя шагами мертвого поднять можем.

–  На то и рассчитано.

Данте досадно фыркнул.

–  Да знаю я, - вздохнул он.
– Но у Хорхе есть какой-то секрет, понимаешь? Он же ходит.

Кристиан пожал плечами.

–  Спроси у него.

–  Так он мне и ответил!
– Данте закатил глаза. Бросив быстрый взгляд на улицу, он увидел, что Ебрахия на энгаве больше не наблюдается.
– Вот я и думаю, что это может быть? Есть идеи?

Конечно, у Кристиана были идеи - он же Ямасиро, вот только они оказались какие-то неоригинальные, Данте давно проверенные.

–  Сейкатсу, - сказал он.

–  Думаешь?
– Данте разочарованно вздохнул и присел на корточки. Полированный пол игриво блеснул и сразу же пронзительно завопил, когда Хищник выписал ему щелбана, заряженного Сейкатсу. Из-за фусума выскочил взъерошенный Хоакин.

–  Вы что это делаете?!
– возмутился он. На его детской щеке красовались красные полоски - спал, когда Данте принялся нарушать спокойствие.

–  Не угадал, - произнес нарушитель спокойствия, игнорируя взбудораженного Хоакина.

Кристиан скрестил руки на груди.

–  Тогда отсутствие Сейкатсу.

Данте задумался. Возможно, и так. Нет, скорее всего, так.

–  И как он этого добивается?

Хоакин переводил рассерженный взгляд с одного на другого. Данте сидел на корточках и барабанил пальцами по полу.

–  Возможно, щиты ставит. Известно, что он самый лучший в этом деле, - ответил Кристиан.

–  Эй! Вы о чем?
– Хоакин постарался привлечь к себе внимание, но Данте только шикнул на него, пообещав научить стирать форму без каких-либо усилий и мокрых рук, если тот не будет мешать.

–  Щиты? Не умею я их… Проблема.

–  Их изучают на четвертом курсе, - Кристиан, разумеется, все про всех знал.

Данте задумчиво прикусил костяшку большого пальца.

–  А мофет… мофет… не они, - пробубнил он с набитым ртом. Кристиан смотрел

на него, как на безнадежно больного. Вот мешают же ему эти полы!

Данте поднялся и заскрипел, когда принялся ходить туда-сюда. Он напряженно обдумывал, как проверить, верно ли предположение Кристиана. А как это сделать?

–  Нужно заманить другого ками сюда… менее сильного в щитах…

–  А?
– опешил Кристиан. Его пресловутая логика вдруг отказала.

–  Ага, - закивал Данте, воодушевленный этой идеей. Теперь бы найти ее воплощение.

Ямасиро, вздохнув, прислонился к стене. Отрицать бесполезно - Данте его заинтересовал. Своими рассуждениями и попытками понять тайну соловьиных полов.

–  Я знаю, что у каждого ками способность к созданию щитов различна. Думаю, в нашем случае нам нужен самый слабый в Академии.

Тут даже Хоакин заинтересовался - Данте заразил всех.

–  Но как это узнать?
– поинтересовался он.

–  Поспрашивать у тех, кто здесь давно?
– пожал плечами Кристиан.
– Они должны знать.

–  Или украсть досье на каждого из преподавателей, - в дверном проеме появился Ебрахий. Вид у него был несколько… помятый. Будто он успел с кем-то подраться, пока Данте и Кристиан пытались разгадать тайну полов.

–  А такие есть?
– Данте заинтересованно поднял голову.

–  Есть, - кивнул Кристиан.
– Но так просто их не достать.

Ебрахий улыбнулся, когда увидел выражение лица Данте. Он-то знал, что другу нельзя говорить слова типа "так просто не сделать" или "достать". Дымчато-сиреневые глаза Удзумэ загорелись демоническим огнем.

–  Говорите, Ямато хитрее всех?
– зловеще рассмеялся он.

Кристиан, Ебрахий и Хоакин переглянулись. Они очень сомневались, что Ямато могут тягаться с Данте.

***

Элайя - быстроглазый мальчишка с чудного цвета розовыми пышными волосами, жилистый и быстрый, точно горный ручей, из Ямасиро-дэн, конечно, не мог не разнюхать о том, что намечается безобразие. Элайя, пожалуй, был самым импульсивным и страстным из всех Синсэн школы Ямасиро, но это ему нисколько не мешало добывать знания.

–  Девиз школы Ямато - "Хитрость и гордость", поэтому, чтобы склонить кого-то из них на свою сторону, придется очень постараться. Ну они, знаешь, такие высокомерные, ты видел, да? Ходят, как надутые индюки, вот так, - и он показал: надул щеки, выкатил глаза и пошел вразвалочку, точно медведь какой.

–  Я их уломаю, - улыбнулся Данте.

–  Верим в свои силы - похвально, - вновь затараторил Элайя.
– Да только здесь одной веры мало. У тебя, кстати, имя души какое?

Данте раздвинул кусты, на которых росли незнакомые белые ягоды, и высунул голову наружу - на сторону Ямато-дэн. Сейчас он производил разведку. Думал, кого взять в жертву на "первичную обработку". Кристиан сказал, что в школе Ямато нынче числится четыре человека, но данных на них у него пока не было. А жаль. Но ничего, мы добудем данные и так, сидя в кустах.